Секретная жизнь тётушек

Секрет второй. О чем переживают девушки

Ринка -- она как весна. Туда, где объявляется, врывается вихрь задорных ветерков, аромат розоватых цветков яблонь в солнечном свету и переливистая трель синичек. Фамилия говорит сама за себя. И, хоть я и стала одной из Соколов, но синичкино счастье в ладони всегда останется моим тоже. Правда, я давно и бесповоротно влюблена в осень. Вот, пожалуй, и все различие между Ринкой и мною.

- Тетушка! - забавно запыхавшись, прыгает она мне на шею с порога. Солнечный луч уже уверенно греет ступени и нас, но осталось ему недолго царствовать в лете.

- Ринка! - в тон племяннице заламываю руки и я.

Она отстраняется недовольно.

- Только не "Ринка"!

- Месть за "тетушку", - пожимаю я плечами.

- Ринка, - с лестницы машет наш дядюшка Сокол. - Привет.

Наше дитё хмурится и мятежно сует руки в карманы.

- Не называйте меня Ринкой. Бесит... - пробубнила она.

Мы с Сашей переглянулись, подняв брови. Несомненно, у Ринки что-то приключилось. Ох. У Иринки.

Я тут же отворачиваюсь к плите и включаю газ, а потом копаюсь в поисках ковша.

- Какао с чили или корицей?

Племянница падает в кресло-качалку, закатывает глаза к потолку, думает с полминуты. Я успеваю налить в ковш полчашки воды и размешать на огне какао, превращающееся в очаровательную тягучую и пахучую смесь. Саша садится на диванчик, проницательно вытягивая с книжной полки первую попавшуюся книгу. Он не будет вмешиваться в девичьи разговоры. Разве, если будет правда в них необходим. Люблю своего мужа. И не только за это.

- А, давай все сразу, - машет Ира рукой и прикрывает глаза. Но долго не продерживается в позе мнимого спокойствия. - Лоло... не обижайся, ладно?

- Почему же тебя стало бесить твое сценическое имя? Раньше нравилось, - помешивая специи и густое какао ложкой и не оборачиваясь, уточняю я как ни бывало. Это проверенный способ: займите нейтральную позицию, словно вы и не сгораете от любопытства, но тонко дайте понять, что вам и не все равно, и ждите. Человек все скажет сам.

Иринка вздохнула все в тот же потолок. Я глянула мельком туда же: а паутины конкретно прибавилось. Пауки совсем распустились, я же сказки рассказываю... От какао потянуло ванилью, шоколадом, корицей, остринкой -- этот домашний уютный дух великолепен, останется капнуть рома и молока.

- Один человек так меня дразнит... - раскололась Ринка, потирая лоб устало, но глаза ее не были слишком уж недовольными.

"Один человек" -- молодой человек?.. Я глянула на Сашку -- он подарил мне многозначительную улыбку и кивнул. Итак, наша Иринка... в амуры влипла. И, похоже, ей не все равно, иначе бы не убивалась.

- И это не слишком приятно... - продолжала страдать Иринка.

- Почему же? - возразила я осторожно. - Разве не мило звучит?

- А потому что я не хочу быть с ним милой! - вспылила наша гостья и хлопнула по подлокотнику. - Он не заслужил, все время меня оскорбляет и, вообще, надоеда. Вот!

Какие знакомые мысли... И какие однозначные... Те, на кого нам наплевать, нас не раздражают ТАК. Только озвучивать это сейчас не к чему. Подобные вещи к девушке должны приходить сами.

Какао запузырилось. Я разлила по чашкам, добавляя ром. Преподнесла Ирине чашку и устроилась напротив в ожидании.

Ирина обняла чашку и втянула запах с наслаждением.

- Твое какао волшебное, Лоло... - подула на него и отставила на столик. - Мы с ним работаем вместе, и он уже меня просто... достал.

- Какие слова, - покачала я головой с улыбкой, дуя и на свое какао. Потом вспомнила со стыдом: - Дорогой, какао?

- Нет, спасибо, - отказался Сокол, делая вид, что утонул в мире книги. А, может, правда, утонул... Все же, это не мыльная опера, а "Адреналин для Рины". Там есть над чем попереживать.

- Лоло, это правда, - погладила Иринка бок чашки. - А теперь еще и... - она вдруг уронила лицо в ладони. Вот это уже плохо.

- Что случилось?.. - погладила я упавшую духом племянницу по голове.

- Он знает, что я... ну, мы... пишем Цитрусовые Сказки... - всхлипнула Иринка без слез. - И бабушка ему рассказала, что правда, а что нет. Что... в общем, все -- правда.

- Постой, постой... Какая бабушка?

- Бабушка Аня. Они живут в одном подъезде... И я сама его к ней отправила... - горю Ирины не было предела. Оставалось одно "но".

- Но у нее же такой скверный характер! С чего вдруг...

- Я сама не знаю... Он будто волшебник. Мне бабушка теперь звонит каждый день и требует, чтобы я с ним встречалась, потому что "другого хахаля она не потерпит".

Я рассмеялась против воли. Мой Сокол с дивана хмыкнул, даже не глядя в нашу сторону. Кто знает, причиной тому книга или мы.

- Анна Павловна всегда была категорична... Как же ты его к ней отправила?

- Ну, помнишь... - Иринка взяла чашку и прислонила к лицу задумчиво-мечтательно, - помнишь тот день, когда бабушка заболела, а мы все были за городом?.. Что было делать... знаю, что он ее сосед, а соседям надо помогать... В общем, позвонила я ему и попросила помочь, - она вдруг рассмеялась. - А он такой: "Помогу с удовольствием, я весь вечер свободен"... Просто не узнать, джентльмен из джентльменов!

Я спрятала улыбку в глотке какао. Бедняга парень... надеялся вечер приятно провести в обществе известной нам милой особы, а попал к Анне Павловне.

Ирина задумчиво тянула горячий шоколад. Искорки веселых воспоминаний плясали в ее глазах.

- Хотя, признаться... мы, конечно, еще раньше познакомились.

- Ну, да. Вы же вместе работаете, - подстегнула я рассказ.

- Нет, - мотнула Иринка головой отрицательно, - ближе, чем в офисе... Мы даже... даже ужин при свечах у нас был!

- При свечах?! - надеюсь, мой пораженный тон сошел за банальное удивление. Интересно, а Юля в курсе? Хотя -- Ринке скоро девятнадцать.