Семь шаров для безумной рулетки

Глава десятая, в которой к Илье приходят посетители

Компания была чрезвычайно разнообразная
и отличалась не только разнообразием,
но и безобразием.
Федор Михайлович Достоевский. Идиот

Посетителями оказались родители. Мама с папой что-то громко обсуждали между собой. Хотя, на взгляд самого мальчика, мама слишком уж сильно качала права: он услышал её голос ещё перед дверью в приёмный покой.

«А ты как думал?» — высказал своё мнение Гермес, — «Ребёнок дня три только как в больницу поступил с подозрением на черепно-мозговую. А его уже с кровати выпихнули и по лестницам гоняют! Озвереешь тут!»

Илья потянул на себя тяжёлую деревянную дверь и просочился сквозь образовавшуюся щель в помещение.

Наверное, больница строилась давно. Очень давно. Первое, что бросилось в глаза, оказались колонны. Много колонн, уходящих куда-то ввысь к самому потолку. Их количество ошарашивало, подавляло великолепием и заставляло чувствовать себя маленьким. Словно из маленькой каморки неожиданно попал в чей-то дворец.

Но как только взгляд привык ко всему этому антуражу, мальчик заметил и приметы времени: потрепанную облицовку, облупившуюся местами краску, невзрачные прямоугольные светильники на потолке. Причём некоторые лампы не работали, или светили тусклым мерцающим светом.

А так же монотонные синие стены с кучей медицинских плакатов и объявлений. Часть печатно-анитационной продукции даже перекочевала на колонны из-за нехватки места.

Понять сколько народу пришло в это время в больницу оказалось несколько затруднительно. Но посетители точно были. Мама с папой обнаружились совсем рядом с той самой дверью, через которую вошёл сам Илья.

Оказалось, что родители обсуждали между собой новый указ главного врача, выставленный на всеобщее обозрение. Согласно этому распоряжению, на территории больницы отныне вводился строжайший карантин. Посетителям запрещалось подниматься выше приёмного покоя. Посетителям запрещалось тесное общение ближе двух метров. Посетителям запрещалось ходить без бахил. Посетителям вменялось обязательное ношение маски. Посетителям настоятельно рекомендовалось приобрести маску в самой больнице — здесь же, в специально поставленной будке. Но, судя по недовольному ворчанию посетителей, в стоимость маски входила и сама услуга по её продаже, составляющая не менее половины от её обычной аптечной цены.

Родителей, понятно, такие новшества не обрадовали. Ладно Илья, он может и спуститься. А как быть с лежачими больными?

«Не понимаю, зачем вообще нужен этот карантин? Не слышал, что бы кто-то в больнице заболел»

«Для безопасности, разумеется! Чтобы кого попало наверх не впускать. Вдруг кто-нибудь из них захочет отравить Коша боевым отравляющим веществом повышенной летальности?»

«Ты бы ещё про атомную бомбу вспомнил. Думаешь эта суета реально из-за него?»

«В том числе.»

— А вот и он! Ну наконец-то! — Мама Софа бросилась обнимать Илью. Он неё приятно пахло улицей и лёгким мартовским морозцем. Даже попыталась поцеловать, но маска на лице и отталкивающая реакция Ильи помешала. Что он — маленький, что ли?

— Ну и дела творятся! — по-мужски поздоровался с сыном Валериан Степанович. — И до вас уже эта зараза добралась?

— Вы о чём? — Илья сделал удивлённые глаза. Назвать Коша заразой — вот уж чего он никак не ожидал. Тем более от родителей. — У нас всё нормально!

«Если не считать наличие смертельной угрозы в лице неких обозначенных лиц, опасность от которых налицо. И о чем нельзя кричать на всю улицу.»

В самом деле — не жаловаться же на Коша. Бессмысленно.

«Только лишние неприятности плодить», — согласился Гермес. — «Но по поводу заразы ты ошибаешься!»

— Значит главврач чудит, — высказала своё мнение мама. — Наверняка сверху указание спустили, а он и рад.

— Ты сам-то как? — это уже папа. Как обычно, пытается не показывать эмоций.

— Нормально.

Гермес еле слышно захихикал. Ну да — смешно ему, что так грубо приходится врать родителям прямо в лицо.

— А чего тогда хмурый такой? Голова болит?

Будешь тут весёлым. Так, слегка убить хотят, а в остальном всё хорошо.

— Немного, — согласился Илья.

— Кормят нормально? — мама Софа

— Когда как, — Илья пожал плечами.

— На вот. Мы тебе тут принесли кое что, — мама Софа достала нехитрый пакет со всякой снедью.

Мама что-то ещё говорила, но Илья её уже не слышал. Всё внимание привлёк какой-то чмокающий звук. Словно огромный слизняк пытался втянуть в себя как можно больше питательной кашки.

— Алло, ребёнок! Ты меня вообще слушаешь?! — Софья Павловна помахала рукой перед лицом сына.

— Да-да, я слышу...

Неожиданно одна из люминесцентных ламп противно замигала.

Громкий хлопок заставил всех вздрогнуть. Совсем рядом кто-то взвизгнул от страха. В приёмном покое стало темнее.

— Что там? — донёсся женский голос со стороны регистратуры.

— Зови Фомича! Ещё одна накрылась. Пущай заменит!