Секунды моей Вечности

Глава 5

Глава 5

Я не знала, во сколько должна была прийти Анджела и поэтому сидела в комнате как мышка, пытаясь найти какое-нибудь занятие. Но у меня не было ни шанса его отыскать. В помещении, с двумя кроватями и шкафом – заняться себя особо нечем. Навернув пятый круг по комнате, я остановилась и стала ее изучать. Тут уже кто-то жил: другая кровать небрежно заправлена, на прикроватном столике стоит небольшой выключенный ночник, а часть одежды висит на приоткрытой дверце шкафа. Стало интересно, кто же ее владелец и почему он так небрежно относиться к своим вещам? И раз тут две кровати, где еще один житель? Не мог же он просто вот так проскочить мимо меня и остаться незамеченным. Все эти загадки разбудили во мне аппетит, который я так старательно прятала все эти дни.

По этому, я села на кровать, на которой спала, и пододвинула поднос к себе. Зря я отказывалась от пищи. Еда вполне съедобная. Вода не отдает тиной, рис, с субстанцией похожей на рагу,  очень вкусный и сытный. Если мне повезет, то скоро я узнаю, как все это готовят.

Скрежет открывающейся металлической двери раздается как раз, в то время как я допиваю остатки воды в стакане.

— Доброе утро, Оливия, — мелодичный голос Анджелы звучит еще до появления самой владелицы. Часы показывают ровно десять, когда женщина входит. На ней сегодня обычная футболка алого цвета, черные штаны, все так же подчеркивающие стройность ее ног, а волосы распущены. Только сейчас я замечаю, насколько она красива. Правильные черты лица, выразительные скулы, прямой нос, кончит которого немного вздернут вверх, пухлые губы и большие ореховые глаза делают ее похожую на куклу. Женщине немного за тридцать, но на лице не виднеется ни единой морщинки, словно кто-то прошелся маленьким утюжком и разгладил их.

— Здравствуйте, — говорю я и встаю, придерживая чуть не упавшие штаны.

— Как ты себя чувствуешь? Голова больше не кружится?

— Хорошо… вроде как.

Она пристально смотрит на меня. Уголки губ чуть-чуть приподнимаются, пытаясь изобразить улыбку, но в последний момент передумывают это делать и возвращаются в обычное положение.

— У меня хорошие новости, — тут она действительно улыбается, улыбка делает ее еще красивее. Если бы не война, она могла бы стать актрисой или моделью. Такие женщины обычно мелькают на экранах телевизоров или улыбаются с обложек глянцевых журналов, а не живут под землей, борясь с правительством. — С завтрашнего дня ты официально начинаешь работу на кухне. Все, что требуется — прийти к пяти утра в столовую, а там тебя уже введут в курс дела. А сейчас идем, проведу тебе небольшую экскурсию по Убежищу.

Я встаю и следую за Анджелой. Когда выходим, дверь комнаты захлопывается, издав щелчок. Теперь пути назад уже нет. Мы идем по все тем же коридорам, напоминающих лабиринт. После третьего поворота на право, я путаюсь и перестаю следить за направлением. В руках Анджелы снова темно-синий планшет для бумаги, где закреплено несколько листов. Она говорила, что отвечает за снабжение комплекса. Это очень трудоемкая работа, требующая точности. Не думаю, что «Восхождение» занимается доставкой еды на дом. Наверно, эти бумаги нужны для того, чтобы вести учет, записывать нужды. Только теперь я понимаю, что это не просто экскурсия по бункеру. На самом деле, мы делаем обход, проверяя все ли на месте.

Сейчас мы обходим третий уровень. Здесь располагаются столовая и жилые комнаты. Я замечаю большой тренажерный зал с разным инвентарем  для тренировок и две раздельные душевые. На каждой двери есть обозначения написанные краской, и ошибиться, зайдя не туда, просто не возможно. Кроме всего перечисленного мы проходим комнату отдыха, библиотеку и одну дверь без каких либо обозначений. Здесь все очень удобно и не напоминает подземелье. Сколько же времени понадобилось, чтобы воссоздать такое?

 Завернув, в очередной раз, на право, Анджела останавливается около закрытой двери. На ней написано обозначение: «Класс «А». Она открывает ее, и мы входим внутрь.

Сначала я теряюсь, не зная, за что уцепить свой взгляд. Глаза бегают, ища цель, но в комнате всего так много, что невозможно отобрать нужную.

— Доброе утро, — говорит жена лидера.

Останавливаю свой взгляд на ровной спине своего «гида», перевожу дух и начинаю снова осматриваться. Теперь я вижу, что здесь на самом деле.  По всей комнате расставлены парты, их не меньше десятка, за каждой сидит ребенок, а рядом с дверью висит обычная школьная доска, по которой пишут маркерами. На доске написано одно слово: «Семья». У меня перехватывает дух. Мысли о родных тут же появляются в моей голове, хотят прочно обосноваться, но я прогоняю их. Не хватало еще расплакаться посреди класса.

Чтобы окончательно убрать дурные мысли, начинаю разглядывать сидящих детей.  Девочки, мальчики – всем лет по семь. «Начальная школа», — всплывает у меня в голове.  Мои глаза останавливаются на третьей парте у противоположной стены. Знакомое детское личико улыбается мне, а голубые глаза сверкают. Джесси поднимает левую руку и начинает махать, другие, замечая его жест, оборачиваются, смотря прямо на меня. Все удивлены тому, откуда он знаком со мной, ведь я чужая. Я не машу в ответ, чтобы не привлекать и так возросшее внимание к моей персоне, а просто улыбаюсь ему. Мальчику этого достаточно, он опускает руку, кладя ее на парту. Какая-то девочка, с белоснежными волосами, собранными в косичку, сидящая впереди него, оборачивается и что-то спрашивает. Джесси снова смотрит в мою сторону и одновременно отвечает ей, но ответа мне не разобрать.