Сделка с тайгой

8

Глава 8. Первая искра неповиновения
Слова Игната о "серых оттенках" и возможности "изменить правила" посеяли в Насте зерно сомнения. Ей не хотелось верить, что в этом человеке есть что-то помимо жестокости и властолюбия, но его неожиданный разговор о Достоевском засел в её голове. Она боролась с собой: то чувствовала отвращение, то начинала видеть в нём человека, запертого в своей роли.
Несколько дней прошли в той же рутине. Настя выполняла свои обязанности фельдшера, всегда под бдительным оком охранника. В доме она старалась как можно реже пересекаться с Игнатом, но избежать этого полностью не удавалось. Их завтраки и ужины оставались церемониально молчаливыми, лишь изредка прерываемые его короткими указаниями.
Однажды, вернувшись из ФАПа, Настя обнаружила, что Галина и Витёк о чем-то напряженно шепчутся в прихожей. Когда Настя вошла, они тут же замолчали.
"Что-то случилось?" — спросила Настя, чувствуя, как внутри похолодело.
Витёк нахмурился. "Не ваше дело, Анастасия Сергеевна".
Галина, однако, бросила на него быстрый взгляд. "Да вот... у Егора беда. Сын его..."
"Галина!" — резко оборвал её Витёк.
"Кто такой Егор? И что с его сыном?" — Настя почувствовала, как внутри закипает возмущение. Она была врачом, и ей отказывали в информации о пациенте.
"Егор – это бригадир на лесопилке", — объяснила Галина, игнорируя Витька. – "Сынишка его, Ванька, упал с дерева. Говорят, ногу сломал сильно. Игнат Игнатьевич пока не велит его в больницу везти. Ждёт чего-то".
"Не велит везти? Но это же перелом! Ему нужна квалифицированная помощь, рентген!" — Настя была в ужасе. Она знала, что местные "знахари" могут только навредить.
"Игнат Игнатьевич сам решит", — отрезал Витёк. – "Ваньку уже отвезли в дом Егора. На этом точка".
Настя посмотрела на него. Точка? Она была врачом. И она не могла пройти мимо того, что ребенку нужна помощь.
"Я должна его осмотреть", — сказала она, и в её голосе прозвучала сталь, которую она сама от себя не ожидала.
Витёк усмехнулся. "Игнат Игнатьевич не разрешал".
"Мне плевать, что разрешал Игнат Игнатьевич!" — Настя сделала шаг вперед, её глаза горели. – "Я фельдшер! И если ребенок не получит помощи, он может остаться инвалидом! Я иду к нему".
Витёк преградил ей путь. Его лицо было жестким, как камень. "Не дурите, Анастасия Сергеевна. У вас есть правила".
"Мои правила – это клятва Гиппократа!" — Настя протолкнулась мимо него. — "Пропустите! Иначе я сама пойду. И тогда вы объясните Игнату Игнатьевичу, почему его жена, врач, оказалась где-то в поселке одна".
Витёк замешкался. Угроза была реальной. Игнат ясно дал понять, что Настя должна быть под охраной. Если она уйдет одна, Витьку не поздоровится. А если он применит силу к "жене босса"...
"Ладно", — процедил он сквозь зубы. – "Но я еду с вами. И ни шагу без меня. И чтобы никаких разговоров с Егором, пока Игнат Игнатьевич не примет решение".
Настя кивнула. Это была маленькая победа, но для неё она значила многое.
Дом Егора был на окраине, старый, покосившийся. Внутри царил запах бедности и отчаяния. На кровати лежал бледный мальчик лет десяти, его нога была неестественно вывернута. Отец, Егор, сидел рядом, его лицо было серым.
"Анастасия Сергеевна!" — Егор вскочил, удивленный и растерянный. – "Что вы здесь делаете?"
"Егор, я пришла помочь Ваньке", — Настя подошла к кровати, отстраняя его. – "Витёк, дайте мне фонарик, стерильные перчатки, если есть".
Она быстро и профессионально осмотрела ногу мальчика. Перелом был серьезным, открытым. Мальчик стонал от боли.
"Ему нужен рентген. И срочно в городскую больницу! Здесь я ничего не сделаю", — сказала Настя, обращаясь к Егору, но её слова были адресованы Витьку. — "Вам нужно немедленно сообщить Игнату Игнатьевичу, что Ваньку необходимо везти в город. Сейчас же!"
Витёк достал телефон. Он выглядел напряженным, но что-то в её решительности, в её непоколебимости заставило его действовать. Настя же тем временем успокаивала мальчика, делала ему обезболивающий укол из своей аптечки, которую всегда носила с собой.
Через десять минут раздался голос Игната в трубке Витька. Он был резок, отрывист. Настя слышала лишь обрывки фраз, но поняла главное: Игнат был зол. Очень зол.
Когда Витёк закончил разговор, его лицо было мрачнее тучи. "Игнат Игнатьевич велел организовать машину. И чтобы вы, Анастасия Сергеевна, ехали с ними. И чтобы мальчик был жив, когда приедете".
В его тоне сквозила угроза, но Настя не обращала на неё внимания. Она выиграла. Ребенок получит помощь. И это было самое главное.
Когда они уже ехали в город, сопровождая машину с Ванькой, Настя понимала, что она только что пересекла невидимую черту. Она нарушила правила. Она пошла против воли Игната. И теперь ей предстояло столкнуться с последствиями. Но впервые за долгое время она почувствовала себя собой. Фельдшером Настей Кузнецовой, которая спасает жизни, а не просто "жена гангстера".
Настя сделала свой первый шаг к неповиновению.