Седина в бороду в 50

Глава 6

— С чего ты взяла, что я её знаю? — изумленно спрашивает подруга.

— Лен, перестань! — морщусь я. — У тебя же всё на лбу написано!

— Так уж и написано, — ворчит она.

— Ну, конечно, Лен, мы сколько с тобой уже дружим? Я же тебя знаю, как облупленную, давай колись.

— Я не знаю, кто она, — печально говорит подруга. — Просто я не раз ее видела с твоим мужем.

— Где?!

— Ну, я же работаю прямо напротив его ресторана, — поясняет Лена. — И хожу там постоянно. Конечно, не в ресторан, потому что цены там заоблачные, а в кафе, обедаем там с девчонками. Очень вкусно там готовят, между прочим, особенно…

— Лен, ближе к делу! — рявкаю я.

— А, да, ну, я видела её, как они вместе там за столиком сидели, за ручки держались. В общем, я тогда уже поняла, что что-то неладно. А потом вот уже в машине увидела. И… они тогда не разошлись, они в обнимку пошли куда-то.

— Ленка, Ленка, как ты могла? — с горечью говорю я. — Ну почему ты мне ничего не сказала?

Подруга отводит глаза.

— Ну, ты бы мне, во-первых, не поверила, а во-вторых, я не люблю быть гонцом, приносящим плохие новости.

— Да? А то, что дело зашло так далеко, что она уже беременная, ей рожать скоро, что он обещает меня в психушку и жениться на ней — это тебе нравится, да? — мне становится обидно до слёз. — Я думала, мы подруги, думала, мы горой друг за друга, а ты…

— Марин, ну прости меня, — в её голосе столько отчаяния, — Ну, дура, да! Я просто не знала, как тебе сказать, ты такая счастливая ходила, я думала, ну… погуляет мужик, да успокоится. Кому от этого плохо? Ты же об этом ничего не знала.

— Конечно! А то, что подруга твоя выглядит полной дурой с рогами километровыми, это тебя не беспокоит, правда? — я уже не сдерживаюсь, кричу.

Мне так больно. Хочется выплеснуть на неё всю свою обиду. Мне кажется, что и она меня предала! Встала на сторону предателя и покрывала его! Что же это получается — никому доверять нельзя? Я думала, у меня муж есть надёжный, друзья верные… А теперь… я просто полностью раздавлена!

— Марин, ну это ведь жизнь. Ну, мы же все знаем, что Андрей тебя любит. Ну захотелось ему «сгульнуть», ну что в этом такого? — Лена говорит так спокойно, словно всё это в порядке вещей.

Ну сгульнул, ну с кем не бывает! Как всё просто у них! А мне теперь что делать? Простить и забыть? Жить как раньше?

— Лена, ты в своём уме? — смотрю на неё поражённо. — Ты что несёшь? Что в этом такого? А то, что мы с института с ним вместе, что мы детей подняли, бизнес его вместе подняли — в этом ничего такого нет? А сейчас я для него старая карга, которую нужно на помойку сплавить. И в этом ничего такого нет? Как ты можешь такое говорить? Ты же женщина! От тебя самой муж ушёл, неужели не обидно было?

— Было, конечно, Марин, — кивает она, — но я думаю, что мне легче было, если бы он вернулся. Я бы простила.

Я решительно встаю. Похоже, моя близкая подруга сошла с ума. Она несёт полную ахинею. Я не обязана это всё выслушивать.

— Марин, подожди, ну прости меня. Мне очень жаль, я действительно хотела как лучше. Правда. Прости. Мы ведь столько лет. Ты же знаешь… я всегда стараюсь сглаживать острые углы.

Из меня словно воздух выпускают. На место злости приходит глухое отчаяние. Я устало сажусь обратно. Ленка такая… Она за мир, за всех подружить, всех помирить. Что с неё взять?

Я допускаю, что она действительно хотела как лучше. Я бы не узнала, если бы Андрей в больницу не попал. И так бы продолжала жить в своём розовом счастливом мире с любимым мужем. Но теперь всё изменилось.

— Ладно, и что ты ещё от меня скрываешь? Сколько их таких было? — говорю я обессиленно. — Давай уже признавайся, всё равно уже ничего не скроешь.