Сделка на семью. Тайная наследница

Глава 4

По идее, оставшись с дочерью, надо лечь спать и набираться энергии. Ее для завтрашнего дня потребуется много — поедем к Диане поздравлять с днем рождения, потом будем выселяться из отеля и осваиваться в тесной студии, привыкая к новой реальности.

Однако, искупав дочь, я не могу сомкнуть глаз, в голове роятся сотни вопросов о ее встрече с настоящим отцом. С годами Рафаэль почти не изменился. Все такой же величественный и гордый. Только его взгляд стал совсем колючим. По крайней мере, так показалось, когда Борн впервые посмотрел на меня после разлуки.

Выключив свет, лежим на кровати, за стенкой слышится громко работающий телевизор в номере мужа — опять смотрит излюбленные бои без правил.

— Доченька, — осторожно выясняю, — тот дядя в лавке… надеюсь, он тебя не обижал?

Снежа как-то шумно засопела.

— Он не хотел забирать Пусика.

— Кто же это?

— Бедненький котик, потерявший маму, — старательно уточняет, рассказывая историю знакомства с котом. — А еще мы немного поиграли в прятки. Я притворялась статуей в углу, пока дядя разговаривал с пришлыми…

Пытаюсь вникнуть в суть. Кажется, Борн не хотел, чтобы кто-то из посторонних людей увидел малышку. Что ж, это похоже на Рафаэля.

— …И, — Снежа поднимает указательный пальчик вверх, — дядя сказал, что он плохой, поэтому его никто не любит.

— Отчасти он прав, — вздыхаю, забывая о конспирации.

Дочь, отпрянув от подушки, садится и смотрит на меня большими глазами, словно я сморозила нелепицу.

— Да нет же! Он просто заколдованный Снежный король!

— Тсс, — тут же прислоняю палец к губам, — а то папа услышит.

Дочь морщит носик.

— Папа смотрит, как дерутся дядьки, он еще долго нас не услышит.

…Наутро понимаю, что забыла запереть дверь, к своему горю… Ни свет ни заря муж входит к нам, громко топая кроссовками по полу.

— Подъем! — орет командирским тоном.

Лениво открываю один глаз и тяжело вздыхаю. За бодрой физиономией мужа вижу настенные часы. Снежа шевелится и прячется с головой под одеяло.

В номере прохладно. С утра пораньше вообще неуютно.

— Побойся бога, Марк, только начало шестого.

— Вот именно, — рявкнув, подходит к той половине кровати, где спала дочь, и сдергивает одеяло. — Снежана, вставай, пора делать зарядку, потом в контрастный душ. Надо закаляться, а то вечно сопливишь, надоела.

— Нет, — бурчит и ползет по-пластунски ко мне. Но Марк хватает ее за щиколотку и тянет обратно. — Не будь размазней, как мама.

— Марк! — теперь не выдерживаю я. В борьбе за дочь привстаю на кровати и шлепаю его ладонью по руке, чтобы отпустил малышку. — Она болеет, потому что ты переохлаждаешь ее закаливаниями!

Марк — зожник до последней клетки своего тела. Я совсем не против его увлечением спорта, но иногда муж бывает просто невыносим.

— Я разве плохого желаю Снежане? Ты-то сама когда последний раз вставала на беговую дорожку, а?

Настроение портит с самого утра.

— За меня не волнуйся, я наматываю свой километраж, бегая по кухне и раскладывая тебе по контейнерам яйца и кальмаров.

— Ну-ну.

Он действительно умеет бодрить не хуже будильника. Сон просто отшибло.

— Тебя не устраивает моя фигура или что? Обязательно нужно было говорить об этом сейчас?

— Это ты пока молода и красива, но пройдет год-два, и вместо попы у тебя будет мешок укропа. Я же хожу в зал и наблюдаю, как девчонки тягают штанги, успевают за собой следить. Но ничего, я тебя перевоспитаю, — муж не замечает в моем взгляде восторга от своей многообещающей речи.

Такое чувство, что он описывает не меня, а какую-то неряшливую женщину. На самом деле я стройная, просто без кубиков на прессе.

Не обращая на него внимания, встаю с кровати и плетусь в ванную.

— Заведи себе собаку и ее воспитывай, — говорю.

— Да ты хоть знаешь, в какую копейку обойдется содержание собаки?! — бросает вслед и в одиночестве удаляется на утреннюю пробежку.

До восьми мы с дочерью остаемся одни в номере. Потом, дождавшись Марка, спускаемся позавтракать. Еще позже я созваниваюсь с Дианой и занимаюсь сборами на день рождения.

Погода сегодня довольно приятная. Марк сказал, что к обеду потеплело. Надеваю легкие брюки свободного кроя и майку на тонких бретелях. Снежана долго выбирает для себя образ, очень переживает насчет первой встречи с сестрой, братом и тетей с дядюшкой. Прежде малышка общалась с ними только по скайпу.

— Я надену розовый комбинезон и желтую футболку, — со всей ответственностью сообщает. Наклонившись к чемодану, вдруг сомневается. — Будет же красиво?

Терпеливо жду, сидя на краю постели.

— Шикарно, дочь, но белая футболка будет лучше, как мне кажется.

— Хо-ро-шо! — охотно соглашается и, обернувшись, прищуривает глазки. — А ты сделаешь мне прическу?

Но ее бесхитростная просьба слышится мне, как бульканье под толщей воды. Я смотрю на дочь и отчетливо узнаю в ее прищуре Борна… Господи. У меня по коже проносится неконтролируемый озноб, приподнимая незаметные волоски на руках. С каждым годом доченька все больше напоминает Рафаэля.

— Мам?

— А? — рассеянно трясу головой, пытаясь избавиться от наваждения.

— Прическу сделаешь, пожалуйста?

Дочь меняет выражение лица на насмешливое. А вот улыбка у Снежи моя. Становится чуточку легче.

— Конечно, Снежинка.

У дочери стрижка каре. Не отпускаю ей длину, потому что по структуре волосы очень мягкие. Они жутко путаются даже от обычного сна, постоянно электризуются. С ними много мороки, а Снежа плохо переносит расчесывание, говорит, что больно. Поэтому из традиционных причесок у нас хвостик, собранный на затылке, и обязательный аксессуар под цвет настроения дочери. К слову, сегодня бант красный. Это означает, что, несмотря на волнение, Снежка долго тушевать не планирует.

К полудню семьей выдвигаемся из отеля.

Дочь мечтательно болтает ножками на заднем сиденье, а вот между мной и мужем все еще натянута незримая нить напряжения. По большей части, с моей стороны — я не забыла упреков.