Сделка на Рождество

4 глава

В конце недели мы снова встречаемся с Джианной. Мы гуляем по парку, где снежинки кружатся в воздухе, создавая вокруг атмосферу сказки. Джианна, всегда оптимистичная, с сияющей улыбкой делится своими планами на Рождество и каникулы.

– Я уже заказала украшения для вечеринки. – говорит она, а ее глаза сверкают от восторга. – В этом году мы сделаем что-то особенное!

Я смеюсь, представляя, как Джианна снова устроит одну из своих громких вечеринок, полных смеха, музыки и веселья. Она всегда была душой компании, и ее вечеринки – это настоящие праздники, где собираются все наши друзья, а иногда и новые знакомые. Я помню, как в прошлом году мы танцевали до утра, а родители Джианны только улыбались и подносили нам закуски, наслаждаясь атмосферой.

Ее родители работают в сфере дизайна, и всегда поддерживают ее идеи. У них открытая и дружелюбная атмосфера в доме, и я всегда чувствую себя там как дома. Они любят Джианну и гордятся ее творческими начинаниями, всегда подбадривают ее в любых начинаниях.

– Ты же придешь на вечеринку, правда? – спрашивает Джианна, и я чувствую, как внутри меня что-то сжимается.

– Я… – начинаю я, боясь расстроить подругу. – Я не уверена, Джи. У меня много работы в магазине, особенно перед праздниками.

Ее лицо немного омрачается, и тут же спешу добавить:

– Но я обещаю, что постараюсь заглянуть, если получится!

– Я понимаю, работа важна, – отвечает она. – Но я буду тебя ждать!

Мне становится легче от ее поддержки. Несмотря на то что я не смогу быть с ней на вечеринке, я знаю, что наша дружба крепка, и это главное.

Гул толпы в торговом центре обволакивает меня со всех сторон. Снежинки, нарисованные на гигантских окнах, мерцают под каскадом разноцветных огней. Это наша ежегодная традиция с Джианной – штурм торгового центра перед праздником.

– Джи, ты уверена, что этот оттенок синего подходит? – спрашиваю я, пытаясь звучать громче рождественской песни, которая доносится из динамиков прямо над отделом с керамикой.

Джианна с идеальным пучком и в уютном кашемировом свитере, стоит, завороженная витриной, где выставлены фарфоровые ангелы.

– Элла, ты выбираешь елочные игрушки, а не картину для Лувра. Бери то, что тебе нравится, и перестань так переживать. Родители тебе ничего не скажут, если ты украсишь дом к Рождеству больше и ярче, чем обычно. Они будут обсуждать счета за больницу.

Я горько усмехаюсь. Джианна знает меня и мою семью слишком хорошо.

– Легко тебе говорить, – я беру в руки маленькую стеклянную снежинку, покрытую золотой пылью. – У тебя семья, которая просто обожает сюрпризы. А у меня… у меня же Шарлотта.

Мы движемся дальше, и напряжение сжимает сердце. Покупка подарков в последние несколько лет превратилась в ежегодный экзамен, который я обречена провалить, пока моя сестра блистает на фоне наших вечно критикикующих родителей.

Мы с Джианной подходим к отделу, где продают дорогую бытовую технику.

– Мне нужно что-то… полезное, но не слишком очевидное, – бормочу я, лихорадочно осматривая стеллажи с термосами. – Что-то, что покажет, что я тоже забочусь об их благополучии.

Джианна подталкивает меня к витрине с наборами для дегустации вина.

– Вот. Идеально для папы. Он же у тебя любит хвастаться, как разбирается в Бургундии, а ты, Элла, подпишешь записку: «Чтобы всегда чувствовать вкус жизни».

Я хватаю набор, но тут же меня осеняет мысль, от которой сводит желудок.

– Нет, Джи. Помнишь прошлый год? Я подарила им умные часы, а Шарлотта подарила годовой абонемент на курсы по реанимации. Родители светились от гордости, а мне сказали: «Часы, конечно, милые, но разве они помогут, если кто-то подавится?»

Я откладываю винный набор, чувствуя себя униженной до покупки тапочек. Я начинаю ходить кругами у стенда с высококачественными кожаными вещами. Портмоне? Слишком скучно. Дорогой ежедневник? Шарлотта подарит им умный планшет.

– Может быть, что-то для дома? – вслух рассуждаю я, пытаясь заглушить голос, который шепчет в моей голове: «Ты им не нужна, ты не такая, как Шарлотта».

И тут я вижу его. Ручной работы, невероятно дорогой, но совершенно бесполезный для моей критикующей семьи, сервиз для чая из тончайшего костяного фарфора, расписанный вручную сценами из старинных европейских сказок.

– Вот! – я указываю на коробку, нежно поглаживая ее. – Это красиво. Это покажет, что я ценю эстетику, а не только… анатомию.

Джианна смотрит на ценник и ее глаза округляются.

– Элла! Это стоит как две твои зарплаты!

– Я знаю! Но это идеально. Если я его куплю, они будут вынуждены признать, что я не идиотка, которая тратит деньги на ерунду. Они будут выставлять его на самое видное место, чтобы похвастаться перед соседями, пока Шарлотта не принесет очередной стетоскоп.

Я выхватываю карту. Возможно это глупо и на грани финансового самоубийства, но мне нужна эта маленькая победа. Мне нужно что-то, что они не смогут обесценить. Мои руки немного дрожат, когда я протягиваю карту девушке за прилавком.

Я работаю как одержимая в «Сладком эльфе», крошечной кондитерской в центре города. Украшаю кексы, карамелизую орехи и мою полы до блеска. Каждая копейка идет в мой фонд по накоплению десяти тысяч долларов. По моим подсчетам, у меня будет эта сумма на карте за два дня до Рождества. Тогда я смогу предоставить их родителям, чтобы подать документы в Гарвард, не прося у родителей ни цента. Они же сами предложили сделку: пока я не зависима от их денег, они не будут давить на меня насчет медицины.