Семнадцать

5

Как бы сильно мне не хотелось думать насчет родителей, я понимала, что остались считанные дни до начала учебного: нужно было что-то решать с переездом. И эта мысль волновала меня больше всего. Подумаю утром. 
Подойдя к дому, я посмотрела на окно бабушкиной комнаты. Свет был погашен. Я тихо поднялась в свою комнату и шлепнулась на кровать, перед этим быстренько схватит на кухне круассан. Так хотелось спать. Но я вспомнила про свой телефон, который оставался выключенным все это время. Неудивительно, что Бекк звонила бабушке. Мне не хотелось ей перезванивать сегодня, мне просто хотелось увидеть смс от мамы о том, как сильно она меня любит и извиняется, что не вступилась за меня перед отцом. Включив телефон, я увидела одиннадцать пропущенных от подруги и смс от мамы. На секунду я даже обрадовалась. 
«Тебе не стоило так поступать. Возвращайся и извинись перед отцом». 
И в очередной раз почувствовала обиду. Разве я виновата в том, что не согласилась с мнение папы? Минут десять я лежала и смотрела в темноту с телефоном на груди. Я ни о чем не думала, просто слушала, как дует ветер за окном, шевеля траву и листья деревьев. Уснула, даже не переодевшись.  
Утром я проснулась от громкой музыки прямо под ухом. Сонная, я еле нашла телефон под подушкой. Глаза еще недостаточно открылись, и я не смогла разобрать, что написано на дисплее.  
— Да?  
— Спасибо, что так быстро перезвонила. 
— Бекк, ты же знаешь, я бы перезвонила, мне нужно было немного подумать и решить все, наконец-таки, — еле выговаривая, ответила я. 
— Я надеюсь, решение в пользу Сиэтла. 
— Грейси тоже против того, чтобы я оставалась в Редмонде, но я останусь. Прости, Ребекка, я помню, что ты просила меня не оставлять тебя. Но так будет лучше, правда. 
— Даже не думай, что еще раз попытаюсь тебя разубедить, я уже сделала все, что могла. Но я не понимаю, как я буду здесь без тебя, а ты там без меня. Мы же дольше ночи никогда не были порознь, — неравно смеясь, с ноткой надежды говорила Ребекка. 
— До Редмонда всего тридцать минут. Ты можешь приехать в любое время. 
— И ты! — крикнула Ребекка. 
— Только, если мистер Олфорд согласится приютить меня, — смеясь, сказала я. 
— Эдисон, он всегда рад тебе. Кстати, что насчет завтра? — хитрым голосом спросила Бекки. 
— Что ты имеешь в виду? 
— Я вечером буду в Сиэтле, а завтра могу приехать к тебе до начала учебы! Потрясающая идея, правда? И обязательно узнай у местных о вечеринках, мы должны там быть. 
— С бала на другой бал? Бекк, я не удивлена. Раз ты так настроена приехать, заскочи ко мне и возьми хотя бы часть вещей, дорожная сумка по кроватью. А со школой свяжусь сама, надеюсь, они согласятся выслать документы без моего присутствия. Я напишу смс маме, что ты заедешь.  
— Я рада, что ты в хорошем настроении. Ладно, я пойду вещи собирать. И насчет вечеринки я не пошутила! Пока, Эди. 
— Пока, Бекк, — вздыхая, попрощалась я. 
Очень жала, что она не пошутила, потому что я не имею понятия, у кого узнать.  
Без стука в комнату вошла Грейси. 
— Доброе утро, детка. Я все слышала, не стоит возмущений, — радостно сообщила она. 
— Я надеюсь, ты тоже не будешь меня отговаривать. Мне не понадобилось четыре дня, чтобы решить все. 
— Не буду, — резко сказала Грейси, желая закрыть тему. — Но я влетела так не для этого! Пришел Хардин, я сказала, что позову тебя. 
— Пусть подождет. 
Я выпалила это настолько нервно, что хотелось провалиться под землю. Но я все равно всем сердцем надеялась, что бабушка не заметила этого. Я уверена, что мой вид потряс ее больше: вчерашняя помятая одежда, а на голове растрепанный пучок. Все-таки неловко появляться в таком виде даже перед парнем, который всего лишь давний друг. Наверное. 
Быстро приняв душ, я влетела в кухню. Это было слишком громко, что Грейси и Хардин отвлеклись от своей оживленной беседы и подняли головы на меня. На удивление, я даже не покраснела, а сразу начала говорила: 
— Привет, тебе чего? 
— Доброе утро, я мимо проезжал, хотел поблагодарить, что довела вчера до дома. 
Грейси уставилась на меня еще больше, но я специально старалась не пересекаться с ней взглядом, чтобы ничего не объяснять прямо сейчас. 
— Ты только поэтому мимо проезжал? — давая всем видом понять, что не очень рада его видеть, спросила я. 
— В общем-то, да. Как там говорят обычно? Если что-то понадобится, звони, — опять, начиная язвить, ответил мне Хардин. — Я поеду тогда. До встречи, миссис Грин. 
— Пока, Хардин. Скажи бабуле, что я принесу завтра ее журналы, — с непонятной улыбкой ответила бабушка. 
— Погоди, — внезапно вспомнила я. — Что насчет вечеринок завтра?  
— М, ничего не знаю, кроме той, что мы устраиваем с друзьями на причале, как в прошлый раз. Могу заехать за тобой, — подмигивая, сказал Хардин. 
— Нет, спасибо. Пока, до завтра, — выталкивая его за дверь, крикнула я. 
