Семь шаров для безумной рулетки

Глава шестая, где ситуация слегка проясняется, но ещё больше запутывается

В жизни, как в рулетке:
ставишь на красное или на чёрное,
а выигрывает зелёное.

Наконец наступило время отбоя.

«Ну?! Ты готов?» — в голосе Гермеса сквозило нетерпение.

«К чему? А, ну да… Разговор по душам.»

«Вот-вот. Сам же хотел.»

«Жду не дождусь по твоей наглой морде заехать», — Илья сделал характерный боксёрский жест.

«Просто кулаком? Даже ремнём не воспользуешься?»

«Ты что, мазохист?»

«В порочащих себя действиях не замечен.»

«Ладно. Что делать надо?»

«Встаньте в круг! Возьмитесь за поручни!»

«Чего? Опять ты со своими шуточками?!»

«Ладно, ладно. Проехали. Руки на грудь. Глаза закрой. Сосредоточься на тепле, идущем от рук.»

Лежать на кровати, согревая грудь руками тепло и приятно. Но тупо лежать и ждать, что от этого произойдёт что-то необычное?

Он неожиданно почувствовал себя дураком. Снова Гермес его развёл как ребёнка!

«Слушай, хватит надо мной издеваться!» — Илья обиженно убрал руки.

«Спокойствие. Только спокойствие. Ты чересчур торопишься. И на тепле сосредоточиться забыл. Попробуй ещё раз.»

«Ладно. Надеюсь всё-таки, что это не очередная твоя идиотская шутка.»

Сосредоточиться на тепле сразу почему-то не получалось. Казалось бы — больница. Вокруг тишина. Ничто не должно мешать. А вот фигушки: то стук, то шмяк, то чей-то хруст, то шуршание. Не больница, а шумный дом какой-то!

Мысленно плюнув после очередного «шр-шр-шр», он достал наушники. Вроде стало тихо.

Тепло, если на нем сосредоточиться, и в самом деле вело куда-то за собой. Куда-то глубоко-глубоко… куда? Внутрь тела? Но полностью отдаться этому потоку не получалось.

«Расслабься. Тело слишком напряжено.»

«Не получается!»

«Эх, что за неумеху мне подсунули. Ладно, помогу на первый раз. Поехали!»

И в самом деле, Илья почувствовал, как его сознание поплыло вслед за теплом от собственных ладоней, словно на аркане потянули. На секунду стало так страшно, что захотелось закричать.

«Не кипешуй. Почти прибыли.»

Илья все дальше и дальше проваливался в бездонную пропасть, влекомый неведомой силой. Но было ли это пропастью? С таким же успехом можно говорить о широкой канализационной трубе, в которую его смыло. Или норе. Кроличьей?

Ага, нашёлся Илья в Стране Чудес. Белого кролика только не хватает.

Как ни крути, а двигаться можно было только вниз.

Перед глазами потекли невообразимые картины — то ли космическая панорама, то ли ткани тела изнутри. Где ещё можно увидеть такой знатный бред, как бьющееся в космической пустоте сердце или Млечный Путь из сосудов и капилляров?

Потом все это покрылось темнотой.

«Приехали!»

Ощущать себя одновременно лежащим на кровати и присутствующим в ином месте оказалось необычным и непривычным. Едва проморгавшись, он увидел, что находится в центре круглой площадки, расчерченной едва заметными линиями окружностей и секторов.

А вернуться-то он сможет? Вдруг это очередная тупая шутка?

Илья убрал руки от груди… и тут же сознание вернулось в обычную больничную палату.

Интересный опыт. Надо попробовать ещё раз.

Погружение на этот раз получилось почти сразу. Всё-таки, когда опыт есть, повторить всегда проще. Разве что насильно никто не тянул и можно было контролировать «спуск». Дорога, правда, как была в одну сторону — такой и осталась. И видения немного другие, но в любом случае недоступные.

На третий или четвёртый раз, когда он снова вернулся «вовнутрь», раздалось недовольное бурчание:

— Ну хватит уже! А то скачешь туда-сюда, как блоха.

Обернувшись, Илья увидел неподалёку фигуру в зелёной куртке и с лавровым венком на голове.

— Ну, чего смотришь? Не нравлюсь? — субъект с голосом Гермеса как две капли воды походил на самого Илью.

Снова издевается, гад?!

— Ты вроде хотел мне по шее накостылять? Ну давай, начинай.

Странно, но злости от наглой утренней шуточки уже почти не ощущалось. И вообще казалось, что утро было давным-давно.

— Передумал, что ли? — Гермес скорчил противную гримасу. — Тогда надо переодеться!

Из-за спины он резко достал большую закрытую рубашку с длинными рукавами.

Уже забытая злость взметнулась откуда-то из глубин души, затапливая сознание:

— Ах ты ж, скотина!

Илья разбежался, чтобы с размаху влепить кулаком по наглой (собственной!) роже и разом отомстить этому мерзавцу за все его шуточки. Однако рука лишь просвистела в воздухе, не достигнув цели.

— Мимо! Попробуй ещё раз!

— Да на!

Раз за разом Илья гонялся за неуловимым противником, но так ни разу и не попал. Тот тряс смирительной рубашкой как красной тряпкой перед быком, что прямо выбешивало и заставляло снова гнаться за подлым подстрекателем. Никакой усталости от этой гонки почему-то не ощущалось.

Бессмысленная беготня вскоре просто надоела. Да и ярость куда-то исчезла, словно её и не было. Так, остатки злости.

Илья демонстративно сел на пол. Гермес присел напротив.

— Может ещё пошалим?

— Да пошёл ты! — огрызнулся мальчик. — Ты чего моё лицо на себя нацепил?

— Оно такое же твоё, как и моё. Наше! Общее! — парировал Гермес. — У тебя нет на него монополии.

— Ты сам понял, что сказал? Я же родился с ним!

— Ну так и я... тоже.

— Где мы вообще?

— Ты, когда сюда перемещался, что чувствовал?

— Ну, вроде как внутрь падаю.

— Ну так и называй это место внутренним пространством. Голову ещё ломать о названиях.

Илья неожиданно вспылил:

— Какого чёрта ты снова от ответа уходишь?! Кто ты такой на самом деле?! Чего ты привязался ко мне?! Что это за место в конце-концов?!

— Повторяешься. Мы с тобой уже условились — я для тебя божество! Привязался, потому что у нас есть проблема. И находимся мы с тобой у меня дома.