Сделка на Рождество

9 глава

7 дней до Рождества

Я просыпаюсь от ощущения, что мне жарко. Это не тяжесть одеяла, а скорее вес чего-то огромного и теплого. Открыв глаза, я понимаю, что Джейк, несмотря на все свои обещания о сдержанности, умудрился за ночь полностью захватить кровать, прижав меня к стене. Его рука покоится у меня на талии.

Я медленно выбираюсь из его захвата. Солнце еще не взошло, но уже раннее утро. Джейк открывает глаза, когда я пытаюсь тихонько сползти с кровати.

– Уже сбегаешь? – хриплым после сна голосом спрашивает он.

Я понимаю, что откровенно пялюсь на его подтянутый торс, на крепкие прямые ноги и характерную выпуклость в штанах, но не могу ничего с собой поделать.

Господи! Нельзя же создавать настолько красивых парней! Такие должны существовать только в книгах и сериалах!

– Элла, я бы оскорбился, что ты так нагло меня разглядываешь. Но, могу заверить, что мы квиты.

– Чего? – переспрашиваю я, еще не до конца проснувшись.

– Эта пижама явно тебе велика. И ткань слишком тонкая, которая не скрывает, что у тебя… – Джейк кашляет, не заканчивая предложение и поднимается с кровати. Я недоуменно опускаю взгляд вниз и вижу, что от утреннего холода у меня затвердели соски, которые совсем не скрывает пижама.

Не произнося больше ни слова, я кутаюсь в одеяло и прямо в нем иду в ванную. Как же стыдно!

Кожа покрывается мурашками, когда я снимаю с себя пижаму и забираюсь в ванну. Приняв душ, почистив зубы и приведя себя в порядок, я переодеваюсь в заранее подготовленную одежду. В Орегон я собираюсь поехать в теплых джинсах и белом свитере. Покрутившись из стороны в сторону, я критично осматриваю свою фигуру в зеркале.

Мои мысли метаются между воспоминаниями о вчерашнем ужине с родителями и тем, как я выгляжу сейчас. Их слова о том, какая я толстая с детства, все еще звучат в моей голове.

Я вижу, как свитер обтягивает мои формы, и сомнения снова накрывают разум. Почему я так зацикливаюсь на этом? Выдохнув, я стараюсь найти в себе уверенность. Собравшись с мыслями, выхожу из ванной, готовая встретить новый день и все его возможности с улыбкой.

Вернувшись, я замираю у порога. Джейк стоит посреди комнаты, застегивая ремень на штанах. А вот рубашку надеть он так и не соизволил.

Черт возьми, Элла! Вытри слюни и держи свои неприличные мысли при себе!

– Наслаждаешься видом, Элла? – спрашивает он с привычной ироничной улыбкой.

– Наслаждалась, пока ты не начал одеваться, – парирую ему в ответ я, когда Джейк надевает рубашку и принимается застегивать пуговицы. – Пора уезжать. Пока отец не стал ломиться в дверь с молотком.

– Переживаешь? – беспокоясь, спрашивает он, подходит ближе и берет за руку. – У тебя еще есть шанс отказаться. Все-таки, ты впервые уезжаешь от семьи на целую неделю к тому, кого, возможно, не знаешь так хорошо, как Джианну или…

– Намекаешь на то, что мне не стоит тебе доверять? – спрашиваю я.

– Не бойся, Элла, я тебя не обижу.

– А вдруг ты маньяк и усыпишь меня в дороге хлороформом, а потом я очнусь где-то в канаве или в лесу без почек, печени и других важных органов?

Джейк мягко смеется.

– Я думал, ты фанатеешь по фэнтези, а не криминальным детективам.

– Они друг друга дополняют. Джейк, обещай, что будешь держать меня за руку. Крепко. Иначе я провалюсь под землю прямо около твоей машины, когда буду прощаться с родителями.

– Обещаю, – говорит Джейк и берет мою сумку. – И не надо под землю проваливаться. Там холодно.

Мы спускаемся вниз. Тишина в доме давит сильнее, чем любой разговор. Родители и Шарлотта, очевидно, решили не нарушать мир после вчерашней ссоры. Джейк ловко управляется с багажником своего внушительного автомобиля, даже не спрашивая, куда что положить.

Когда Джейк закрывает багажник, дверь дома резко открывается. На пороге стоят отец, мама и Шарлотта.

– Элла, – начинает отец сухим и ровным голосом. – Мы надеемся, что ты понимаешь последствия своего выбора.

Мама подходит ближе.

– Позвони нам. Обещай, что будешь звонить нам по видеосвязи каждые два дня. Только будь осторожна.

Шарлотта, как всегда, прямолинейна.

– Не смей возвращаться с ним. Или если вернешься, пусть он перестанет быть архитектором и станет врачом.

Джейк подходит к ним, протягивает руку отцу и твердо пожимает ее.

– Я ценю, что вы допустили меня в свой дом, мистер Винсент. Я позабочусь об Элле. – говорит он, повернувшись к моей маме. – Мы вернемся сразу после Рождества.

Затем он поворачивается ко мне, берет за руку (крепко, именно так, как я просила) и подводит к машине. Он открывает переднюю дверь, и я сажусь на пассажирское сиденье. Запах ягодного ароматизатора в виде котика наполняет салон, и на мгновение я чувствую себя спокойнее. Но как только я вижу своих родителей в зеркале заднего вида, тревога возвращается. Мама и Шарлотта почти сразу уходят в дом, а отец остается стоять на крыльце, смотря на нас. Я не могу не заметить, как его лицо выражает беспокойство, и это заставляет меня чувствовать себя неловко.