Секрет на двоих

Глава 17

Как давно он стоит и наблюдает за ними? И если давно, что конкретно он увидел и услышал? Сердце Ники пропустило несколько ударов. Понимая, что все еще держится за Ковальского, девушка поспешно убрала руку за спину. От отца не ускользнуло ее неосторожное движение, и родитель недовольно поджал губы.

- Ника, - начал Сергей Львович по-хозяйски смерив шагами приемную, - ты сегодня не ночевала дома, отдыхала с подружками в клубе, и я решил проверить, как твои дела. – Знал бы,где доченька ночевала на самом деле. – Пришла ли на работу и в каком состоянии. А ты как вижу, занимаешься неизвестно чем с директором. – Рождественский усмехнулся. – Ярослав Валерьевич крепкий орешек и если бы не его безупречная репутация, подумал бы, что это он решил тебя соблазнить. – Голос учредителя стал тверже металла. – Но это ведь твоя инициатива, верно?

Повисла тягостная тишина, которую не нарушали даже голоса теней. Ника понимала, если пауза затянется, отец непременно разозлится на директора и поспешила взять всю вину на себя.

- Верно, - Ника подошла к отцу и, улыбнувшись, погладила его по руке. Серые глаза Сергея Львовича сразу подобрели. – Папуль, ну не сердись. Ты же знаешь мой характер. Я влюбчивая и доверчивая. Ярослав Валерьевич помогает и заботится обо мне, но только как руководитель.

Рождественская врала и не краснела. Их отношения уже вышли за рамки служебных, но отца это не касается.

Сергей Львович посмотрел на Ковальского, лицо которого ничего не выражало и, выдержав минутную паузу, подошел и протянул директору руку.

- В таком случае благодарю. Если по-дружески опекаете мою дочь, значит правильно все поняли. Надеюсь, будете вести себя также благоразумно в последующем.

Не собираясь больше вмешиваться в дела филиала, учредитель, пожелав Нике удачи и еще раз пожав руку Ковальскому, распрощался. Наконец можно было вдохнуть полной грудью.

- Мне показалось или вы пытались выгородить меня перед вашим отцом?

Скрестив руки на груди, Ковальский хмурым взглядом проследил вслед уходящему Рождественскому. Реакция Ники на действия отца ему не понравилась. Становилось ясно, что между близкими родственниками не все так просто, как казалось на первый взгляд.

- Не показалось, - Нике вдруг стало холодно, и девушка поежилась.– Считаете, не стоило защищать? Предпочитаете нравоучения и попреки? Хотя нет, - Ника покачала головой, - с вами он этим не ограничится.

- Почему вы так решили? В который раз пугаете меня своим отцом, а я ведь с ним работаю не один год, – за разговором они плавно переместились в кабинет, и Ковальский, устроившись за столом, открыл папку с документами. Нике он жестом предложил занять место на стуле напротив. – Он вполне себе благоразумный бизнесмен, не опускающийся до дешевых интриг.

- Когда дело касается меня, у отца срывает крышу, - заметила Ника, и Ковальский даже оторвался от документов посмотреть, не шутит ли она. – Еще одна идея фикс моего папаши выгодно выдать замуж свою доченьку.

- Вы так спокойно об этом говорите. – Директор вновь углубился в документы, но неугомонные тени не позволяли ему сосредоточиться. – Вероника Сергеевна, пересядьте поближе.

Мужчина показал, куда она должна поставить стул. Рождественская пересела. Теперь, по-видимому, Ника должна была коснуться руки директора, но это было уже не интересно. Ковальский вздрогнул, когда нога девицы бесцеремонно коснулась его ноги. И даже возразить было нечего. Ведь он же сам предложил сократить расстояние. Тени замолчали, но разве до теней теперь было.

- Неужели вы думаете, что я смогу сосредоточиться, когда ваша нога…, - возмутился Ковальский, но Ника его перебила.

- А что моя нога? – девушка хитро посмотрела на директора.

- Ладно. Ничего. – Он снова уткнулся в документ.

Через полтора часа, когда почта была успешно отработана, директор вспомнил о Нике. Она сидела, подперев ладонью щеку, и смотрела на директора. Заметив, что тот, наконец, обратил на нее внимание, девушка улыбнулась. Губы Ковальского непроизвольно расплылись в ответной улыбке. Надо же! Если бы в начале недели ему сказали, что в пятницу будет сидеть, пялиться на красивую девушку и улыбаться как болван, ни за что бы не поверил. Но настала пятница и…

- С понедельника будете со мной просматривать документы, - мгновенно посерьезнев приказал директор, но Ника, вместо того, чтобы огорчиться, рассмеялась.

- Конечно! – она с готовностью кивнула. – Все интересней, чем просто рядом с вами сидеть.

Когда Ковальский уехал по делам, Ника осталась предоставлена сама себе. Обзвонив служащих и раздав документы, благо на них присутствовала виза директора, Ника решила полить увядающие цветы на подоконниках. Дома поддержанием чистоты и поливкой цветов занимались представители клининговой компании. А на работе, судя по всему, ухаживать за растениями придется ей.

Найдя в одном из ящиков стола пластиковую бутылку, Ника, набрав воды в кабинете директора, полила цветы и настолько оказалась довольна результатом, что даже в ладоши захлопала. Но цветы, видимо, были не в восторге от проведенных над ними манипуляций. Через несколько минут струйки воды после обильной поливки потекли на пол. Заметавшись в поисках тряпки, Ника с удивлением увидела в приемной Никиту Андреевича, кинувшегося ей на помощь.

Уничтожив в две руки следы преступления в кабинете директора, они перебрались в приемную, где цветам тоже потребовалась помощь. Когда с уборкой было покончено, Ника поблагодарила Петрова и даже извинилась за свое недавнее поведение, когда откровенно нагрубила мужчине.