Семеро из Вереска

Начало: Опасайся зеркал

В зеркалах живут не тени —

Те, кто перешли черту.

Ты не бойся, просто верь им,

Но не приглашай беду.

Кира знает статистику наизусть. Семь человек за полгода. Ни тел, ни улик, ни свидетелей, ни-че-го. От них остались лишь громкие газетные заголовки, объявления на картонных пачках молока и листовки «missing» в руках волонтёров. В считанные месяцы городок Вереск (к слову, расположенный на севере) с населением в шестнадцать тысяч стал самым опасным местом в стране, хотя власти и делали вид, что всё под контролем.

«Маньяк? Мафия? Преступная группировка?» – чего только не предполагали журналисты, но ответа никто не знал. Полиция отмалчивалась или бросала короткое «нет доказательств», предоставляя тем самым прессе возможность хоть каждый день публиковать статьи с предположениями и теориями. Безусловно, смело было считать, что полиция в нашем городке подкована в поимке опасных преступников и быстро справится с делом (самое страшное, что случалось у нас за последние десять лет, – пьяный дебош под Новый год), но даже когда подключились кадры из столицы, дело не сдвинулось с мёртвой точки. Похититель был словно фантом – действовал быстро, не попадался на глаза и не оставлял следов, прямо суперзлодей-призрак из фильма.

Горожане часто шептались, пересказывали друг другу слухи и с каждым днём (а точнее – с каждым новым пропавшим) всё больше боялись. Опасались всех, кого считали подозрительными: пьяниц, вышедших преступников, приезжих, людей с масками или укутанных в шарф так, что видны одни глаза, стариков с искажёнными жизнью лицами, жестоких на вид мужчин со шрамами. Каждый день, выходя из дома, невозможно было не заметить мигающую красно-синими огнями полицейскую машину или не поймать на себе взгляд человека с ориентировки. Вечером весь город затихал. Горожане предпочитали переждать темноту дома. Младшеклассников перестали отпускать на улицу вечером одних, и детские площадки заметно опустели: если раньше на них было не протолкнуться, то сейчас – не больше пяти человек (трое из которых обязательно – озабоченные взрослые) после полудня. Подростки и взрослые тоже не задерживались на улице до темноты – все прогулки сводились к дороге с учёбы или работы обратно до дома вдоль освещённых улочек и походам в магазин за продуктами.

Кире семнадцать, и она никогда не любила детективы и документалки о преступниках, но теперь всё это – её реальность. С каждым днём она всё меньше доверяет полиции. «Не найдено ни одной зацепки» – уже привычная фраза для эфира новостей.

В школе тоже всё изменилось.

Раньше перемены были громкими – крики, беготня, хлопанье дверями, бумажные самолётики с записками. Теперь же в коридорах стояла какая-то приглушённая тишина, будто дети боялись привлечь внимание. Изредка раздавалось шарканье ботинок (кто-то опаздывал на урок) и резкие рингтоны телефонов – наверняка звонки от родителей.

В тот день, четвёртого мая, вместо обычного урока к ним зашёл полицейский.

— Садитесь, — устало сказал он, кивнув на парты. — Разговор серьёзный.

Кира опустилась на своё место у окна. По стеклу стучал один из первых в этом году дождь. Одноклассники переглядывались, кто-то нервно крутил ручку, кто-то уставился в стол. Полицейский – суровый, с красными глазами и тяжёлым взглядом, будто не спал несколько ночей, – повесил на доску карту города с отмеченными районами.

— Вы все знаете, что происходит, — начал он без предисловий. — За полгода пропали семь человек. Семь. Это не шутки. Мы не знаем, кто это делает, не знаем, почему и не знаем, кто следующий.

Он обвёл класс тяжёлым взглядом.

— Поэтому вы должны быть аккуратны.

На доске появился список, напечатанный крупными буквами:

НЕ ОТКРЫВАЙ ДВЕРЬ НЕЗНАКОМЦАМ.

НЕ ВЫХОДИ ИЗ ДОМА ПОСЛЕ 22:00.

НЕ ХОДИ ПО ТЁМНЫМ УЛИЦАМ.

СООБЩАЙ О ПОДОЗРИТЕЛЬНЫХ ЛЮДЯХ.

— Это не просто рекомендации, — голос полицейского стал жёстче. — Это правила. Если кто-то кажется вам странным – звоните 102. Если видите чужую машину возле дома – запоминайте номер. Если слышите крики ночью – не высовывайтесь, вызывайте нас.

Кто-то с задней парты тихо спросил:

— А вы сможете приехать вовремя?

Полицейский не ответил. Только выдохнул, и этот выдох прозвучал как признание поражения. Ни одному из семерых не помогли. И мы не знаем, можно ли им ещё помочь.

— Мы делаем всё, что в наших силах, — сказал он наконец.

Ещё двадцать минут мужчина рассказывал детям, как избежать «неприятностей». «Сразу после уроков звоните родителям и говорите, что идёте домой. Не садитесь в попутки. По возможности ходите вдвоём или группами. Почаще звоните родным и друзьям, спрашивайте, дошли ли они домой».

Класс слушал внимательно. Все понимали – сейчас не до шуток.

После урока к Кире подошла Аня – они дружили ещё с садика.

— Ты домой одна идёшь? — спросила шёпотом.

— Да, — Кира пожала плечами. — А что?

— Может, тебя проводить?