Сегодня рыжая

Глава седьмая

К вечеру они уже вновь были у родителей Кирилла, но опять приехали очень поздно. Погуляли с Джесси и легли спать, пообещав родителям, что останутся ещё на целый день и следующую ночь.

Всё утро они гуляли с Джессикой. Кирилл показывал Зое посёлок, часть, в которой служил после армии. Побегали и повалялись с Джессикой возле леса, пока снег был небольшой.

Потом Людмила Николаевна и Зоя готовили обед, а мужчины занимались баней.

После обеда и после бани Кирилл и Андрей Викторович ушли наверх, разбирать пластинки.

- Ну всё, сели на любимого конька, теперь их не дождаться. Пока всё не переслушают, не слезут с чердака. А пластинок-то вон сколько.

У Людмилы Николаевны как раз подошло тесто; чтобы не скучать, занялись пирожками.

Людмила Николаевна начала рассказывать о Кирилле, и они, наконец, по- настоящему разговорились.

Чувствовалось, что мать в сыне души не чает. Но в то же время, как Зоя отметила про себя, ему удаётся сохранять суверенитет. Все решения всегда принимает сам.

Словно в ответ на её мысли, Людмила Николаевна сказала:

- Характер, вроде, достаточно мягкий и спокойный. Но упрямство вперёд Кирилла родилось. Видимо, от отца унаследовал.

- Да, я заметила, - кивнула Зоя. - Но у него позитивное, созидающее упрямство.

- Точно ты подметила, - улыбнулась Людмила Николаевна. - Вижу, ты к нему нашла подход.

Зоя тоже улыбнулась. Он ей просто не оставил выбора. Она действовала в режиме аврала.

- Кирилл говорил, вы врач?

- Да, невролог, но уже на пенсии. Сердце начало пошаливать. Нет-нет, да опять нет. Решила, надо себя беречь.

- Ну и правильно решили. У папы жена, моя крёстная, тоже врач, терапевт. Ни сна, ни отдыха. Постоянно вся в работе.

- Крёстная? То есть, она тебе не родная мама?

- Фактически она моя мама. Моя биологическая мама актриса, живёт и работает в Казани.

И неожиданно для себя, Зоя рассказала всё. Даже про свою поездку в Казань, и муженька матери.

Людмила Николаевна внимательно слушала.

- Вот это ты натерпелась... Но знаешь, что удивительно? Говоришь, считала себя сиротой. Но ты не производишь впечатление недолюбленного ребёнка, ущемлённого хоть в чём-то. Наоборот, цельная. Мне так кажется.

- Это потому, что мне на людей везёт. Бабушка с дедом. Не у всех такие папа и мама, какие у меня были бабушка и дед. Ольга – это из нашего города главный общественник. Потом папа, Ольга Павловна и Максим, которые приняли меня сразу и безоговорочно. Потом Кирилл, вы... Мне грех на судьбу жаловаться. Я и не чувствовала себя никогда недолюбленной.

- Молодец, правильно мыслишь. Как говорится, обиды копить - небольшое богатство. Лучше просто прекратить общаться с таким человеком и забыть.

Зоя задумчиво кивнула.

Когда они доставали из духовки первую партию пирожков, Людмила Николаевна осторожно спросила:

- А Кирилл тебе о своей прошлой невесте рассказывал? Просто уж очень истории у вас ... перекликаются.

- Нет, не рассказывал.

- Тогда и я не смею. Пусть сам. Хотя, может, он и прав, что не выкапывает это всё.

"Лучше бы "выкопал". Мне бы спокойнее было," - подумала Зоя.

Ей уже начинало казаться, что Кирилл до сих пор испытывает сильную боль.

- У меня смородиновка есть. Может, попробуем с тобой по чуть-чуть? Пока я таблетки не пью. Я сама делаю, без спирта и дрожжей. Только смородина и сахар.

- Ну если совсем по чуть-чуть, - улыбнулась Зоя. Ей не хотелось обижать Людмилу Николаевну отказом.

Людмила Николаевна принесла из сеней запотевшую бутылку, достала два тяжёлых хрустальных бокала и разлила рубиновую жидкость.

Зоя попробовала. Было очень вкусно, похоже на смородиновый сок, только очень насыщенный и терпкий.

...Через час, когда Кирилл и Андрей Викторович, наконец, спустились, они услышали с кухни:

- ... когда застыла я

От горьких слов.

Зачем вы, девочки,

Красивых любите?

Непостоянная

У них любовь...

Людмила Николаевна и Зоя обе сидели, подперев щёку кулаком, и пели. Рядом стояла наполовину пустая бутылка смородиновки и возвышалась целая гора пирожков.

* * * * * * *

Конец января.

Зоя зашла домой с утреннего мороза; улыбаясь, скинула куртку и обувь. Была суббота, но Кирилла не было дома, уехал в центр на соревнования. У Зои был выходной. Надо поесть и садиться за шитьё, накопились заказы.

...Сегодня вечером она обрадует Кирилла. Она даже не сомневалась, что он будет счастлив. Позавчера она сделала тест, а сегодня он подтвердился результатами анализа. И пусть свадьба только в следующую пятницу, через шесть дней. Всё равно ничего ещё не заметно, и долго не будет заметно. Она и чувствовала себя прекрасно: если бы не задержка, то и не заподозрила бы беременность.

Она подумала, как все обрадуются. У её отца ещё нет внуков, а Андрей Викторович давно и непрозрачно намекает на то, что нужно продолжать род не только по Аниной, женской линии, но и по мужской. Не обрадуется только начальство, но Зоя думала, что вполне сможет нормально работать до декретного отпуска. Так что Ираклия расстраивать рано, совсем рано.

Стоило ей вспомнить Ираклия, как он позвонил, собственной персоной. И очень просил выйти сегодня с четырёх дня до конца смены; какой-то аврал на работе, большое мероприятие. Конечно, Зоя согласилась.

- Вот и пошила я, Джесси! - сказала она, обращаясь к собаке. Та пискнула и смешно пошевелила бровями. Зоя допила чай и помыла посуду. Написала Кириллу в вайбере, что срочно вызвали на работу, и чтобы он встретил ночью. Устанет после соревнований, но тем не менее. Он же запретил ей ходить одной, и даже такси не доверяет.

Всё же надо пошить, хоть немного.

После того, как она подарила Ольге Павловне платье и костюм собственного производства, некоторые знакомые крёстной изъявили желание сделать заказы.

Потом Зоя со всей семьёй, - отцом, крестной и Максом, - ездили встречать Новый год к родителям Кирилла. У Зои ещё никогда не было такого весёлого и многолюдного Нового года. Она сшила Людмиле Николаевне на подарок домашнее платье и костюм типа спортивного, а Андрею Викторовичу несколько футболок. Людмила Николаевна потом нахвалила Зою соседкам, и теперь было несколько заказов ещё и оттуда.