Семь перьев для Вороны

Глава 5 попаданческого устава

Глава 5 попаданческого устава: тщательный осмотр помещения для отдыха и приема пищи личного состава, а также инвентаризация обмундирования

Денек обещал быть жарким, во всех своих смыслах.

Проснулась Ворона от того, что кто-то тяжеленький азартно сказал на ее голове, отбивая ритм на ее носу чем-то длинным и мохнатым.

- Убью поганца! – девушка попыталась схватить мохнатый хвост и его хозяина, но тот моментально исчез не только из рук, но со всей головы разом.

- Всецело поддерживаю! – отозвался мальчишеский голос, сопровождаемый звуком удара.

- Не трогай котика! – возмутился детский голосок, едва сдерживающий слезы.

- Да я сейчас эту помойную заразу!.. – прозвучали еще два удара где-то под потолком. – Он мою рубашку разодрал. Гад такой!

- Он не помойный, - шмыгнул носом детский голосок, - он наш! А твоя рубашка и так уже была драная!

- Она права, - вмешался третий голос, мужской ломающийся. – Вот это точно не следы когтей. Я бы поставил на то, что это ножницы.

- Что бы поставил?

- Любимую отвертку!

- Ну и поиграл! Кошак это!

- Ага, - не согласился мужской голос, - и кружево с твоей рубашки котик спорол, и пуговицы все пооткусывал. Эй, лохматый, ты их не проглотил случайно? – издевался голос. – А то потом в лоток ходить неудобно будет! Эй, ты чего?!

Над кроватью Вороны что-то просвистело, явно пытаясь достать новую цель под насмешливый мявк откуда-то из-под потолка.

Натянутое на голову одеяло от участия в разгорающемся конфликте Верочку не спасло. Спасать требовалось котика, как ей было категорично заявлено практически на ухо. Да и руку отобрать не вышло. Еще и нархан мысленно требовал усмирить маленьких чудовищ, иначе он за себя не ручается и вслух все, что о них думает, выскажет.

«Молчи», - велела она нархану и вслух добавила для малявки. – И ты молчи! Сейчас все решим!

Верочка нехотя откинул одеяло и встала. Ее тут же подтащили и поставили между мальчишкой, размахивающим непонятно откуда взявшейся шваброй, и сидящим на балке под потолком Фыррррком.

- Подмести решил? Умничка, сынок! – улыбнулась она пацану, тут же отбросившего швабру куда-то в угол и сунувшего мачехе под нос какие-то тряпки. – Еще и пыль хочешь вытереть?! Да о таком сыне можно только мечтать!

- Это моя рубашка! – прошипел Тэриан. – Была! Пока эта блохастая тварь, которую ты притащила, еще не порвала.

«Сам ты блохастый!» - разразился матерной кошачьей тирадой нархан.

- Ишь расшипелся, - усмехнулся со своей кровати наглый «братец». – Явно недоволен таким бессовестным поклепом.

- А ты вообще молчи! – развернулся к нему Тэр. – Увязался на нашу голову! Ты кто вообще такой?

- Дядюшка твой, - усмехнулся незнакомец. – Слышал же, что матушка твоя сказала.

- Она мне не мать! А ты не дядя!

- Так, - Ворона перехватила взлетевшую в направлении наглеца тряпку-рубашку, сцапала мальчишку в охапку и плюхнулась на жалобно скрипнувшую кровать, прижимая «добычу» к своему боку. – А ну сиди тихо! Будем разбираться!

Пацан вырвался из объятий и отодвинулся к краю кровати.

- С котом своим разбирайся! И с этим приблудой!

- А может, для начала перекусим? – с усмешкой предложил тот, поддерживаемый согласным радостным мявком с балки. – Вот и котик проголодался.

- Я тоже, - а вот малышка сама забралась на кровать и прижалась к боку Верочки. – А котик откуда взялся? Мы же его себе оставим, да? – спросила она, с надеждой заглянув в глаза девушке.

- Оставим, конечно, - Верочка погладила девчушку по растрепавшимся волосам.

«Как будто от него получится избавиться», - мысленно добавила она.

«Избавлялась тут одна такая!»

«Ты почему тут живым бегаешь? Договаривались же, что сначала игрушкой будешь».

Ворона, привстав дотянулась до соседней кровати, где валялся переворошенный узелок, и, выудив оттуда гребешок и ленточку, принялась расчесывать волосы девочки.

«А ты попробуй быть игрушкой, когда тебя за хвост хватают!»

- За хвост это нехорошо, - вслух согласилась Верочка, вплетая в коротенькую косичку простенькую голубую ленточку.

- Я не хотела за хвост, - засопела малышка, - я только погладить! А он как зашипит!

- Шипеть тоже нехорошо! – Ворона показала кулак потолку.

«А пусть хвост не трогает» - возмущенно отозвался «потолок».

- Предлагаю договориться, - улыбнулась Верочка, - ты не дергаешь его за хвост, а ты не кусаешься!

- Не буду, - согласилась девочка, любуясь аккуратными хитро заплетенными косичками в маленькое зеркальце, тоже нашедшееся в узелке. (Плести косы Верочка умела и с удовольствием плела, когда к ней заглядывали племянницы, а потом и внучки). - А моего Фырка ты не нашла?

- Нашла, конечно. Вот он, - улыбнулась девушка, указав на балку.

- Этот живой, - возразила малышка. – А мой плюшевый был.

- А Фырк на пожаре так испугался, что лапки отрастил…

«И хвост!»

- И хвост, - послушно повторила Ворона. – И взял он этот хвост в лапки и сиганул в окно на поиски своей хозяйки. А когда нашел, спать улегся. Ты же сама его во сне обнимала.

- Точно, - восхищенно припомнила девчушка, как тискала что-то мягкое.

А Верочка забрала у нее зеркальце и наконец-то смогла себя рассмотреть.

Молоденькая, года двадцать два - двадцать три. Круглое личико в обрамлении темно-каштановых завитков, большие синие глаза, маленький аккуратный носик, пухлые губки. Вот это Вороне повезло – куколка, да и только! И вкупе с невысоким ростом, которое она уже оценила в сравнении с другими людьми, миниатюрной и хрупкой (но достаточно сильной) фигуркой, высокой грудью просто мечта любого мужика.

Вот, кстати, а где этот самый мужик, от которого Верена двух детишек прижила?

Еще моложе красотку себе нашел, а детей на мачеху кинул? Или его тоже спасать нужно? Да не, Верена, вроде, просила только детей мужа спасти. Про самого мужа ни слова не было.