Семнадцать Саламандр

Глава шестнадцатая. Майе или Рост.

Нет, определённо все, кто не присутствовал на тех переговорах, сохранили себе немало нервов, как, впрочем, и пропустили невероятное событие. Когда ещё увидишь, как представители двух держав разговаривают на повышенных тонах, почти на грани срыва? Император давил на то, что срочное формирование посольства и отправка его на нашем корабле уже через два дня неприемлема. Аскерий отвечал, что лишь на таких условиях Саифия согласна принять послов у себя и наконец-то подписать тот треклятый договор, который, кстати, нужен больше империи, чем нам. От нашей страны в комнате присутствовали лишь мы вдвоём, что создавало обманчивое впечатление то ли нашей самоуверенности, то ли слабости, в зависимости от высокомерного мнения присутствующих.

Мой взгляд определял из толпы в тридцать человек аж девять магов. Слишком много. Чуть повернула голову, чтобы посмотреть на любимого. Взгляд твёрдый, ни капли страха, руки, лежащие на столе, расслаблены. Не то что у меня. Даже знание того, что меня в случае чего защитят, не спасало от страха, и это было видно, как я ни пыталась скрыть эмоции. Перехватив взгляд кронпринца, внутренне поёжилась. Он явно что-то замышлял.

— Залог, — наконец подал он голос, при этом продолжая смотреть на меня.

Ощутила, как у меня поползли клыки, а глаза начали перестраиваться в кошачьи и наливаться серебром. Не успел никто среагировать, как на мою, лежащую на столе ладонь с проявившимися чёрными когтями, опустилась рука Аскера, посылая волну искр и загоняя мою ипостась обратно ментальным тигриным рыком, который, судя по нескольким дёрнувшимся магам, услышала не только я. Недовольно посмотрела на любимого и быстро отвела взгляд в сторону, напуганная его грозным взглядом. Мне сказали разок разозлиться, но чтобы так?.. Совсем ребёнком выгляжу на его фоне.

— Не стоит называть дочь асар и мою невесту залогом, я могу и обидеться, — левая ладонь Аскерия всё же сжалась в кулак. — Мы никогда не были замечены в нарушении своих обещаний, и если я сказал, что ваши послы неприкосновенны, значит, так и будет! И никаких дополнительных бумаг и заверений не требуется. А что касается предложения Его Высочества, то пусть его мечты об Эвелин останутся мечтами, пока не случилось непоправимого.

— Это угроза?

— Не больше, чем исходила от вашего сына, Ваше Величество.

— Он не угрожал сае, ансар.

— Мне нет дела до его увлечений! Пусть любуется ансари, дарит ей подарки, пишет любовные письма. Наши традиции такое позволяют, — кажется, тема разговора свернула не туда. — Но, если он ещё раз попытается применить свой артефакт магии крови, я сделаю так, что он заречётся смотреть в сторону любой саифы до конца своих дней.

— Да как вы…! — подскочил с места принц Леон. — Как вы могли подумать, что я?!..

— У моих стражей хорошее зрение, принц. Но, возвращаясь к нашему вопросу…

— Мы не закончили! Вы меня оскорбили!

Аскерий хмыкнул, впервые показав народу столь яркую эмоцию:

— Ваше Высочество, я видел вашего прадеда, и на тот момент мне было уже за сотню. Считать, я надеюсь, вы умеете? Как мой возраст, так и ваши шансы в дуэли? — вежливое обращение к принцу прозвучало как насмешка. — В имиротских архивах много жалобных мемуаров обо мне за короткие три года войны.

Эвиль! Я дура! Ведь исторические книги в здешней библиотеке от меня никто не прятал! А я всё больше хотела почитать о магии. Как же мало осталось времени!

Коротко брошенный взгляд императора на сына, и юноша замолкает. Молчаливая ярость, беснующаяся в его глазах, обжигает. Переговоры продолжаются, но градус настроений у всех вырос. Как любимый выдерживает этот напор, я просто не понимаю. Час спустя бумаги были подписаны. Карл согласился отправить вместе с нами посла с секретарём только с условием, что с ним поплывут трое магов, один таинственный Воин Веры и небольшой штат прислуги. В голове раздавался задорный смех Динади, поднимающий уверенность в том, что всё идёт, как надо.

Как только свиток оказался в руках ансар, он поднялся, галантно взял меня за руку и, коротко попрощавшись со всеми, телепортировался, наплевав на все блокировки, что были расставлены в кабинете. Ещё один штрих в картину его образа.

— Терпеть не могу их рожи, — выдохнул Аскер, падая в кресло. — Что Карл, что его сынишка так похожи на своего предка. Из-за Люция и его мечтаний о мировом господстве столько саифов погибло. Столько друзей…

Не зная, что сказать в ответ, достала из ящика стола флейту и заиграла, медленно перебирая ноты. Музыка успокаивала нас обоих. Всего несколько минут – и тяжёлая складка, появившаяся на лбу любимого, разглаживается. Свиток с обязательствами беззаботно брошен на столешницу, голова саифа медленно откинулась назад, глаза закрылись.

— Спасибо, Эвви.

— Это меньшее, что я могу сделать. Я была совсем бесполезна.

— Неправда. Если бы не твоё присутствие, я бы там всё взорвал, — признал Саари, и что-то мне в его голосе подсказало, что он бы так и сделал. — И ещё, милая, пообещай, что не станешь читать их исторические сводки.

— Боишься, что я узнаю про тебя что-то запретное? — спросила с хитринкой, присаживаясь к нему на колени.

— Там слишком много лживой пены поверх реальных фактов. Не думаю, что тебе доставит удовольствие такое прочтение событий… А я не хочу потом ловить твои косые взгляды из-за их вымыслов.