Секрет на двоих

Глава 44

На следующий день Ярослав по телефону жены созвонился с Платоновым, поделившись последними событиями. Его сотовый, как и все документы, остался в машине. Оставалась надежда, что люди Ерохина позаботились о сохранности его имущества.

- Ты как? – осведомился Виктор.

- Жить буду, - Ярослав поморщился.

Ребра ужасно болели, и голова раскалывалась. Но в целом все было неплохо. Даже лицо не сильно распухло.

- Хорошо, если так. А то сам знаешь, Рождественский человек серьезный.

Платонов ходил из стороны в сторону по кабинету, изредка поглядывая на пейзаж за окном.

- Убедился не один раз, - Ковальский обернулся по сторонам и, убедившись, что Ники рядом нет, уже тише добавил: - Ерохин хочет, чтобы я работал на него, мотивируя тем, что спас мне жизнь. Пробей его по базе.

- Не нужно, - Виктор распахнул окно и закурил. Поставив пепельницу на подоконник, устроился рядом, - мне все о нем известно. На твоем месте я бы с ним не связывался.

- А с этим что не так? – удивился Ярослав.

- Они с Рождественским одного поля ягоды. Одно время были дружны, но рассорились, - и, опередив вопросы Ярослава, добавил: - причину не скажу.

- Опять не договариваешь! – буркнул Ковальский. – Знаешь, я уже сыт по горло твоими тайнами.

- Не мои тайны, - невозмутимо заявил Виктор, - если еще раз предложит, скажи, что он просто отдал долг, и ты ничем ему не обязан.

Какой долг и почему он должен так сказать Платонов не объяснил. Зато разговор прервал на самом интересном месте. Всегда он так. Говорит загадками, а Ярославу потом мучиться.

- Телефончик! – Ника впорхнула в комнату с его мобильником и сумкой с документами. Сумку повесила на спинку стула, а мобильник протянула Ярославу. – Ерохин тебя ждет внизу, - предупредила жена.

Ковальский кивнул, внутренне готовый к неприятному разговору. В наше непростое время люди разучились делать добрые дела. Всем обязательно подавай что-нибудь взамен. Вот и Ерохин в обмен на спасение требует невозможного.

Петр Михайлович сидел за столом в кабинете, когда Ярослав с Никой вошли.

- Рад видеть тебя в добром здравии, - отсалютовал Ерохин, - неплохо выглядишь. Присаживайся!

Он указал Ярославу на кресло напротив. Ника примостилась в углу на диване.

В это время в кабинете появились тени. Давненько их не было! К удивлению Ники вели себя тени тихо. Затаились по углам, словно ожидая удобного случая проявить себя.

- Что ты решил? – поинтересовался Ерохин, скрестив пальцы. – Будешь на меня работать?

Ярослав вздохнул. Придется отказать, только сделать это нужно как можно мягче. А то еще чего доброго разозлится. В последнее время все на него злятся.

- Боюсь, что не смогу, - после недолгого молчания ответил Ярослав.

На лице Ерохина промелькнуло удивление. Видимо, он не рассчитывал услышать отказ.

- Я очень благодарен вам за помощь, но работать на вас я не буду.

Петр Михайлович недовольно поджал губы.

- Я разочарован, - Ерохин откинулся на спинку стула, переваривая слова Ковальского. – Думал, что вчера мы обо всем договорились.

- Вчера вы просто отдали мне долг, - вспомнив слова Платонова, произнес Ярослав, - теперь мы друг другу ничем не обязаны.

Петр Михайлович удивленно вскинул брови и неожиданно побледнел. Его пальцы принялись нервно барабанить по крышке стола.

- Не ожидал, - хмыкнул он и скользнул взглядом по Нике. – Пожалуйста, оставь нас, - голосом, не терпящим возражений, распорядился он.

Было понятно, что не уйди добровольно, ее бесцеремонно выставят за дверь. Поэтому Ника быстро покинула кабинет, а Ерохин снова вернулся к Ярославу.

- Давно ты узнал? – Петр Михайлович запустил пятерню в волосы и помассировал голову.

Ярослав ни слова не понимал, но решил блефовать. Может хоть так он узнает правду.

- Уже давно, - неоднозначно ответил Ковальский.

Ерохин снова хмыкнул и, подойдя к бару, плеснул себе виски.

- Будешь? – обратился к Ярославу, но тот отказался. – Как хочешь, - Петр Михайлович пожал плечами и одним глотком осушил стакан. – Теперь понятно, почему вы не ладите с Рождественским.

Ерохин принялся мерить шагами кабинет, а Ярослав терялся в догадках, что за тайну скрывают Ерохин, Рождественский и Платонов. Создавалось впечатление, что вокруг все знают, и только он один остается в неведении.

- Я принимаю твой отказ и нежелание работать со мной, - согласился Ерохин, возвращаясь за стол, - только мне интересно, как ты столько лет работал на Сергея, зная правду? Даже жену выбрал из стана врага. Просто Ромео и Джульетта.

- Дети не отвечают за грехи родителей, - ответил Ярослав, а сам похолодел.

Что такое мог натворить Сергей Львович, что Ковальский должен ненавидеть всю семью Рождественских? А Ерохин как назло не спешил поговорить о прошлом.

- И все же, - настаивал Ерохин, - как ты работал у него и не испытывал ненависти? На твоем месте я бы мстил за смерть родителей.