Секрет на двоих

Глава 22

Ковальский доставил девушку к воротам дома, и Ника, попрощавшись и забрав вещи, отправилась к себе домой. А он к себе.

Полночи и утро следующего дня Ярослав Валерьевич размышлял над словами Ники. В голове не укладывалось, что Рождественский может быть таким патологически строгим с собственной дочерью. Была вероятность, что капризная девчонка просто сгущает краски, но чтобы придумать настолько ужасную историю требовалась не только бурная фантазия, но и извращенное чувство юмора.

Спокойствие, с которым Рождественская рассказывала ужасные вещи, удивляло не меньше. Для такого равнодушия должна быть веская причина.

- И что вы об этом думаете? – мужчина советовался с голосами. И те ему отвечали.

Все утро прошло в беседах, пока Ковальский не поймал себя на мысли, что никогда до этого момента с голосами не разговаривал. Стеснялся, наверное. Даже когда оставался наедине с самим собой, всегда старался игнорировать. А сейчас что-то расслабился. Сказывается пагубное влияние Рождественской.

После обеда позвонил знакомый следователь, которому Ковальский несколькими днями ранее отправлял смс с номером машины и попросил приехать. Неужели в полиции начали работать по выходным? Быстро собравшись, Ярослав отправился на встречу и был немало удивлен, когда Виктор Платонов вышел к проходной, пояснив, что просто не успел закончить дела в будни, и поэтому решил поработать сверхурочно.

Пожав плечами, Ковальский направился следом за Виктором и вот они уже сидят у него в кабинете. На стене под потолком бесшумно работает кондиционер, деревянные окна занавешены прозрачным тюлем. Перед Ярославом стоит чашка дымящегося кофе, а Виктор что-то изучает в компьютере и курит.

- Зачем тебе это? – затушив сигарету о дно пепельницы, Виктор посмотрел на Ковальского.

- Ты о чем?- кофе был крепкий и напоминал деготь, но обижать друга не хотелось, поэтому Ярослав отхлебнул горячего напитка.

- Копаться в своем прошлом. Снова и снова. Ты случаем не мазохист? – Виктор раскурил новую сигарету и подошел к окну.

Кабинет следователя находился на третьем этаже. Перед зданием рос высокий тополь, и его ветви заслоняли вид из окна, не позволяя пробиться сквозь буйную зелень даже солнечным лучам. Оттого в кабинете всегда царил полумрак, и приходилось даже в самый солнечный день включать свет.

- А каким боком к номеру машины, который тебе отправил, привязано мое прошлое? – Ковальский закинул ногу на ногу и откинулся на спинку неудобного деревянного стула.

- Не к номеру машины, а к ее владельцу. – Виктор вернулся за стол и, повернув монитор таким образом, чтобы Ковальскому стало лучше видно, пояснил: - Гаврилов Илья Антонович. Шестидесяти пяти лет от роду.

Ярослав посмотрел на фото седого мужчины, убедившись, что это действительно тот самый человек.

- Долгое время жил за границей, но недавно вернулся на историческую родину. В городе у него свой ресторанный бизнес, - продолжил следователь.

- И? – оставалось непонятным, куда клонит Виктор.

- Двоюродный брат того самого...

Дальше можно было не продолжать. Сразу поняв, чью фамилию не стал озвучивать Платонов, Ярослав нахмурился и потянулся к пачке сигарет, лежащей на столе.

- Он как-то связан?.. – затянувшись сигаретой, Ковальский выпустил изо рта струйку дыма.

- Не знаю, - покачал головой следователь, - и настоятельно советую больше не копаться в прошлом.

А Ковальский и не собирался копаться. Уже давно признал невозможность что-либо изменить. Все дело в тенях. И Нике, увидевшей в Илье Антоновиче что-то подозрительное.

- Кстати, - Ярослав вспомнил о Нике и ее страшной истории, - еще хотел спросить. Дочь моего начальника. Рождественская Вероника Сергеевна. Будь любезен, посмотри по базе, замешана ли она в каком-нибудь криминальном деле? Может в качестве свидетеля проходила.

При упоминании имени девушки следователь нахмурился и, затушив сигарету, потянулся к электрическому чайнику. Даже не поинтересовавшись, будет ли Ковальский кофе, он взял кружки и насыпал им обоим по ложке растворимого «дегтя».

- Откуда ты ее знаешь? – нахмурившись, поинтересовался Виктор.

- Рождественский старший недавно устроил ее в компанию секретарем, - ответил Ковальский, удивленный, что следователь о ней слышал. – Неужели вы знакомы? - не сдержался он.

- Официально нет, – подмигнул другу Виктор. – Кстати, могу сказать, в качестве свидетеля Вероника Сергеевна проходила в двенадцатом году по одному очень щекотливому делу.

Платонов говорил быстро, даже не напрягая память. По всему выходило, с историей Рождественской друг знаком ближе, чем Ковальскому показалось вначале.

- Что за дело? – поинтересовался Ярослав.

- Смерть преподавателя одного вуза. Темная история. Само дело давно в архиве, а в базе я ничего не нахожу.

Оторвавшись от монитора, Платонов налил им по чашке горячего кофе и, взяв себе одну сигарету из пачки, другую протянул Ковальскому.

- Решил за дочкой шефа приударить? – покачал головой Виктор.

- С чего ты взял? – удивился Ковальский.

- По тебе вижу. Нездоровый интерес в глазах проснулся. – Платонов продолжал терзать компьютер на поиск нужной информации. – Не лезь ты в эту семейку. Осиное гнездо не вороши.