Секрет путника

Шанс изменить свою жизнь

Какое-то время все трое шли молча. Потом Канат словно опомнился и заспешил домой. Ночь к этому времени перевалила за середину и кураж, пойманный вечером, начал рассеиваться. Робость присущая Сильвестру от рождения снова пересилила другие чувства и страх от предполагаемой встречи с женой, накрыл его словно погребальным саваном. Он вдруг так отчётливо представил её разозлённую и обиженною, что сердце Севы сжалось и он, быстро попрощавшись, направился к дому.

– Ты чаю зайдёшь попить? – Спросил Кот у Михаила спустя пару минут молчания.

– Да, пожалуй. Дома все равно меня никто не ждёт. Да и не засну я сейчас, после таких приключений. – Ответил как-то печально Михаил.

– А может и Гавриил вернётся, надо будет сходить, его поискать чуть погодя. – Как бы, размышляя вслух, заметил Кот.

Перебрасываясь такими фразами и замечаниями, они подошли потихоньку к дому, где у коновязи продолжал их ждать прекрасный конь.

– Не могу тебе не напомнить, что ты про лошадь свою обещал рассказать. – С улыбкой заметил Кот.

– Раз уж я у тебя задержался, надо её в стойло отвести и покормить, потом она промокла и нехорошо так с лошадью обращаться тем более с такой прекрасной.

Они повели Ретивого в стойло, там пахло сеном и конским навозом. Было тепло и уютно. Кот всегда держал два-три места свободными, для гостевых лошадей. Днём в стойле, как и во дворе всем заправлял мальчишка, помогавший Коту по хозяйству. Но сейчас парень крепко спал у себя дома, поэтому Кот с Михаилом сами занялись устройством лошади.

В здании стойла была предусмотрена небольшая гостевая комната с очагом, в ней можно было отдохнуть и перекусить. Это было удобно для того, чтобы не заводить посторонних людей в дом, или если клиент приехал с лакеем, то помощник Кота Фёдор мог принять его там. Вспомнив о разрухе произведённой Дорой в его доме, Кот предложил Михаилу расположиться в этой комнате. Друзья разожгли очаг и удобно устроились на диване.

Надо отметить, что Кот и Михаил дружили достаточно давно. У них было много общих интересов, и характерами они были похожи.

Поленья в очаге уютно потрескивали, чайник начал закипать. Михаил вёл неспешно своё повествование.

– Дело в том, что с этой лошадью всё вышло очень странно. Да и рассказ в целом достаточно короткий. Я должен тебе признаться, что скорее она меня нашла, чем я её. Причём нашла достаточно удивительным образом. Несколько дней подряд мне снился почти одинаковый сон. Точнее, сон был разный, но вот место и события были очень похожи. Во всех этих снах я гулял вдоль пустоши и каждый раз оттуда дул страшный ветер. Мне казалось, он выдувает из меня всё живое. Во всех этих снах я приходил на одно и то же место, где меня находил этот ветер. В одном из снов я был в доме, спал в своей кровати, тут все двери распахнулись, и в комнату ворвался ураган. Это привело меня в ужас, казалось он живой, и ещё я был уверен в том, что он меня развеет, превратит в пыль и сделает таким образом частью себя. Этот дом находился на границе пустоши и как будто в округе никого живого, кроме меня, больше не было. Я прятался в доме от ветра, но он меня нашёл. У меня мелькнула мысль что если я выберусь на улицу, то смогу спастись. Поэтому я стал искать окно. Собственно, повернув голову, я на него наткнулся. Но оно начало расширяться и приближаться ко мне, и там, за окном, на улице стояла мирно пасущийся конь. Это был один в один мой Ретивый. Я понял, что конь сможет унести меня отсюда, но я так и не добрался до него, ветер унёс меня прочь, и я проснулся в холодном поту.

Ещё один похожий сон приснился мне несколько дней спустя, в нём я гулял по прекрасной зелёной полянке, на которой росли очень красивые цветы. И всё вокруг было живое, масса травы и других растений двигалась, словно сами краски, в которые всё было обличено, ожили. Мне сложно это описать, но ощущение было такое, что живые именно цвета, которыми всё раскрашено, а не сами предметы. Потом опять налетел ветер, он кружил вокруг полянки и не мог достать меня. Но, несмотря на это я не чувствовал себя в безопасности – живой цвет представлял угрозу. Я толком не осознавал какую, но очень отчётливо чувствовал, что если останусь здесь, то буду поглощён этой субстанцией. Сквозь стену ветра я увидел ту же лошадь, вокруг неё было опять спокойно. Но я не знал, как пройти к ней сквозь стену ветра, а она не спешила ко мне.

– В этом сне ветер опять развеял тебя?

– Нет, в этот раз он этого сделать не смог. Я спасся, и от полянки, и от ветра, но до лошади не добрался.

Михаил продолжал:

– Развязка наступила неожиданно. Я ночевал в таверне, которая у ферм со стороны пустоши. И сквозь сон перед рассветом услышал голос, нежный, мелодичный голос, с хрипотцой, который звал меня. И в предрассветном состоянии полусна я настолько проникся этим призывом, что не мог не откликнуться и переполненный вожделением встречи с зовущем отправился за голосом, словно сматывая протянутую для меня нить. Плохо отдавая себе отчёт в происходящем, я как сомнамбула проследовал за этим зовом до поляны, находящейся на границе с пустошью, но скрытой от неё невысоким, но длинным холмом. Хорошо защищающем то место от ветра. Всё, что происходило дальше, является субъективным восприятием моего сознания и очень трудно поддаётся описанию. Я даже когда сам размышляю над происшедшим, пытаюсь вспомнить, то, что тогда было, но не могу восстановить события. В памяти всплывают только чувственные образы и никаких конкретных воспоминаний. Правдой остаётся только то, что оттуда я ускакал на этой лошади.

– Как правило, диких лошадей приходится долгие месяцы объезжать, а эта послушная с самого начала. Мне иногда кажется, что она читает мои мысли. Поэтому я так долго её прятал, делая вид, что объезжаю её и до сих пор не верю в свою удачу и не могу до конца осознать происшедшее, поэтому прячу её от всех и держу всё, что с ней связано в секрете.

– Да твой рассказ требует осмысления!

– Только не говори никому. Я рассказал тебе всё как есть только потому, что доверяю тебе и мне надо было кому-нибудь открыться, потому что невозможно держать уже всё это в себе.