Сделка на семью. Тайная наследница

Глава 3

В Рафаэля невозможно было не влюбиться. Попав в его личную спальню, я больше из нее я не выходила.

Кроме того Рафаэль чудесный собеседник, мы много общались. Он рассказывал мне о путешествиях, охотой за сокровищами и науке, а я слушала, раскрыв рот, и строила воздушные замки. Он столько всего знает в различных областях, что я поражалась.

А еще Борн искусный любовник. Казалось, Рафаэль изучил лучше меня мое же тело, знал, где нужно приласкать и куда целовать, чтобы я забилась от наслаждения в его сильных руках. И я сгорала каждую ночь без остатка, чтобы на следующий день возродиться опять.

Я растворялась в Рафаэле, жила его жизнью, дышала им… пока не закончился срок сделки.

Я давно перестала отсчитывать дни до финальной даты, поэтому утром очень удивилась, застав слуг за сборами моей одежды в чемоданы. Рафаэля дома не было, и я решила позвонить ему.

— Привет, — покусывая большой палец, сказала, как только Борн принял звонок, — Раф, мы куда-то переезжаем? Здесь вещи мои складывают…

— Доброе утро, Вера. Разве ты забыла?— ответил вопросом на вопрос. — Настала пора и мне расплатиться с тобой по условиям сделки. Ты сегодня улетаешь за границу на обследование.

Его голос звучал спокойно, вполне обычно, но все же было в нем что-то такое, от чего меня одолела странная тревога. Все тело до кончиков пальцев на ногах вспыхнуло страшным жаром. Наверное, так пыталась достучаться до меня душа, потому что ослепленный разум блуждал в далеких любовных странствиях.

— А ты?

— Я остаюсь.

— И что будет потом? В смысле, когда лечение пройдет? — спросила, и в этот момент по лицу потекли слезы. Я догадывалась, какой будет ответ, но верить в него отказывалась.— Ты прилетишь за мной?

Глупо было надеяться…

— Этого в условиях нет, но я слышу, что тебе грустно. Не переживай, я заранее оплатил все, снял тебе квартиру, обеспечил деньгами на первое время и подготовил документы. Ты ни в чем нуждаться не будешь. Отныне каждый сам за себя. Продолжения у нас быть не может.

— Мне казалось, что мы любим друг друга. Я грущу не из-за денег.

— Я тебя не принуждал, все было обоюдно, и не обещал ничего.

— Но ты же мог солгать, сказать, что у нас есть будущее!— впервые сорвалась, крича и глотая слезы.

— Нет, Вера. Тебя обманывать не стану, нам было хорошо все эти месяцы, но долгосрочных планов у нас с тобой не было. Я тебе об этом сообщал.

— Ты говорил, а следом целовал, тащил в постель и на свидания. Ты просто морочил мне голову, тебе было скучно одному, и ты решил скрасить эти долбаные полгода.

В то утро мы говорили последний раз. Борн не приехал проститься, предпочел сказать горькую правду на расстоянии. Мне было так больно, что думала, умру, а разбитое сердце саднило.

Но я осталась жива, только его искаженный телефоном голос по-прежнему звучит у меня в голове, словно не было между нами той пропасти в шесть лет.

В аэропорт меня отвез кто-то из многочисленных наемников Борна, а в другой стране встречал уже человек, не относящийся к услужникам Рафаэля.

Больше моей жизнью Борн не интересовался.

Попав на первый осмотр в роскошную клинику, я узнала, что план лечения придется скорректировать… ведь я была беременна уже три недели. Пролежав на сохранении первый триместр, я выписалась и жила в арендованной Борном вилле.

Я не звонила Рафаэлю и не навязывалась, потому что помнила, как негативно он отзывался о моих скромных мечтах насчет крепкой семьи. Ее Борн не хотел и детей тоже, ясно дав понять, что наши ценности разные. А я все равно любила его.

Я не рассказала сестре о беременности — она бы ничем не помогла, только расстроилась, а ее муж точно опустил бы меня словесно ниже плинтуса, заявив что-то вроде «я же говорил, а ты, как всегда, не послушала, дура!»

Вот тогда, гуляя по берегу океана и размышляя о будущем, я случайно встретила Марка. Он катался на доске, покоряя крутые лазурные волны.

Пытаясь заполнить пустоту в душе, я согласилась на знакомство, сразу сказав о своем интересном положении. Марк был не против.

Спустя время я привыкла, стерпелась, и мы с Марком поженились. А когда родилась светленькая малышка, муж записал ее на себя. Сестре я сказала, что Снежана — дочь Марка — так все лишние вопросы, которые могли возникнуть, отпали. Теперь родные думают, что наша с мужем любовь началась, едва я сошла с трапа самолета.

На самом деле тех денег, что выделил Рафаэль, хватило даже не на первое время, а на четыре года. Постепенно финансовая подушка растратилась, и нам с мужем пришлось выселиться из роскошной виллы.

Марк — аниматор, развлекает туристов. Но его дела не радужные, зарплаты не хватает на комфортное проживание в стране, ведь нас теперь трое. Он очень много тратит на элитные спортивные залы, специальные добавки к еде и соревнования. Моя подработка в интернете тоже приносит смешные деньги.

Дошло до того, что мы были вынуждены вернуться.

Марк говорит, что это ненадолго.

***

Спрятавшись под навесом отеля от дождя, мы с дочерью наблюдаем за Марком, что выгружает тяжелые чемоданы из багажника, промокнув до нитки и безбожно ругаясь на погоду.

Из жаркого климата прилетели сюда несколько часов назад, успели только арендовать автомобиль не самой престижной марки — так передвигаться будет дешевле, чем на такси — и заскочить в кафе, потому что в отеле предусмотрен лишь завтрак за приемлемую плату.

Мы бы могли поехать в мою студию, но я не была в ней много лет, там ничего не подготовлено для ночевки с ребенком, да и вымоталась я так, не осталось сил застилать кровать, проветривать помещение.

А к сестре в уютный дом наотрез отказался ехать Марк, ведь в особняке главенствует Андрей, а муж привык быть единственным хозяином в любом месте.

Подписав договор на заселение в номер, мы поднимаемся на третий этаж.