Седина в бороду в 50

Глава 9

— Никому мы сейчас звонить не будем, — возражаю я. — Да ты время посмотри, ночь на дворе. Я завтра позвоню.

— Ох, и правда, — разочарованно вздыхает Вера. — Поеду я, а то Семён там заскучает. А ты как, тут справишься?

— Да нормально, — отвечаю я. — Мне уже легче.

— Ну и хорошо, ложись спать. Утро вечера мудренее, — кивает подруга, — только завтра обязательно расскажи, что узнала.

— Хорошо, хорошо, — я провожаю Веру до дверей.

Закрываю за ней дверь и остаюсь в звенящей тишине квартиры. Это так непривычно. Конечно, Андрей много работал, и я часто оставалась одна, но я знала, что у меня есть муж, что он вернется домой.

Я готовила ужины, стелила постель. А сейчас… Такое ощущение, как будто меня отрезали от самой себя. Как будто вырезали кусок сердца. Пустота. Гнетущая чёрная пустота заполняет меня.

У детей своя жизнь, а мужу я оказалась не нужна. Слёзы непроизвольно начинают катиться по щекам. А ведь многое указывало на то, что у него кто-то есть. Только я была слепой и глухой. Нужно было просто присмотреться. Я жила в своём мире, в своих розовых очках, которые в один момент разбились, стеклами внутрь.

Сердито вытираю слёзы.

Кто бы что ни говорил, я не такая! Я не тряпка! Не позволю себе размазаться. Хватит ныть! Миллионы женщин остаются одни, и ничего, не пропадают.

А я чем хуже? У меня есть руки и ноги, любимая работа — проживу. Не собираюсь я выступать в роли жертвы. Наоборот, я превращу жизнь этого мерзавца в ад!

Захожу в нашу спальню и смотрю на большую супружескую кровать. Сколько ночей мы провели здесь, в объятиях друг друга. Сколько планов выносили. Детей зачали. А сейчас я смотрю на неё с брезгливостью.

Он приходил от неё ко мне и ложился рядом, обнимал, целовал, говорил, что любит. Ненавижу! Отомщу, чего бы мне ни стоило!

Беру запасное одеяло и подушку и ложусь на диван. Понимаю, что это глупо, но не могу лечь в нашу постель. Он осквернил её своей изменой, своим присутствием. Долго смотрю в потолок, пытаясь понять, как же дальше жить.

Утром я просыпаюсь рано, пью кофе. Пострадала, да хватит. Надо брать себя в руки и приниматься за дело. Я решительно звоню по телефону, записанному на рекламном буклете.

— Добрый день! Я Анна, секретарь Андрея Константиновича Мельникова, — по деловому представляюсь я.

— Добрый день, Анна, — отвечает осторожно мужской голос.

— Андрей Константинович просил узнать… — делаю многозначительную паузу.

— Всё в порядке, — отвечает парень. — Передайте Андрею Константиновичу, что машина готова, и как только его жена родит, мы подгоним её к роддому. Главное — не забудьте позвонить.

— Хорошо, спасибо, — говорю я и кладу трубку.

Жена?! Он представил её как свою жену в салоне! Машину ей к родам купил! Ну подождите, голубки! Пальцы сжимаются в кулаки. Ярость требует выхода, и я смачно, со всей дури, швыряю его любимую кружку об пол.

Вот тебе! Козёл недоделанный!

Немного отпускает. Ладно, пора навестить этого двоеженца. Боже, дай мне сил не придушить его там!

Я собираю нехитрую передачку, смену одежды и еду в клинику. Надеюсь, сегодня я не столкнусь с его беременной женой. А если и столкнусь, не посмотрю на сердечный приступ и беременность.

— Привет, — захожу в палату.

Андрей сидит в кровати и щёлкает пультом телевизора.

— Маришенька, солнышко, привет! — расцветает он.

Тянется ко мне поцеловать, но я будто не замечаю. Начинаю разбирать пакет, достаю котлеты, компот, сменную одежду, укладываю всё в тумбочку.

— Ну как ты? Скучаешь? — спрашивает он.

— Скучаю, конечно, — вздыхаю я. — А что врач говорит?

— Врач сказал, ещё недельку и отпустит домой, — отвечает он.

— Это хорошо, — киваю. — А как в ресторане?

— Всё в порядке, — смахивает он. — Управляющий прекрасно справляется.

— А может я помогу? — предлагаю я. — Я на работе могу взять отпуск.

— Да ладно, Марина, а как же твои дети? Ты же логопед!

— Ничего, — пожимаю плечами. — На неделю я могу отложить всё. Пока ты здесь лежишь, я могу присмотреть за рестораном.

— Маришенька, ну зачем? — он берёт мою руку. — Ты же ничего не понимаешь в ресторанном бизнесе. Там всё в порядке, занимайся своими детьми.

Эту стену мне не пробить. Андрей явно не хочет, чтобы я находилась в его ресторане. Возможно, боится слухов. Или скрывает что-то ещё. Теперь мне ещё больше хочется попасть в его кабинет.

— Ну да, ты прав, — говорю я, отступая. — Что мне там делать?