Семь испытаний любовью

Глава 8

Меня колошматит от адреналина, который шпарит по венам сумасшедшими потоками, заставляя трястись и постоянно двигаться. На месте устоять не могу.

- Что нам делать дальше? Ты вообще хоть слово понял, что она нам сказала? - в глаза смотрю своему истинному чудовищу и слышу, как громко урчит у меня в животе.

За всеми этими переживаниями я ведь так и не поела. Сейчас чувствую, что сама готова кого-нибудь съесть. Хотя бы пирожок бабули. Только Богдан не дает мне вернуться. Берет под локоть и ведет к машине. Плетусь за ним неохотно, совершенно не желая встречаться с его прекрасной невестой и слушать от нее всякий бред.

Но когда садимся в машину, Кристины там нет. Волков по этому поводу не выражает ни малейшего беспокойства, и я делаю выводы, что он сам ее отправил подальше, чтобы она перестала свои женские флюиды по району распространять.

Едем молча некоторое время, пока не останавливаемся около небольшого, но явно дорогого ресторанчика. Еда мне здесь точно не по карману, и вряд ли Волков знает, что такое фастфуд, чтобы уговорить его на другой вариант.

Все так же молча входим и идем вглубь уютного помещения. Здесь все на дорогом, но по-домашнему. Решаю не париться и просто плыть по течению. Могу даже позволить себе кредит взять под максимальный процент, чтобы здесь расплатиться. Все равно через семь дней умирать!

С этими установками беру меню и заказываю все, на что урчит мой живот. Салат, бифштекс с овощами, селедку под шубой и сырную тарелку. До кучи еще кусок торта и чашку горячего чая. Хоть поесть нормально перед смертью! Пока заказ делаю, Волков удивленно выгибает бровь и улыбается.

- Действительно такая голодная? - с улыбкой спрашивает он.

- Как волк! - выдаю без стеснения и начинаю хлеб из хлебницы таскать, пока мне мой заказ не приносят.

Блюда выносят один за другим, и я планомерно уничтожаю тарелка за тарелкой, практически ничего на них не оставляя. Знаю, что вроде как в приличном обществе так не принято, только мне до лампочки. Хочу есть и ем. В конце концов, все это стоит, как пропеллер от подводной лодки, на которой Богдан в Северный Ледовитый океан поплывет в ночь Кровавой луны.

Когда заканчиваю с мясом и закидываю последний кусочек сыра в рот, Волков не выдерживает и хохочет.

- Что-то не так? - невинно хлопаю ресницами, когда передо мной официант ставит большую чашку чая и торт.

Если честно, то я наелась. Но кусочек такой аппетитный, да и стоит как моя месячная стипендия. Так что решаю его съесть, несмотря на то, что, возможно, потом не смогу подняться.

- Все так. Я просто потрясен! - с улыбкой отвечает Богдан и показывает жестом на тарелку. - Для такой маленькой девушки ты слишком много ешь.

- А, - рукой машу и до кучи глаза закатываю. - С генами повезло. Не в коня корм, как говорится. У меня папа такой же. Все время голодный. Вот поэтому мама всегда много готовит. А вообще, я просто сегодня позавтракать не успела. Ворчун и Весельчак меня похитили как раз перед тем, как я собиралась отправиться в кафе.

- Кто? - теряется Богдан.

А я просто пальцем в сторону амбалов показываю, которые за соседним столиком сидят и усиленно косят под обычных посетителей. Только лысые головы и бандитский внешний вид выдают их с потрохами.

Богдан смотрит на них недовольно и те - о чудо, краснеют, как провинившиеся школьники.

- Да ладно тебе, - смеюсь звонко, чем еще больше смущаю Ворчуна и Весельчака. - Они же твой приказ выполняли.

- Ты почти угадала, - с задорной улыбкой выдает Дан и произносит: - На самом деле их зовут Валик и Толик.

- Как? - ржу на весь ресторан, так, что даже слезы текут. - Что за детские имена?

- Они сами так представились, когда я на работу их нанимал, - продолжает откровенно стебаться Богдан.

- О, Господи! - от смеха даже хрюкаю и смеюсь еще громче уже на себя.

- У тебя очень красивый смех, - задумчиво произносит Волков и смотрит на мои зубы. Может, там лист салата застрял, а ржу, как гиена!

- Уверена, что у твоей невесты тоже, - смущаюсь от такого комплимента и своей репликой осаживаю сразу и его, и саму себя.

Ну не должна ты, Руша, поддаваться его животному магнетизму. Даже несмотря на то, что фактически была рождена для него!

- Может, и красивая. Только искусственная, - тем временем продолжает Богдан. - И она никогда так не смеется.

- Как? - ну не верю, что у такой красотки нет поводов для радости.

- Открыто, - задумчиво произносит и пожимает плечами Волков. - В наших кругах не принято выставлять свои чувства напоказ. Все женщины холены и воспитаны. Они никогда не едят по пять блюд за раз, ни рыдают взахлеб, чтобы начать икать, и ни смеются так, чтобы было видно коренные зубы.

Мне от его слов обидно вдруг становится. Да, я такая! И хорошо, что не принадлежу к его кругу. Пускай эти снобы воспитанные тусуются в своих скучных и до сведения скул в правильных кругах. А я буду открыто смеяться, пускать сопли пузырями и хохотать до упаду.

- Ну вот и прекрасно, что вы друг друга нашли, - с показным энтузиазмом звонко выдаю. - Безэмоциональный Волков и красивая, но холодная, как мраморная статуя, невеста. Совет вам да любовь.

- Ауч, Красная Шапочка. Больно! - шепчет Богдан и грустно усмехается. - А вот и маленькая Руша показала, наконец, свои коготки и зубки.

Понимаю, что день перестает быть томным. А легкость нашего общения канула, как первый снег осенью из-за непримиримых разногласий. Поэтому распрямляю плечи и перехожу на деловой тон:

- Давай уже перейдем к детским стишкам и расколдуем тебя. Чтобы твоей будущей жене не пришлось полжизни рожать волосатых детей.

_____________________________________________

Ворчун и Весельчак или Толик и Валик