Semblance of a God of Mischief

Chapter 20

***

От лица Локи

Прошло уже достаточно времени, а Эльза всё не появляется. На этом шумном празднике жизни, где куча существ собрались лишь для того, чтобы выпить, она могла легко затеряться. Здесь это не единичный случай, сплошное стадо задавливает тех, кто не вписываются в эту толпу. Если ещё и вспомнить, как на неё смотрели, то с ней могли что-то сделать и похуже, чем оскорбить или сбить с дороги. Её удостаивали не менее презрительных и неодобрительных взглядом, чем меня. Так как она моя спутница, то Эльза автоматически становится предметом насмешек.

Возможно, я должен испытывать вину, раз подписал её на такой приговор во дворце, но это не так. Я заранее уговорил Дагара, чтоб он отказался сопровождать Эльзу и пошёл с кем-нибудь другим. Не знаю, откуда было это пресловутое желание, но, что сделано, то сделано.

Пока свита Тора, а также остальные асы и сброд общества веселились, я не мог найти смертную. Если судить по спиртному, которое она сегодня испробовала, то она должна сейчас дышать свежим воздухом.

Встав из-за стола, но моего отсутствия никто не заметил, что было мне на руку. Петляя коридорами и своим не самым дружелюбным видом распугивая слуг, я услышала чей-то стон боли, что был мне смутно знаком.

Догадка озаряет меня моментально.

— Эльза! — крикнул я, не заботясь о том, что меня могут услышать.

Я бежал туда, где слышались звуки, то есть, на балкон.

Широкими шагами преодолевая проходы, я оказался на балконе, где в луже собственной крови лежала Эльза с разорванном на животе платье. Я успел заметить лишь чёрный плащ, что скрылся в ночной тьме. Но сейчас мне не было дело до того, кто это совершил. Тот, кто посмел к ней притронуться, будет покаран. Покаран с особой жестокостью.

Присев на корточки возле Эльзы, я оценил ущерб раны. На животе сквозила рана, а корочка по краям начала загнивать и чернеть. Это не просто ранение, это задуманная атака избавления, чтоб она не выжила. Похоже, оружие было пропитано особым ядом. Видно, это готовил тот, кому она перешла дорогу, ну или же, кому я перешёл.

Она была без сознания, а на её лице были видны невысохшие слёзы боли. Её сердце ещё билось, что давало надежду. Хоть это и неслабый яд, но я смогу изготовить антидот. Это не сможет вылечить целитель, лишь противоядие собственного изготовления.

Аккуратно подняв смертную на руки, я направился к лекарю, стараясь причинять ей как можно меньше боли. Она безвольной куклой свисала на моих руках, настолько беззащитная и слабая, что невольно проникаешься чувством жалости. Мой камзол уже запачкан в её крови, но сейчас не время до чистоты.

Слуги смотрели на меня с ужасом и страхом, но сегодня это не льстило мне и не доставляло былого удовольствия, лишь раздражение и отвращение. Такова натура их, видеть, что человеку будет нужна помощь, но будут стоять в стороне. Могут говорить, сопереживать, но не действовать, если у существа остались считанные минуты.

— Ты сегодня не умрёшь, — прошипел и ускорил шаг.

Ногой открыв дверь в палату лекарей, я положил её на ближайшую кушетку. Она побледнела, а на лбу выступила испарина.

— Здесь есть лекари? — гаркнул я, и на мой зов прибежала немолодая женщина. Осмотрев девушку нахмуренным взглядом, она сразу подбежала к шкафчикам, доставая нужные предметы для операции. Пусть для начала зашьют рану, а после я дам ей противоядие.

— Сколько уже она в таком состоянии? — взволнованно спросила, перебирая склянками.

— Около семи минут, может чуть больше, её ранили заговоренным ножом, — объяснил я ситуацию. Вдруг смертная истошно закричала, так, что сердце пропустило пару ударов. Я сильно волновался за девушку, так как её организм не приспособлен к такому. Любой местный яд для неё будет иметь более серьёзные последствия. Если среднее возможное время нахождения яда в организме составляет около десяти часов, то у неё около двух. Исход зависит от ингредиентов, из которых сварен яд. Либо человек задохнётся, либо захлебнётся собственной слюной, медленное уничтожение нервных окончаний и многое другое. Ей нельзя двигаться, так зараза быстрее распространится.

Первая стадия любого яда, когда человек находится в бреду. Нужно узнать из образцов, что попало ей в организм, и из снадобий, которые попали, сделать антидот. Для этого будет нужна моя лаборатория, которой я довольно давно не пользовался. Там находятся сотни зелий, трав, отваров и многое другое.

Пока я буду готовить элексир, нужно, чтоб ей зашили рану и вкололи дозу анестезии, чтоб она меньше мучилась, так как боль должна быть адская. Медицинского образования у меня, к сожалению, нет, но мне, в последнее время, часто приходится спасать одну смертную. Её прям тянет на неприятности.

Взяв на пробу немного крови из её раны, отчего она вскрикнула и выгнулась в спине, но я смог её удержать, что было слегка проблематично.

Получив её кровь, я оставил Эльзу с женщиной, которая уже готовила стол и надевала перчатки. С других комнат прибежали помощницы, которые будут помогать этой женщине. Она видит, это не просто рана, а более серьёзная.

Я быстро добежал до своих покоев, а после и до лаборатории, попутно снимая шлем.

Достав нужные склянки и пробирки, я принялся смешивать нужные ингредиенты и травы, добавляя антидот основанный на крови Эльзы. Обратная формула сделает положительный эффект и вытеснит отрицательный.

Я ещё никогда так быстро не варил зелья, обычно это занимало около трёх часов, но сегодня приходиться работать в ускоренном режиме.

Спустя ещё время я слышу отчаянный крик с примесью мольбы и боли, его даже слышно из медицинской палаты, ибо мои покои находятся не так уж и далеко. От этого звука кровь стынет в жилах, причиняя тупую боль в области сердца. То чувство, когда важный для тебя человек страдает, а ты не можешь облегчить его мучения или забрать на себя. Остаётся лишь судорожно метаться, чтоб хоть как-то помочь. Но в моём случае я могу помочь, я должен ей помочь.