Семнадцать Саламандр. Клятый отступник

Глава седьмая. Канэри или Скалы.

Константин Давидович Воротин:

Жизнь хранителя нулевого архива порой бывает интересна, но чаще всего, увы, однообразна. У меня постоянно бывают гости, они тратят часы и дни на просмотр информации с записных кристаллов. И забывают даже про еду и сон, заставляя меня принимать на себя не совсем мои обязанности по спасению увлёкшихся исследователей. Но всё равно, я любил свою работу: за возможность видеть в подотчётных помещениях правителя и сильнейших магов, за шанс хоть иногда сказать им несколько слов. Ведь я тоже изредка подглядывал за путешествиями шпионов: верных империи и случайных, кто даже не подозревал, что стал проводником в неподконтрольные нам территории. И порой находил то, на что другие специалисты не обращали внимания. Не всегда это становилось общим достоянием, гораздо чаще я оставлял эти находки внутри своего разума, понимая, к чему может привести излишняя осведомлённость власть имущих.

Особое место в моей коллекции занимали кристаллы с другого материка. Для кого-то они были способом найти уязвимое место в обороне вражеской страны, для меня же – возможностью увидеть новое. Посмотреть на диковинных животных и красоты бесконечного для меня мира. Ограниченный в передвижениях, связанный десятком клятв, только так я мог порадовать себя и ощутить вкус жизни. Пусть и чужими глазами.

К моему сожалению, к новозаполненному кристаллу меня пока не допускали, исследователи сменяли друг друга только на сон, который был крайне коротким. Иногда я слышал восторженные голоса магов, что обсуждали полученную информацию, но старался не вслушиваться. И всё равно выхватывал отдельные фразы:

— Смог вычислить координаты долины?

— Вот, смотри: тут он видит часы. Дата известна, вычисляй угол и размер тени, передам мастеру Корну…

— Это плетение защиты имеет уязвимость, и я, кажется, понял, как его обойти. Помнишь новые чары Романа Широкова, что он показал на последней конференции в Имире?

— Как же много обрывков, что же они такое сделали, что мы так мало получили? Он ведь сутками торчал в этой вшивой библиотеке!

— Тебе бы поспать, выглядишь отвратно…

— Я во сне либо продолжаю работать, либо вижу сплошную кашу из событий дня… бесит, выспаться никак не могу, открываю глаза и сразу сюда…

— Сочувствую твоей потере…

— Прекрати! Тошно от ваших переживаний, не отвлекай… вот, глянь лучше сюда, видишь этот абзац?.. Если бы мы только знали…

— О, а вот эти чары нам пригодятся!

— Да что ж такое! Мне кажется, время вспомнить про Раэля. Нужно срочно устранять эту проклятую су…

Снова они обсуждают свои секретные дела в полный голос. Я прищёлкнул пальцами, создавая кокон, глушащий звуки. Пусть моя библиотека и не имеет книг, но тишина – есть порядок. И знание, когда нужно закрыть уши – самое полезное из моих умений.

Ничего, скоро они вытащат из артефакта всё ценное, и я буду допущен к камню. Смогу хоть немного отвлечься от своей бесконечной работы.

***

Следующие полтора месяца пролетели словно неделя. Я подтягивал саифский, пусть он и был у меня на довольно приличном уровне. Учил правила поведения, этикет, глотал одну книгу за другой, смешивая историю, поэзию и науки. Тренировал магию с Элераном, но пока без погружения в дела храма. Проводил вечера с Аламей, когда ей удавалось вырваться к нам из своего не менее загруженного графика. Я слушал её рассказы и немного завидовал тому, как много она путешествует. Наставники Шин с выдумкой подходили к подготовке своих жрецов, показывая им самый разнообразный спектр пациентов и возможных болезней. Ещё они много времени проводили с последователями Дракана, бога земли, совместно помогая зачаровывать землю и растения на полях. Я старался впитывать всю полезную информацию, что удавалось вычленить из разговоров с ней: города, имена, необычные фразочки и общие настроения жителей Саифии. Всё это казалось мне важным для лёгкого вхождения в их общество.

До весны в горах было ещё далеко, но где-то южнее она уже наверняка вступила в свои права. Утром, выскочив во двор, я спешно пробежался до купола и добыл пару пучков ароматных трав.

А на кухне меня ждал самый приятный сюрприз.

— Доброго утра, Аскурр, — обернувшись, улыбнулась мне девушка. Белые волосы, забранные в высокий хвост и украшенные голубым бантом, немного качнулись в сторону, открывая вид на татуировку в верхней части шеи. В центре почти невидимой белой пентаграммы находилась красивая композиция из цветов: розовых и синих оттенков.

Знаменитая ментальная защита! У отца она была вообще почти не видна и сделана в цвет кожи и волос, словно продолжение прядей в виде завитков, похожих на морские волны.

— Привет, Мей. Что ты тут делаешь? — я замер, рассматривая её жёлтое пышное платье длиной до колена, изящные ножки в лёгких белых колготках, обутые в голубые туфельки.

— Готовлю тебе завтрак, — улыбнулась она, переворачивая блинчик.

— Я не про это? — подошел чуть ближе, размещая травы на столешнице.

— Дедушка на задании, вот я и подумала, что моё общество скрасит твоё одиночество, тем более я хотела тебя кое-куда сводить.

— Куда? — вопрос о задании отца мгновенно выветрился из моей головы.