Секретные агенты из психушки

Глава 26. Кристина

Тетя Маша обрадовалась нашему визиту, как будто не мы ушли от нее всего лишь несколько часов назад.

— Проходите, проходите, скуку мне развеете, — гостеприимно говорила она, провожая нас на кухню, — а торт‑то какой красивый! Сейчас чайку попьем.

Мы снова уселись за знакомый стол. Тетя Маша налила чаю, разрезала тортик, и мы приступили к чаепитию.

— Ой, как вкусно! — закатила глаза Алька.

— Не то слово! Торт просто обалденный! — облизывая пальцы, подтвердила тетя Маша.

Я решила, что официальная часть мероприятия окончена и можно приступить к расспросам.

— Тетя Маша, я тут что спросить хотела... А фамилию Феликсу по отцу дали?

— Нинка ни за что бы не дала своему сыну фамилию этого разгильдяя. У него даже отчество «Александрович», как у Нинки. Ему просто повезло, что они однофамильцы.

«Вот оно что! — про себя подумала я. — Значит, вечером мы идем к тому, кому надо». Это, с одной стороны, не могло не радовать — но, с другой стороны, раз пациент на месте, не факт, что именно он замешан в нападениях на Феликса. И тогда такая красивая версия полетит к чертям. А другой версии у нас пока нет. И кто‑то же наблюдал за нами из окна больницы. Теперь я почти уверена, что это все звенья одной цепи.

Мы посидели еще часок и начали собираться.

— Ох, девчонки, как же с вами весело! Завтра зайдете? — с надеждой спросила тетя Маша, пока мы обувались в прихожей.

— Постараемся, — ответила я. — Уезжать планируем послезавтра, так что два дня у нас еще есть.

Неспешным шагом, вдыхая прохладный вечерний воздух, мы отправились на встречу с отцом Феликса. Когда мы вошли на территорию психбольницы, уже начало смеркаться. Деревья шумели листвой и отбрасывали причудливые тени на асфальт.

— Мне как‑то не по себе, — зябко поежилась Алька. — В фильмах ужасов герои всегда идут ночью к психам. И ничем хорошим это не заканчивается.

— Не всегда, иногда они идут на кладбище или в заброшенные дома, — поддержала я разговор.

— Спасибо, успокоила. Тебе что, совсем не страшно?

А мне и в самом деле было не страшно. Точнее страшно, но совсем не оттого, что мы идет ночью в психбольницу. А оттого, что долгожданная разгадка покушений на Феликса может уплыть из‑под самого носа. Ведь если оборвется эта ниточка… Но я старалась не думать об этом.

Наконец мы дошли до входа, около которого днем курила медсестра.

— И где она? Может, постучаться? — забеспокоилась Алька, которая явно не хотела оставаться на улице, а стремилась в безопасное нутро корпуса. Хотя тут еще можно и поспорить, где безопаснее: в помещении с психами или на улице. Не успела я ответить на ее вопрос, как дверь распахнулась, и из нее выглянула наша знакомая.

— Уже пришли? Молодцы, пройдемте за мной.

Мы нырнули следом за ней и закрыли за собой дверь. Сразу от входа начиналась лестница наверх. Пришлось взбираться на последний, третий этаж. Затем темным коридором до деревянной двустворчатой двери. Напротив нее находилось окно, откуда светила призрачным светом луна. Меня охватила дрожь. Антураж и правда напоминал фильм ужасов. Медсестра распахнула дверь, и мы оказались в палате. На единственной находившийся там кровати сидел пожилой мужчина с бородой.

— Вот, — указала на него девушка, — ваш красавец. Поговорите, если сможете. Я здесь постою, а то мало ли что.

— Жатва еще не закончена, — подняв на нас глаза, произнес мужчина.

— Чего? — не поняла я.

— Они придут с севера. И принесут небывалый урожай. — продолжал он.

Я беспомощно оглянулась на медсестру.

— А чего вы хотели? — пожала плечами она. — Он уже не первый год такой. И хорошо хоть не буйный.

— А он не мог покинуть территорию больницы? — спросила я, понимая, что теряю последнюю надежду.

— Какое там, вы посмотрите на него, он живет в своем мире.

Мужчина смотрел в пустоту, неспешно раскачиваясь взад‑вперед.

Где‑то в коридоре хлопнула дверь, и мы втроем вздрогнули.

— Что это? — шепотом спросила Алька.

— Не знаю, на этом этаже все уже должны спать, — тоже шепотом ответила медсестра.

И тут Алька заорала и ломанулась на выход. Нет, я, конечно, подозревала, что она трусиха — учитывая, что после совместного просмотра ужастиков всегда уговаривала меня остаться у нее. И еще полночи заставляла разговаривать с ней. Но то, что она так испугается ночной психбольницы, я и предположить не могла. Мы с медсестрой побежали за ней. Оказалось, что она рванула не в ту сторону и теперь бежала к запасному выходу. На счастье, он был закрыт, там мы ее и перехватили.

— Ты чего орешь? — зашипела медсестра. — Еще хорошо, что тут спят все под таблетками, а то перебудила бы все отделение.

— А чего у вас в отделении, где все спят, двери хлопают? — клацая зубами от страха, спросила Алька.

— Да мало ли что! Может, от сквозняка! Я тут уже пять лет работаю, и за это время ни разу ничего экстраординарного не произошло.