Семь шаров для безумной рулетки

Глава пятнадцатая, в которой Илья возвращается в школу

«Язык у человека мал,
а сколько жизней он сломал»
Омар Хайям

Когда отвыкаешь вставать рано и по будильнику, возвращаться к прежнему режиму очень тяжело. Звонок гудит, разрывается, а ты думаешь «ну ещё капельку». Но вставать всё равно приходится. Ходишь, собираешься в школу и завтракаешь практически на автомате, ещё не проснувшись. Как говорит мама Софа «поднять подняли, а разбудить забыли».

Однако постепенно просыпаешься, выходишь на улицу и лицо обдаёт благодатной утренней прохладой. Сонливость уходит, сменяясь настроенностью на повседневные дела.

Вот и Илья, позавтракав, схватив сумку и выскочив на улицу, вдохнул ещё морозный воздух и двинулся по направлению к школе.

Ясное небо расстилалось над головой с россыпью медленно гаснущих звёзд. Стареющая Луна медленно катилась к горизонту, а на смену ей, со стороны алеющего восхода поднималась яркая белая звезда. Гермес, правда, засомневался в природе объекта, но мальчик не стал с ним по этому поводу спорить. Не всё ли равно?

Покрытая сумерками дорога постепенно меняла свои очертания, всё больше раскрывая детали окружающего ландшафта вместе с рассветом, направляя путника к конечной цели путешествия.

Наконец Илья добрался и до старого, ещё советской постройки, здания школы. Несмотря на солидный возраст, оно выглядело достаточно крепко и обещало прослужить ещё не один десяток лет. Если, конечно, школьники однажды не разнесут его по кирпичику.

Пока школа стояла целая. Даже стёкла не разбиты. Ученики по одному проходили к дорожке, ведущей к дверям, огибая чёрную машину, неуместно вставшую посередине. Директорская, что ли? Чего ради он её вообще тут поставил в такую рань?

Обсуждать директора и его транспорт, стоявший где попало, не было ни сил, ни желания. Мальчик был слишком увлечён внутренним диалогом. Обогнув препятствие, как и другие дети до него, он направился по знакомой дорожке ко входу в школу.

«Нет, ну не можем же мы дать объявление в газете: ищем царя, царицу и далее по списку!» — ответил Илья на заявление Гермеса, что где-то нужно искать всю эту компанию.

«Можем. Но это если хотим загреметь в психушку. Но мы же этого не хотим?!»

Илья влетел в освещённое фойе школы и сделал несколько шагов к лестнице на второй этаж.

«Именно!»

Неожиданное препятствие помешало ему двигаться дальше. В лицо бросилась куча отвратительных свисающих обрывков. Даже не понятно, что это — то ли верёвки, то ли нити. То ли вообще чья-то бесплотная паутина. Остановившись чисто на рефлексах, пришлось махать руками, избавляясь от препятствия.

Откуда здесь вся эта гадость посреди дороги?

Кто-то противно хихикнул неподалёку. Мальчик повернулся на звук, но никого не увидел. А никаких нитей или паутин перед глазами не было и в помине. Свободный коридор и ничего более.

— Показалось, что ли? — пробормотал он, сделав несколько шагов.

«А может быть и нет. Двигайся, а то внимание зря привлекаешь.»

— О, Илья! — раздалось позади. — А я думал, ты ещё в больнице!

Сзади стоял его одноклассник Серёга Цибуля. Тот самый, с которым Илья и оказался на той злосчастной заброшке.

— Привет, Цыпа! Чего один, без Жэки?

— А фиг его знает. Может позже будет. Ему вчера от родаков знатно попало.

— Снова на заброшки ходили?

— Не-е-е… Мы после того случая там не бывали. А ты сам как?

— Да уж, спасибо, — пробурчал Илья. — Бросили меня, а сами смотались!

— Да ничего мы не смотались! — обиделся Цыпа. — Мы в скорую позвонили.

— И слиняли, чтобы не попало?

— Ну и слиняли… — потупился одноклассник. — Что мы, лохи, оставаться? Ещё влетит лишний раз.

— Могли бы и навестить в больнице. Лишний раз, — передразнил Илья. — По вашей вине туда попал!

— Ну извини… забыли. А ты чего тут стоишь?

— Да так... дело одно есть.

— Ладно, пойду я! В классе встретимся!

Цыпа развернулся в сторону лестницы. Как всегда нелепый, в потрёпанной одежде. Ну да, семья у них небогатая. Все, кто чего-то добился, давно уехали. Остались такие, кому ехать некуда и не на что. Носят старое, пока не придёт в полную негодность, да так, что и не починить уже.

«Смотри! А там на спине у него, не краска, случайно?» — поделился Гермес неожиданным наблюдением.

Илья присмотрелся. На полинявшей и видавшей виды джинсовой куртке Цыпы можно было разглядеть остатки алого пятна. Его явно пытались стереть, но след всё равно остался. А по цвету, точь в точь, как и надпись на заборе.

Гнев плеснул мальчику в лицо, затуманив разум.

«Остановись, дурак!»

— Эй! А ну стой! — крикнул Илья, хватая Цыпу за рукав. — Это ты, козёл, у меня на заборе надписи рисуешь?!

— Отпусти! Ничего я не рисовал!

— А это по твоему что? — он ткнул пальцем в следы от краски.

— Тебе какая разница?! С пацанами в депо ходили, вагоны расписывали! Васька Дрон постарался. Мне и Отсеву — подошёл сзади и как пшикнет. Знаешь как потом от мамки влетело?! Весь вечер куртку оттирал!