Через стекло я увидела, что Хардин ещё стоял возле дома. Я прислонилась к двери спиной, стеклянными глазами посмотрела на бабушку, думая о завтрашнем дне. На секунду бабушка открыла рот, и я была готова поклясться, что знаю, о чем она хотела спросить. Но я, как пятилетний ребенок, с улыбкой до ушей подскочила к Грейси, чмокнула ее в щёчку и побежала по лестнице в свою комнату. Бабушка лишь расхохоталась, а затем томно вздохнула, будто пробежала стокилометровый кросс.  
Я залетела в комнату с той же широкой улыбкой и по традиции шлёпнулась на кровать.  
"Ребекка заедет завтра за моими вещами". 
Надеюсь, мама не будет упираться.  
Встав с кровати, я мигом подлетела к книжному шкафу. Мой взгляд упал в сторону окна. Лето в Редмонде — это что-то необыкновенное. Солнце сияло невероятно ярко, что я невольно прищурилась, а на лбу появились морщинки. По небу, словно кудрявые барашки, плыли белоснежные облака. Я задернула шторы и начала разглядывать книги. Большинство из них — старые детские сказки, с пожелтевшими и оторванными страницами в углах. Рука невольно потянулась к книге, которую я впервые прочла ещё в тринадцать. "Мартин Иден". Я не собиралась ещё читать ещё раз, мне просто было важно открыть, вдохнуть запах страниц и провести пальцами по таким знакомым строчкам. А, что, если я на самом деле преувеличиваю, и стоит уже раз и навсегда решить в отношениях с родителями? Я всем сердцем хочу забыть об этих обвинениях, скандалах, избиениях, но почему-то я сомневаюсь, будто делаю что-то не так. 
Неожиданный стук в дверь прервал мои размышления. Бабушка слегка приоткрыла дверь и, заглянув, предложила: 
— Давай прогуляемся? До моего любимого шоу еще целых два часа. 
В знак согласия я отложила книгу в сторону и пошла за ней. Выйдя на улицу, на нас подул теплый ветерок, но я машинально обхватила себя руками, на что бабушка усмехнулась. Мы шли в тишине, но, кажется, нас обеих это не смущало. Бабушка шла с ровной осанкой, сосредоточенно, глядя строго себе под ноги. Отсутствие мыслей в моей голове, чему я была несказанно рада, помогало насладится природой подходящей осени. Пух все еще слетал, но уже крошечными комками. Некоторые деревья выгляди как-то особенно непривычно для лета: на них практически все листья были слегка пожелтевшими и сухими. Это, определенно, в моих глазах придавала Редмонду живописность.  
Показалось, что мы прошли весь Редмонд, как вдруг Грейси остановилась и присела на скамейку. Это был небольшой сквер, кажется, почти на окраине. Бабушка посмотрела на меня настолько серьезно, как умела делать только она, и я поняла, что ее все еще волнует мое решение остаться в Редмонде.  
— Да, я все еще сомневаюсь. Ты не думай, я рада, что ты скрасишь мне старость, — смеясь, оправдывалась бабушка. 
— Но? Ты разговаривала с родителями? — сразу догадалась я. 
— Да, с отцом. Если быть честной, он совсем не против, что удивило меня. Ведь он всегда был ярым сторонником твоей учебы. Он даже пообещал, что заедет к тебе в школу, чтобы забрать документы и отправит их тебе.  
Я немного замешкалась с ответом. Как бы сильно мне не хотелось, чтобы родители меня отпустили, я не была готова к такому безразличию со стороны отца. После слов бабушки, я осознала, что совесть мучила только меня, только я переживала из-за недосказанности и недопониманий, а отец лишний раз подтвердил свой эгоизм. Я считала, что он должен сделать первый шаг и постараться наладить со мной отношения, но он лишь еще раз отдалился от меня на сотни тысяч километров.  
— Грейси, улыбнись! Я рада, что теперь могу остаться с тобой без запретов родителей, — сказала я, надеясь, что бабушка не увидит моей обиды и разочарования.   
Стараясь нарушить неловкое молчание после моих слов, я подскочила и побежала к качелям, которая находилась почти в другом конце сквера. 
— Давай, Грейси, побежали! — крикнула я на полпути.  
Как я и предполагала, бабушка не начала ворчать и припоминать свой возраст, она встала со скамейки быстрым рывком и быстрым шагом пошла в мою сторону. Дождавшись Грейси возле качелей, я сказала: 
— Катаю я.  
Жизнерадостная улыбка озарила лицо Грейси, и она без размышлений уселась. Я начала потихоньку раскачивать, боясь, чтобы бабушка не упала с этой крошечной седушки, но она только с недовольством крикнула мне: 
— Круассаны не идут тебе на пользу, поэтому завтра будет каша. Давай же, раскачивай сильнее! 
Я расхохоталась, а через секунду разлеглась пластом на еще зеленой траве. Бабушка сидела на качели, пока та не остановилась, а затем обосновалась рядом, накрыв мою руку своей.  
— Ты не представляешь, как я рада вернуться сюда. Кажется, мне именно этого и не хватало, чтобы жить полной жизнью.   
— Я тоже рада, что ты снова со мной. 
Через минут двадцати мы были уже дома, как раз успев к началу шоу. Бабушка плюхнулась на диван в гостиной, а я решила сварить кофе, чтобы она не отвлекалась. Поставив чашку на кофейный столик, я напомнила, что завтра приедет Бекки. Не брать телефон с собой вошло в привычку, поэтому, зайдя в комнату, я сразу же взяла его в руки и увидела смс от мамы: “Мы обсудили с отцом твой отъезд и решили, что так будет лучше для семьи. Буду ждать Бекк”. Я хотела, чтобы они отпустили меня, но отпустили не так.