Секрет на двоих

Глава 11

Ясно же. На нее злится. Ника от стыда опустила глаза в землю.

- Вы вообще понимаете, что творите? - Постойте-ка, это же не ей выговаривают. Ника снова подняла голову. Ковальский с бешеным взглядом смотрел на охранника, а когда тот попытался начать оправдываться, возразил. - Она же говорила вам, что здесь работает. Неужели так тяжело было просто проверить. Набрать в отдел кадров или, в крайнем случае, мне. А вы здесь такое шоу устроили! - Он обернулся по сторонам, отметив, как много зевак вокруг и снова вернулся глазами к охраннику. - Да вас за это уволить мало! - В сердцах добавил он.

А вот это уже не входило в ее планы. Начинать работу с чьего-то увольнения Ника не хотела. Но директор, похоже, не на шутку рассержен и ничего не захочет слушать. При попытке встать колено отозвалось тупой болью и Ника, чтобы хоть как-то спасти ситуацию протянула руку и коснулась ноги Ковальского. Вернее уцепилась за нее изо всех сил, чтобы обратить на себя внимание. Тени в тот же миг исчезли, а Ковальский сверху вниз посмотрел на своего секретаря.

- Не надо. - Негромко попросила Ника и добавила. - Не надо увольнять. Он проявил бдительность, только и всего. У меня, действительно, не было пропуска. - Черт! И почему ей кажется, что покраснела.

- Допустим. - Ковальский, похоже, согласился с разумностью доводов. - Но это не повод вот так обращаться с людьми. - Окончание фразы он произнес на повышенных тонах и снова посмотрел на охранника. Говорите спасибо этой женщине, - он ткнул пальцем в Нику, - что я вас еще не уволил. Да, и со зрителями разберитесь. – Шумно выдохнув, он снова вернулся глазами к Нике. Испытывая ужаснейшую неловкость, она тут же отпустила его ногу. Тени вернулись. Кто бы сомневался! И даже что-то продолжают обсуждать, как будто и не исчезали вовсе. - Сможете встать? - Совершенно другим голосом, словно не он кричал только что, спросил Ковальский.

Ника кивнула, и он протянул ей руку. Колено оказалось разбито. Не сильно, но выступила кровь и была небольшая ранка. Поддерживаемая твердой рукой Ковальского, Ника доковыляла до лифта. Возле него уже стояло несколько человек, но увидев директора, да еще с таким дьявольским выражением на лице, за считанные секунды все в буквальном смысле слова испарились. Поэтому наверх они поехали вдвоем. Рука Ковальского все еще держала ее руку и от этого у Ники начинали путаться мысли.

- Можете уже отпустить. – Она попыталась освободиться. – Со мной все хорошо.

- Нужно обработать рану, - словно не слыша разумных доводов, произнес директор и аккуратно, словно фарфоровую куклу, повел Нику по коридору в свой кабинет. Усадив девушку на диван, он извлек откуда-то из шкафа аптечку и, придвинув журнальный столик, положил на него ватные палочки и перекись.

А потом, как в романтическом фильме опустился перед ней на одно колено. Тени завизжали, видимо от восторга, а потом исчезли, потому что Ковальский, аккуратно обхватив ее лодыжку, окунул палочку в перекись и коснулся ранки. Ника дернулась и поморщилась. А затем новое потрясение. Директор вдруг наклонился и аккуратно подул на колено. У Ники даже перед глазами все поплыло. Что он творит?

- Так лучше? – Директор с серьезным выражением на лице посмотрел на Нику. Она кивнула, потому, что в горле вдруг пересохло.

- Но больше так не делайте. – Прохрипела Рождественская незнакомым ей голосом.

- Почему? – Он снова переключился на рану. Обработав перекисью еще раз, директор нанес мазь и аккуратно заклеил все это дело пластырем.

- Потому что ваши поступки меня смущают и дают волю богатому воображению. – Ковальский удивленно посмотрел на Нику и, поднявшись, убрал аптечку обратно в шкаф.

- С чего бы. – Он пожал плечами. – Неужели ваши поклонники никогда не вставали перед вами на колено? Или, может, это происходит так часто, что вы уже и со счета сбились?

Ковальский с невозмутимым видом сел рядом с ней на диван и, закинув ногу за ногу, откинулся на спинку. Затем повернулся в ее сторону, готовый слушать.

- Не делают. – Быстро проговорила Ника, решив сразу прояснить ситуацию. – Не потому что не хотят, а потому что я не допускаю ситуаций, подобных сегодняшней. Предпочитаю не увлекаться, прежде чем представлю поклонника моему отцу.

- У вашего родителя такой строгий отбор в отношении зятя? – Попытался пошутить директор.

- Вы даже не представляете какой. - Нике было не до смеха. – Если следовать всем его критериям, зять должен быть совершенным мужчиной. С идеальной внешностью, образованием, семьей и безупречным прошлым. – Она по очереди загибала пальцы. - Делая красивые жесты по отношению ко мне, вы вводите меня в замешательство. Заставляете думать о вас больше, чем положено.

- Я просто пытался угодить дочери учредителя. – Голос у Ковальского стал резким, а выражение лица жестким. – Если это вас смутило. – Он пожал плечами.

- Я все понимаю. Вы хотели как лучше. – Ника кивнула. – Просто знаю себя. Я романтичная и легко увлекающаяся. Вы решите, что дурочка, пусть так, но ваши благородные жесты не должны заставлять мое сердце волноваться.

- По-вашему, я должен был оставить вас с тем охранником и пройти мимо? – Процедил сквозь зубы Ковальский. И почему директора так раздражают ее слова? С каждой фразой Ковальский становился все агрессивней.

Тени метались по кабинету, совершенно не волнуясь, что кому-то причиняют беспокойство своей бесконечной болтовней. Девушка уже не пыталась следить за их перемещениями. Какой от этого прок.