Сдобная история попаданки

Глава 6

Впрочем, через пять минут Лушкина детская непосредственность с разгромным счетом побеждают мою писательскую апатию и почти проклюнувшуюся депрессию. А всего лишь стоило зайти в ванную, выполненную в нежном розово-бежевом цвете, с позолоченными зеркалами и лепниной на потолке в виде толстеньких херувимчиков.

По мне – перебор с дизайнерским оформлением, но Лушка пришла в восторг. А поскольку я сейчас тесно с ней связана общим телом, то через него получаю и огромный всплеск эндорфинов, так что все грустные мысли моментально вылетают из головы. Остается только восторженное: «Ох ты ж, боже ж мой!»

На полочках стоят баночки и бутылочки разных объемов. Красивое, сияющее на свету стекло вызывает почти священный трепет в душе бедной девочки, ничего хорошего по моей авторской воле не видевшей.

- Ах! – выдает Лушка и тянет лапки к одному флакончику.

Я едва успеваю вмешаться и перехватить инициативу, заодно сообразив, что расслабляться мне нельзя, инстинкты сразу берут свое. А как оказалось, в груди пятого размера девушки – гладиатора Лушки бьется нежное сердечко трепетной лани, фанатеющей от всего красивенького, яркого и вкусно пахнущего.

Убрав загребущие руки от бутылочек, снимаю с себя одежду и, свернув, складываю в имеющуюся здесь корзинку. Попрошу забрать с собой, чтобы выстирать, думаю, дедуля мне не откажет. Кстати, надо бы узнать, как его зовут, а то я свое имя сказала, а он не представился.

Принимая ванну со всякими пенками-солями, млея от горячей водички, даже на секунду не допускаю мысль, что попала в дом к какому-то маньяку. Вон ведь где-то ходит вор, забирающий у девушек магию. Может, и насильники не спят, дожидаясь жертв. А я – голая и горячая, нежусь в чужой ванне и при этом чувствую себя в полнейшей безопасности. С чего бы? Виновата в этом глупость Лушки или дедулина безобидная внешность? Надо бы разобраться. Потом…

А сейчас я просто балдею. Вымываюсь до скрипа кожи и волос. Отчищаю ногти на руках и ногах, привожу их в нормальный вид. В ванне обращаю внимание, что фигура у меня не сказать, что безобразная. Да, полновата, но и талия есть, и бедра. Попа опять же круглая, красивая. Конечно, на этом всем многовато жирка, но все равно, пропорции хорошие, гармоничные. А уж грудь! Я всегда считала, что большой верхний этаж - это так себе в смысле привлекательности. Но сейчас, глядя на себя в зеркало, должна признать, что это очень даже красиво!

После приема ванны кожа суховата, поэтому беру один из кремов в большом, по виду - хрустальном флаконе, и с почти детским восторгом наношу на тело и лицо. Пахнет персиками. Вкусно и очень мне подходит.

Кайфую и с удивлением замечаю, что волосы-то у Лушки не мышиного серого цвета, а очень даже светлые, натурально блондинистые. Только вот зря я отвлеклась на свои мысли! Пока рассматриваю себя в зеркале, одна из моих загребущих рук таки добирается до флаконов с ароматизированной водой.

В этот раз я не успеваю перехватить бутылек. Он дергается в моих дрожащих руках и опрокидывается на меня! Чудесно! Теперь я воняю как целая оранжерея! Удушливо, сладко, тошнотно! Нет, конечно, если сравнивать с предыдущим канализационным амбре, то так лучше, но ненамного! В зеркале ловлю довольную физиономию Лушки! Улыбка от уха до уха демонстрирует, к счастью, ровные и здоровые зубы.

Ну вот что делать с этой дурищей?!

Кое-как вытерев грудь и живот от одеколона, пытаюсь водой смыть аромат. Но куда там! Ощущение, что он въелся в поры. Использую мыло, потом опять персиковый лосьон, но все бестолку - я благоухаю как парфюмерная фабрика!
Неизвестно, сколько бы я еще так отмывалась, но меня останавливает стук в дверь.

- Лукреция! У вас все хорошо? Что-то вы долго. Не поймите меня неправильно, я вас не тороплю. Просто еда, которую я для вас приготовил, скоро остынет. А мне бы хотелось, чтобы вы получили удовольствие от свежей и горячей пищи.

Раздраженно выдыхаю, расчесываю волосы и завязываю их в тугую косу. Накидываю халат, плотно его завязав на талии, ныряю в мягкие тапочки. Ну что же, надеюсь, мне удалось вывести запах хотя бы до приемлемого.

Делаю шаг из комнаты. Никого нет.

- Кхе? – издаю тактичное покашливание своим голосом-пароходным гудком.

- Я на кухне! Идите сюда, уже все готово! – доносится откуда-то дальше по коридору.

Размашисто шагая, захожу на кухню.

- А я тут… - дедуля резко замолкает и очень старательно прикрывает нос фартуком, — приготовил вам поесть. Проходите... - и бросается открывать окна. Похоже, не весь аромат удалось вымыть.

- Апчхи! Простите, Лукреция. Апчхи! Присаживайтесь за стол, прошу. Угощайтесь. Вот капуста, как вы просили. Огурчики, морковка. Все свое, с огорода.

Судя по все более гнусавому голосу дедули, отек носа увеличивается, скоро уже и он сможет присесть и составить мне компанию за столом, не чувствуя моего сногсшибательного запаха.

- Простите, — наконец выдаю с трудом. – Случайно с одеколоном...

- Да я сам виноват, — отмахивается хозяин дома. – Нужно было половину бутылочек оттуда убрать, они уже давно не использовались, могли и прогоркнуть.

- Или настояться, — давлю из себя, не сводя голодных глаз с огромного пирога, судя по всему, мясного.

- Присаживайтесь, ну что же вы? – старичок даже пододвигает мне стул.

Аккуратно усаживаюсь, старательно складываю руки на коленях, а они, гады, так и норовят расползтись по представленным на столе яствам. Пока же ограничиваюсь тем, что поедаю глазами мясной пирог, украшенный затейливом узором из теста. А потом и пухленькие пирожки с картофелем и грибами бросаются в глаза. За ними гордо возвышаются рыбные расстегаи, клянусь, они мне подмигивают румяными боками! А уж как бесчинствует ватрушка с творогом – я лучше промолчу!