Секретный ингредиент

Глава 1

— Грибочки, грибочки! Нинуля, как же я обожаю твои потрясающие маринованные грузди! Ни у кого таких не пробовала! А еще салатика мне… вон того, да-да-да, ты ж моя понятливая!

Восторженно глядя на нарядную, с золотой каемочкой, тарелку, полную еды, Лика схватила вилку и нацелилась ею в самый центр горки салата, намереваясь подцепить как можно больше и обязательно с парочкой распространяющих изумительный пряный аромат грибов.

Набив рот, она блаженно зажмурилась и принялась пережевывать, смакуя и постанывая от удовольствия.

Нина с улыбкой наблюдала за подругой, втайне слегка — но только слегка! — завидуя, что в их вполне себе одинаковые сорок восемь лет Лика еще может позволить себе наслаждаться лакомствами самой лютой калорийности в любых количествах, а вот Нина, увы, полнеет уже от одного лишь взгляда на еду. И это при том, что она всегда была великолепной кулинаркой, обожала готовить и все, абсолютно все праздники отмечала дома, уставляя стол такими яствами и в такой изобретательной подаче, которые не снились и мишленовским ресторанам.

Спохватившись, она переключила внимание с урчащей в гастрономической эйфории Лики на сосредоточенно ковыряющего вилкой в заливном мясе мальчике восьми лет.

— Антоша, а ты что же? Невкусно? Давай, положу тебе вот этого салатика? Ты только гранатовые семечки выплевывай…

— Ба, можно я лучше в “Майнкрафт” поиграю? — надул губы мальчуган. — Ты же обещала, что после еды, а я поел!

Нина растерянно взглянула на тарелку Антоши: разве это “поел”? Поклевал, потерзал, размазал по тарелке, сделав вид, что объем куска уменьшился…

В своих способностях удовлетворить самых взыскательных гурманов Нина никогда не сомневалась, просто Антон, как всякий ребенок, хотел совсем не того, что взрослые считали правильным и нужным. Таковы дети — Нина отлично это понимала и принимала. Не принимала она другого: страстного, нездорового даже, увлечения Антоши компьютерными играми. Вот что такое этот его “Майнкрафт”? Какие-то непонятные блоки, из которых состоит все от персонажей до предметов. “Лучше б он поиграл в настоящий конструктор, — думала Нина. — Или почитал”. Читал Антоша из рук вон плохо, а ведь уже во втором классе школы учится! И пишет с ошибками до того смешными, что даже обидно.

Однако Антоша был единственным сыном ненаглядной дочери Оленьки, и отказать внуку бабушка Нина просто не умела. Да и не хотела, наверное, ведь тогда обида, крик, скандал, и Оленька с Вадиком, получив назад ревущего белугой ребенка, чего доброго решат, что у бабушки ему бывать вредно, и больше не приведут. Этого Нина допустить, конечно, не могла.

— Может, еще бутербродик с маслицем и икрой? — робко спросила она у Антоши, уже выбирающегося из-за стола.

Мальчик скривил мордашку, напоминая, что терпеть не может икру, и умчался в соседнюю комнату, где стоял компьютер.

Лика, к этому моменту уже умявшая все, что лежало на ее тарелке, тщательно вытерла губы салфеткой и откинулась на стуле, поглаживая животик. Она выглядела сытой и довольной, но Нина не без удовольствия заметила, что взгляд подруги рыщет по устланному вышитой скатертью столу, перемещаясь между вазочками, тарелочками, креманками и лоточками, выискивая, что бы еще такого отведать. Глаз хотел все, но желудок молил о пощаде, и Лика с тоскливым вздохом ограничилась кистью винограда.

Лениво закидывая ягоды в рот, она поинтересовалась:

— Нинуля, а остальные-то? Договорились собраться в пять, я на месте, Антошку вижу, а где же Оля с Вадимом и Андрей?

Нина не сумела сдержать вздох, и прозвучал он как-то уж слишком тяжко, отчего Лика насторожилась.

— Оленька не смогла. У них с Вадиком, оказывается, билеты на какое-то крутое шоу были куплены уже давно. За очень большие деньги брали, а тут я со своим днем рождения… — пояснила Нина. — Они-то думали, я день в день буду отмечать, а меня шеф накануне не отпустил готовиться, и пришлось перенести.

Лика поджала губы, но вслух ничего не сказала. Хороши детки — променяли материн праздник на какое-то шоу.

— Спасибо, Антошеньку закинули. Редко вижу его, хоть пообщаемся.

Тут уж Лика не стерпела:

— Не очень-то вы общаетесь — пацан за комп сел и довольнехонек, никто ему не нужен!

— Сейчас все дети такие, им телефоны и компьютеры интереснее нас, старых теток! — махнула рукой Нина, и Лика возмутилась:

— Это кто тут старая тетка?! Ты что это нас со счетов сбрасываешь? Мы еще ого-го!

Она взбила руками пышные кудри цвета горького шоколада с прохладными нотками, которого так долго добивалась ее мастер в парикмахерском салоне, кокетливо поиграла яркими темными глазами с пышными ресницами и изогнулась, приняв позу дивы эпохи немого кино.

Нина рассмеялась.

— К тебе, Ликуша, это нисколько не относится — ты королева! А вот я…

Она развела руками. Лика окинула подругу снисходительным взглядом. Все верно, природа наделила Нину мягкой невзрачной внешностью, за которой та не слишком рьяно ухаживала. В корнях золотисто-русых когда-то волос поблескивала седина, руки забыли о маникюре, а на маски, массажи и обертывания просто не было времени. Дни Нины занимали работа, хлопоты по хозяйству и тревоги за дочь. Лика не могла смириться с таким к себе отношением и периодически предлагала вылазку в спа или хотя бы в бассейн с сауной, но всегда натыкалась на отказ по одной и той же причине: некогда.