Сегодня я Лола

Глава 17

В последние дни лета солнце будто на прощание жарит город. Асфальт, дома, машины, люди – все раскалилось до предела. В зное все замедлилось и время текло, будто его отсчитывали мягкие часы Дали. Я распахнула окна настежь и начала писать. Работа сегодня давалась особенно легко.

Самочувствие было прекрасным. Я уже забыла, какая бодрость и легкость приходит после вечеринки, где ты от души повеселилась и натанцевалась. Танцы точно были. Память постепенно возвращалась ко мне вместе с болью в икрах от катания на роликах и отжига на каблуках. Правда поцелуй с Лолой я вспомнить так и не смогла. Зато помнила горячие губы Марка.

Я будто бы обнулилась или отформатировала свой личный жесткий диск – тяжелые мысли испарились, голова была свежей и свободной. Зная, что завтра это воодушевление пройдет, я приступила к картине сегодня чтобы хотя бы начать ее такой же позитивной как и мое настроение.

Штрих за штрихом на холсте проявлялись августовские астры. Смешивая краски, я невольно возвращалась мыслями к Марку и нашему свиданию. Он обещал позвонить, но я намеренно не ждала звонка. Я хотела свидания, хотела снова поцеловать его, прикоснуться, слушать его мягкий голос, но при этом не делала ничего, что обычно делают девушки в ожидании встречи. Не нервничала, не переживала, не прокручивала в голове возможное развитие событий, не фантазировала до упоения, не крутилась у шкафа, выбирая наряд. Я только вспоминала его поцелуй и от этого по коже пробегали мурашки. Видимо, я стала толстокожей к таким мелочам как свидания. Может быть, это к лучшему?

Как будто в ответ зазвонил телефон. Меня окутал мягкий бархатный голос Марка, донесшийся из трубки и сноп искр вспыхнул где-то в животе. Он заедет через час, нужно собираться. Спустя некоторое время несколько бордовых астр горели ярким костром на фоне белого холста, а на моих губах горел поцелуй Марка.

Сегодня он повез меня за город провожать закат. Мы долго выезжали из городского плена бетонных коробок по пробкам, потом еще какое-то время ехали по трассе и неизвестной мне проселочной дороге. Марк был воодушевлен, он хотел вдохновить меня, а я считала идею ехать так далеко не очень хорошей. Мне хотелось объятий и поцелуев, а мой спутник был полностью сосредоточен на дороге.

Через час мы добрались. Это было обыкновенное и вместе с тем какое-то волшебное место, как из русско-народной сказки – того и гляди сейчас откуда ни возьмись прискачет Сивка-Бурка. С одной стороны маленькая речка, заросшая камышом, за которой простиралось бескрайнее поле. С другой – высоченные тополя с белыми стволами, высившиеся, кажется, до самого неба. И небо. Оно было неописуемо. Ярко-оранжевый небосвод буквально лежал на границе поля и отражался в глади реки. Багряный диск солнца подкатывался к горизонту и заливал все вокруг каким-то неистовым алым цветом. Трава, деревья, птицы, облака – все тонуло в этом неизбежном багрянце и как будто прощалось. Тишину разрывал лишь оглушительный стрекот кузнечиков.

– Слышишь, как стрекочут? Прощаются. Последний летний закат. Завтра наступит осень, – Марк так же неотрывно глядел на солнце, как и я. Я молчала. Мне не хотелось говорить. Это место поглотило меня. Чистый струящийся воздух наполнил легкие. Треск кузнечиков растворил все другие звуки. Огонь закатного солнца сжег все образы и мысли.

Внезапно мои губы накрыл поцелуй. Он был таким же огненным как закатное солнце. Мы целовались и целовались, и мне казалось, что вокруг, в мире нет вообще ничего, кроме нас с Марком и наших губ. Я не знаю, сколько времени прошло, но когда я открыла глаза за горизонтом виднелся лишь тонкий краешек дневного светила, который вот-вот исчезнет и отдаст мир в распоряжение ночи.

Я посмотрела на Марка, его глаза горели огнем и он восторженно смотрел на меня. Почему-то мне вдруг стало ужасно смешно и я расхохоталась.

Марк явно недоумевал, хотя было видно, что ему тоже хочется рассмеяться.

– Ну чего ты хохочешь? Что? Что такое?

– Ха… Ну знаешь, ха… Ты просто казался мне таким железным человеком, бизнесменом со стальными шарами, так сказать, ха-ха-ха. А тут… ха, закаты мне показываешь. И вообще у тебя губы красные от моей помады, ха-ха-ха, – я не могла остановиться и его это явно смущало.

– А ты думаешь, что бизнесмены не смотрят на закаты?

– Да смотрят, смотрят. Просто мне казалось, что вы не обращаете внимания на такие мелочи как закат или рассвет, или, например, бабочки.

– А на что же мы обращаем внимание?

– Ну, на курсы валюты, например. Или на то, кто сколько сегодня сделал на работе.

– То есть ты думаешь, что мы – бизнесмены, предприниматели и карьеристы, настолько ограниченные люди, что не видим ничего вокруг? Вот как ты про меня думаешь? – хорошо что на его лице в этот момент была улыбка, потому что из его уст мои выводы звучали обидно.

–  Мне встречались люди, которые не замечали даже погоду вокруг. Снег ли падает им на голову или дождь хлещет в лицо, им до этого не было никакого дела, главное – работа.  И вспомни. В день нашей встречи, на похоронах моего дяди ты орал кому-то в трубку, что главный партнер умер, а потом умчался делать дела.

– Да, в тот день мы все силы бросили на то, чтобы сохранить одного из партнеров, который до сих пор держит компанию на плаву. Но почему же тогда ты так быстро согласилась на свидание со мной?

– Знаешь, – я обвила его шею руками и заглянула во влажные маслянистые глаза, в которых бегали озорные зайчики, – ты достаточно хорошенький, а я истосковалась по поцелуям.

Ночь выползла из-под деревьев, пней, обрыва над речкой. Тени слились воедино, взялись за руки и окружили двух влюбленных, которые лежали в объятиях на траве. Мужчина и женщина сняли все маски, доверились друг другу и миру, впустили в себя ночь и аромат кожи. Они были всем и ничем одновременно. Казалось, будто вся Земля была колыбелью только для них двоих и несла их сквозь время и пространство.