Секретарь демонического евнуха: Мой жестокий господин

Глава 1

Холодный северный ветер безжалостно трепал полы моего скромного серого халата. Зима в этом году выдалась суровой, снег беззвучно ложился на изогнутые черепичные крыши Императорской столицы, укрывая ее грехи под непорочно-белым саваном, но даже этот чистый снег не мог скрыть металлического привкуса, который вечно висел в воздухе перед воротами Алого Управления.

Я стояла перед массивными створками из темного дерева, окованными черным железом, по бокам от входа скалились каменные стражи-цилини, чьи пустые глазницы, казалось, провожали каждого пришедшего прямиком в Диюй — подземное царство мертвых. В народе это место так и называли: Врата Преисподней, тот, кто переступал этот порог в качестве обвиняемого, больше никогда не видел света солнца.

Мои пальцы, спрятанные в широких рукавах, дрожали. Я крепко сжала их в кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы боль отрезвила разум. Нельзя поддаваться панике, страх — это роскошь, которую Лин Вэй потеряла в тот день, когда голова ее отца покатилась по эшафоту на площади Умэнь.

Теперь я не Лин Вэй, а — Ли Вэй, юноша из бедной провинциальной семьи, сирота, ищущий место младшего писаря при дворе.

Я глубоко вдохнула морозный воздух, чувствуя, как туго стягивают грудь холщовые бинты. Каждое утро я перетягивала свое тело так сильно, что порой темнело в глазах, лишь бы скрыть любые намеки на женственные формы. Волосы, некогда предмет моей гордости, струившиеся по спине подобно черному шелку, теперь были безжалостно обрезаны и собраны в простой мужской пучок на затылке, скрепленный дешевой деревянной шпилькой. На лице — ни капли румян, кожа намерено натерта соком горького корня, придающим ей болезненный, желтоватый оттенок, а голос... над голосом я работала долгие месяцы, употребляя отвар из сушеных трав, который сушил горло и делал тембр хриплым и низким.

Я должна стать тенью. Никто не станет искать дочь опального цензора в самом сердце Тайной полиции Империи. Именно здесь, в архивах Алого Управления, скрыты подлинные доносы, допросы и приказы. И только став одним из них, я смогу найти того, кто подставил мою семью.

— Следующий! — резкий окрик стражника у ворот вырвал меня из воспоминаний.

Я вздрогнула и сделала шаг вперед. Рядом со мной переминались с ноги на ногу еще около двух десятков юношей и мужчин. Все они пришли сюда в надежде получить стабильное жалованье и покровительство, но их лица были бледны. Служить в Алом Управлении было прибыльно, но смертельно опасно. Одно неверное слово, один не вовремя поднятый взгляд — и ты сам становишься материалом для допроса.

Стражник в доспехах из черной кожи преградил мне путь алебардой, его взгляд скользнул по моей хрупкой фигуре, полной неприметности.

— Имя, происхождение, цель, — отчеканил он, сверля меня холодным взглядом.

— Ли Вэй, родом из уезда Цинхэ, провинции Цзяннань, — я склонила голову в почтительном поклоне, заставляя голос звучать ровно и глухо. — Прибыл для прохождения испытания на должность переписчика архивов по указу ведомства чинов.

Стражник выхватил из моих рук деревянную табличку с рекомендацией, мельком взглянул на печать и презрительно хмыкнул.

— Еще один книжный червь, — процедил он сквозь зубы, швырнув табличку обратно мне в грудь. Я едва успела поймать ее онемевшими пальцами. — Проходи. Третий внутренний двор, Павильон Ледяного Безмолвия. Держи глаза опущенными, сопляк, если не хочешь оставить их здесь.

— Благодарю за наставление, господин, — я снова поклонилась, пряча за покорностью обжигающую ненависть, и шагнула за ворота.

Как только тяжелые створки за моей спиной закрылись, отрезая шум уличной толпы, на меня обрушилась давящая, почти осязаемая тишина. Внутренний двор Алого Управления поражал своей мрачной, аскетичной роскошью. Темные колонны из мореного дуба, ярко-красные бумажные фонари, раскачивающиеся на ледяном ветру, и идеально чистый, вымощенный серым камнем плац. Ни единой снежинки на камнях — слуги сметали их быстрее, чем те успевали коснуться земли.

Я следовала за остальными кандидатами, стараясь ступать неслышно. Мой взгляд скользил по архитектуре, машинально отмечая расположение караульных постов, слепые зоны и выходы. Феноменальная память — дар, который перешел ко мне от отца, работала безотказно. Мне было достаточно одного взгляда, чтобы навсегда запечатлеть в уме планировку двора.

Мы миновали Лунные врата и оказались перед Павильоном Ледяного Безмолвия. Это было длинное приземистое здание, из-под крыши которого не выходило ни струйки дыма, внутри было так же холодно, как и снаружи.

Нас завели в просторный зал. Вдоль стен стояли курильницы, источающие аромат благовоний, который не мог перебить сладковатого запаха меди. Зал был уставлен низкими столиками из темного дерева. На каждом — стопка бамбуковых дощечек, свитки дешевой рисовой бумаги, кисти из волчьей шерсти и массивная тушечница.

— Занять места! — раздался хриплый голос.

У входа стоял надзиратель в темно-бордовых одеждах с вышитым на груди черным вороном — символом низшего офицерского состава Управления, в его руке была зажата бамбуковая трость.

Я быстро заняла место в дальнем углу, опустившись на колени на жесткую циновку.

— Вы пришли сюда, чтобы стать глазами и руками правосудия Сына Неба, — начал надзиратель, расхаживая между рядами. Звук его шагов эхом отскакивал от каменных стен. — Но Алому Управлению не нужны трусы и бездарности. Ваша задача проста. Перед вами текст из «Трактата о наказаниях». Вы должны переписать его от начала и до конца без единой ошибки, помарки или дрогнувшей линии. Каллиграфия должна быть безупречной. Время — пока не догорит эта свеча.

Он указал на толстую красную свечу, установленную на алтаре в центре зала. На ней были нанесены деления. Времени было не больше стражи (двух часов). Текст казался объемным, но для хорошего писца задача была вполне выполнимой.

По залу пронесся тихий шепот облегчения. Кандидаты, напряженные до предела, начали расслаблять плечи, некоторые уже потянулись к палочкам сухой туши, чтобы начать растирать ее в каменных чашах.