Semblance of a God of Mischief

Chapter 4

"Какая бы великолепная заря

ни освещала вашу жизнь,

всё же в конце концов вас

заколотят в гроб и бросят в могилу"

***

Придя домой, я первым делом откинулась спиной на входную дверь. Меня всё также не оставлял вопрос этой боли и, самое главное, голоса. Может, я схожу с ума? Скинув туфли я прошла в зал, где застала божество за книгой "Граф Монте-Кристо". Удивлённо хмыкнув, я направилась к нему.

— Как тебе книга? — безучастно спросила я.

— Довольно сносно, как для смертных, — отрешённо проговорил Локи.

— Тогда какие же книги по твоему хороши? — попутно снимая пиджак и оставаясь в одной блузке, я сажусь на диван недалеко от Бога обмана.

— Книги Асгарда, — видно, эта тема ему неприятна, судя по холодности голоса и поэтому я решила оставить расспросы до лучших времён. Если такие вообще будут.

По его виду было понятно, что он сейчас в каком-то трансе и в своих воспоминаниях. Не буду ему мешать, лучше пойду что-нибудь поем.

Сидя на кухне и поедая лазанью, я смотрела как на Лондон опускается ночь, оставшиеся лучи заходящего солнца играли на моих чёрных волосах и неприятно жгли глаза, из-за чего я периодически хмурилась, но не могла оторваться от этого зрелища, эта картина завораживала. Я просидела на этом месте до тех пор, пока солнце не скрылось за горизонтом и не отдала ночи свои законные права.

Сидя вот так и смотря на закат, ты ощущаешь жизнь и время, что она быстротечна и коротка, а люди думают, что нужно успеть как можно больше. Но для чего? Для славы? Ради любви народа? Скорее, чтобы потешить своё самолюбие. Кого будет волновать на одре смерти то, сколько ты заработал или завоевал? В этот период мы все едины, и бедные и богатые. Мы не знаем, что ждёт нас на той стороне. Ад и рай? Чистилище? Или просто пустота и тьма? Может мы проживаем новые жизни? Кто знает? Хотя если вот так сидеть и об этом рассуждать, то мой час настанет раньше. Такие мысли навевают ещё большую апатию. Достаю сигарету и закуриваю. Я настолько выпала из реальности, что не заметила, как на меня смотрит божество. Да так пристально, что стало немного не по себе, но виду я не подала.

— Что? — бесстрастно спрашиваю я, развернувшись к нему лицом. Он стоит, опершись плечом об косяк.

— Всегда хотел узнать причину, почему смертные курят. Вам и так дан недолгий срок, — недовольно говорит он. Видно, он реально озадачен, поэтому я отвечаю на его вопрос, практически не задумываясь.

— Может, ради этого мы и курим, — и сделала очередную затяжку. Он на это ничего не ответил. Мы провели в такой тишине ещё пять минут и, выкинув окурок, я направилась в зал, где выбрала книгу русского писателя, коих у меня их было не так уж много, Чехова "Палата №6". В связи с последними событиями, весьма актуально. Но только у меня нет оригинального мышления, как у Громого, нет, возможно, меня ждёт больница, желательно психиатрическая, хотя, как я могу знать? Возможно, голоса продолжаться, а может это единичный случай.

Я сижу за этой книгой уже около четырёх часов, погруженная в этот мир, я не сразу замечаю время, сколько я уже тут сижу. На часах уже около двух ночи, а я ни сном ни духом. Хочется что-то сделать. И я знаю что.

Я начала писать эту картину ещё в двадцать шесть, когда моё психическое состояние было как нельзя лучше, если можно было назвать временное улучшение. На ней изображен курящий мужчина. Возможно, вы скажете, в ней нет ничего особенного, но для меня она означает свободу, безмятежность, спокойствие. Когда я смотрю на неё, я будто внутренне успокаиваюсь и расслабляюсь. Такая обычная картина может творить чудеса с человеком. Немыслимо, но возможно. Я не замечаю ни времени, ни усталости, ни дрожащих от напряжения рук, я полностью сосредоточена на процессе, что не замечаю, как солнце уже поднимается из-за горизонта и вытесняет ночь, встречая новый день. Поспать я уже не смогу, также, как и пойти на работу. Я устала. Не только физически, но и морально. Стоит позвонить начальству, сымитировать болезнь и можно получить больничный, что вполне не плохо.

Последний штрих и готово. Несколько баночек краски, грязные кисти и руки, и шедевр, можно так сказать, — готов.

Уже полседьмого, а значит можно звонить. Спустя десять минут, я их всё-таки уговорила, что-что, а врать я умела всегда, чем иногда и пользовалась, как в этом случае.

Получив "больничный" и закончив картину, я в хорошем расположении духа вышла из комнаты, вышла не как обычно — при полном параде, а в простых домашних серых штанах и зелёной футболке. В планах на данный момент было выпить кофе и отдыхать, и ещё, — разобраться в себе, что я и планировала, когда получу отпуск.

Выпив эспрессо я хотела пойти и посмотреть телевизор. Впервые за три года. В комнате я божества не обнаружила, также, как и во всей квартире, что несказанно радует.

"Неужели ушёл? Слава Богу…"

Теперь эта фраза будет иметь немного другой смысл. Теперь квартира снова полностью в моём распоряжении, как и раньше.

Листая каналы, я остановилась на экранизации романа Оскара Уайльда "Портрет Дориана Грея". Будет интересно посмотреть, как перенесли эти события современники в кино. Если честно, фильм неплохой, но книга всегда будет лучше, как бы хорош не был фильм.

Закончив просмотр, решила приготовить пасту "Карбонара". Видно, с уходом трикстера моё настроение значительно улучшилось. Ну и хорошо, вновь заживу по-старому.

Спустя два часа паста приготовлена. Я уселась на диван с книгой в руках и периодически ужинала.

Уже близился закат. Лучи заходящего солнца отражаются на окнах многочисленных домов. На улицах люди спешат домой, после долгого, изнурительного рабочего дня. Вечно недовольные и жалующиеся на свою ужасную жизнь. Всё считают, что их проблемы — самые серьёзные и что хуже быть не может. Человеческий эгоизм… Все люди эгоистичны, даже те, которые говорят обратное. Всё заботятся только о своих шкурах и мало кто будет помогать нуждающимся. Иногда даже самые хорошие поступки, делаются из-за плохих побуждений, чтобы в глазах других выглядеть героем. Мы все устроены по одному принципу. У нас одно мышление, как бы это плохо не звучало. Будите ли вы помогать себе или своему знакомому? Возможно, самые жертвенные из вас скажут, — что конечно знакомому. И даже сейчас вы соврали, чтобы не выглядеть в чужих глазах трусом или эгоистом. Хотя, может и есть праведные люди, готовые на всё, ради спасения гражданских, но таких уже почти нет. Мы живём в эгоистичное и алчное время, и нам остаётся только поддаться этим правилам, чтобы не быть растоптанным обществом. Отличающихся людей не любят. Их давят, чтобы сделать из них серую массу бесчувственных роботов. Бунтарей не любят…