Секрет Антареса

На Марсе. Глава 6

Следующие дни прошли тяжело. Команда привыкала к новым условиям и новой работе. Еве повезло, возможно, больше других. Алхаз выделил ей библиотеку для работы. Здесь к огромному удивлению Евы были собраны в книжном варианте труды многих известных педагогов, психологов, врачей. Но больше всего Еву удивил ноутбук. Настоящий, земной. Да, система была немного устаревшей, но он исправно и быстро работал. В нем она должна была писать программу по обучению детей.

Ибрагимов предоставил ей список всех детей, и полное досье на них – видимо, Берчук постарался. Скорее всего, он еще на Земле втерся в доверие к Платону и каким-то образом смог достать информацию о детях.

Дети были разновозрастные, от 7 до 13 лет. Мальчиков немного больше, чем девочек. Ева понимала, что учить их вместе нельзя, так же, как и жить им нужно раздельно.

Ибрагимов не скупился на помещения. Он оборудовал спальню для мальчиков и спальню для девочек в разных концах здания. Детский отсек вообще не пересекался со взрослым. Только несколько человек могли перемещаться по всему зданию. Только одна металлическая дверь отделяла детей от взрослых. И Ева была одной из тех, у кого был доступ.

Кроме спален и душевых для детей имелась спортивная комната с матами, шведской стенкой, мячами, баскетбольными кольцами, лавочками и скакалками. Несколько кабинетов для обучения. И это было самым сложным – Еве пришлось объединять детей в классы не только по возрастным категориям, но и по интеллектуальным. Для этого она проштудировала все досье, чтобы понять, каких детей можно объединить.

Через дней пять, она собрала помощниц-роботов, чтоб ввести их в курс и узнать, как они ведут себя в данных условиях. Информация, которую Ибрагимов вложил в их память, отличалась от той программы, которую разработала Ева.

Она сидела в библиотеке и ночами, пренебрегая командами браслета – «идти спать». А пару ночей спала прямо на кушетке у стола, чтобы, скорее проснуться и приступить к работе.

Ибрагимов дал ей всего неделю. И Ева понимала, что не укладывается в сроки. Он сам заходил к ней несколько раз в день, как бы проверяя, работает ли она. Но неизменно находил женщину у ноутбука или за книгой. Ева не знала, что думает о ней Алхаз. Она сама ненавидела его всей душой, хоть и не могла не восхищаться его работоспособностью и умом. Но любая форма ограничения свободы была невыносима ей. Ева видела, что Ибрагимов жесток. А также то, что покорение Марса было для него важнее жизни людей.

Когда она объявила Ибрагимову, что роботов нужно модифицировать, он с недоверием отнесся к этому. Но прочитав программу Евы, согласился.

- Вы проделали большую работу, Ева, - сказал он одобрительно, - я восхищен.

Ей не нужно было его восхищение. Она хотела отсрочки – вдруг Давид что-нибудь придумает.

- Я повременю будить детей, - сказал Ибрагимов. – Надо перезагрузить роботов. Это еще неделя. А Вам надо отдохнуть. Поэтому завтра и послезавтра у Вас выходные. А после Вы продолжите.

Ева кивнула без тени улыбки. Она не собиралась благодарить их надзирателя за его подачки.

- Я вижу, что не нравлюсь Вам, - вдруг сказал Алхаз. – А вот мой брат не был Вам ненавистен. А ведь это и его рук дело. Он активно поддерживал все мои идеи. И роботы, кстати, это его изобретение.

- Я видела Ахата в ужасном состоянии, - Ева сидела за большим столом у ноутбука. – Любой на моем месте посочувствовал ему.

- Мне очень жаль брата, я не хотел его смерти, - строго сказал Ибрагимов. – Но он знал, что так может случиться, и пошел на это сознательно. Для Ахата была важна наша миссия.

Ева крепко сжала челюсти.

- Понимаю, Вам не нравится форма моего общения с вашей командой, - продолжал Алхаз, и Еве показалось, что он хочет понять, прав ли он. – Но сами бы вы ни за что не прилетели. И что бы я делал здесь один? Моя теория освоения Марса оказалась бы никому не нужна. Разве это правильно?

- Неправильно, что Вы решили все за людей, и удерживаете нас здесь, - не выдержала она, - какие бы открытия Вы не сделали, Вы должны были брать тех, кто согласился бы добровольно провести остаток жизни на этой планете.

- У меня не было ни времени, ни возможности предлагать такое людям, - ледяным голосом ответил Алхаз, - Ваш муж перекрыл мне все каналы. Он был изначально против Марса, против моей идеи. Он тратил все ресурсы на Землю. А что на Земле такого, чего нет на Марсе?

- Там свобода, - процедила сквозь зубы Ева.

- Там теперь тоже ее нет, - крикнул, распаляясь, ученый. – Где? Где свобода? Там тоже трудовые колонии для выживания, нет чистой воды, земли, людей… Там все погибает. Они не смогут сохранить ее! А я смогу построить здесь жизнь!

- Разве это жизнь? – спросила Ева. Ее лицо пылало. – Скольких Вы готовы убить ради своей цели? Люди ничего не значат для Вас!

- Я сделаю все, что потребуется для развития Марса! – твердо сказал Алхаз и вышел.

Ева выдохнула и упала на стул. Этот разговор вымотал ее.

Уже пять дней она не видела Давида. Даже в столовой они не пересекались. Когда срабатывала команда «идти есть», в столовой оказывалась только Анфиса. Глаза ее были непременно заплаканы. Как поняла Ева, это из-за того, что Ибрагимов прервал их общение с Артистовым. Ева предполагала, что также он поступал с ней и Давидом. Берчук, видимо, все рассказал. Его она тоже не видела. Пару раз в коридоре столкнулась с Развалюхой. Он радостно помахал ей гаечным ключом. «Рад тебя видеть», - пробормотал он и продолжил путь. Она хотела было что-нибудь передать Давиду через него, но не решилась. Мало ли. Хотя Развалюха на их стороне, но верить Ева не могла никому.