Семнадцать Саламандр. Клятый отступник

Глава четырнадцатая. Эйррас или Равновесие.

На этот раз глаза мои открылись на закате. Мей рядом не было, а потому я взволнованно сел, осматриваясь. И увидел её в ближайшей к нам беседке вместе с Верховным жрецом Шин, кажется, его звали Еревий ард Лиос. Полного имени этого саифа я не помнил.

Поднявшись, я направился в их сторону, подмечая, что девушка уже сменила безнадёжно испорченное платье на светло-зелёную пижаму, а ночная рубашка была расстёгнута, чтобы у целителя была возможность осмотреть её рану: очень некрасивую, разрезающую её живот от самого низа вверх. Насколько смог, я подлатал Мей, и, видимо, отец тоже постарался, но красный шрам всё ещё был явственно виден и местами кровоточил.

— Доброго вечера, Ас, — улыбнулась моя любовь, совершенно не смущаясь своего вида. А собственно, чего стесняться? Красивая у меня девушка, словно создана божественным скульптором. А раны? Они лечатся.

— Приветствую, — коротко обернулся в мою сторону золотоволосый мужчина и вернулся к сканированию организма пострадавшей.

— Добрый вечер, — отозвался я, поднялся в беседку и опустился в одно из кресел. Рядом на столике тут же возникла чашка с молоком, словно созданная из облака. Эм, внезапно как-то!

— Советую не пренебрегать, — произнёс сай Еревий, обратив внимание, что я уже с десяток секунд пялюсь на чашу.

— Да, извините, — я протянул руку и взял со стола пиалу, отпив небольшой глоток.

Ммм! В жизни не пробовал молока вкуснее! Такой приятный сливочный привкус с нотками чего-то освежающего. По телу словно энергетические волны разливались от каждого глотка. Я даже постарался максимально продлить время распития напитка.

— Всё, Аламей, можешь сесть, — к моменту, как я расправился с напитком и снова заскучал, лечение было завершено.

Саифа застегнула рубашку и, недолго думая, забралась на мои колени. С большим удовольствием обнял красавицу и положил подбородок на её плечо. Верховный жрец Шин понимающе улыбнулся.

— Что ж, больше рана открываться не должна, я изолировал её от эманаций проклятья. Последствий для жизни у тебя не будет, шрам сведём. Тебе очень повезло, что у тебя такой защитник.

— Знаю, — мягко ответила она, испытывая светлые чувства от нахождения рядом со мной. Приятно осознавать, что тебя ценят.

— В ближайшие пару месяцев приходи в себя, в лечебницу являйся только на осмотр. Узнаю, что лечишь кого, лично выпорю розгами! Все манипуляции с магией ограничь до бытовых, норма по изготовлению эликсиров с тебя временно снята до моего распоряжения.

— Хорошо, сай Еревий, — недовольно надула губки Мей.

— Относись к этому, как испытанию на терпение, — строго произнёс мужчина, в его голубых глазах мелькнули изумрудные искры. — Я ожидаю, что ты ответственно подойдёшь к своему восстановлению.

— Да, сай Еревий, — тон голоса у моей девушки чуть изменился, она поняла условия, которые ей поставили.

— Не буду более вас утруждать, дел ещё много. Откланиваюсь, — он обозначил вежливый поклон и исчез прямо из кресла.

— Как ты, милая? — прошептал ей на ухо и коснулся губами тонкой шеи. Ни одной тёмной вены мой взгляд не заметил, всё во внешности девушки снова было как раньше... кроме шрама, который сейчас скрыт под пижамой.

— Уже лучше, спасибо тебе, мой герой, — она подняла руку и ласково взлохматила мои волосы.

— Как бы я без тебя жил? — вздохнул, чувствуя приятный аромат, исходящий от её кожи.

— Я испугалась... Сильно, — негромко ответила Аламей, — но не за себя, а за тебя. Я поступила глупо!

— Ты не знала, что враг рядом, — попробовал утешить её.

— Шанс диверсии всегда есть… Этот нож, он словно разрезал мои щиты, как масло… а вместе с ними и кожу… мышцы и органы. Ардисса бы справилась, она целого Воина Веры победила! Без доспехов! Босиком!

— Она старше, — напомнил мягко. — Я бы тоже сплоховал.

— Ты его убил, а ведь ему почти под тысячу лет было!

— Правда? — ошеломлённо переспросил я. Ничего себе! — Будем считать, что мне просто повезло... Я вообще не помню, как это сделал.

— Ты был похож на зверя, — начала рассказывать Мей, и я почувствовал, что она сдерживает слёзы, вспоминая это, — выбил нитями из его руки кинжал, срезав с их помощью ему пару пальцев. Уронил с одного пинка… А потом начал наносить удары отнятым оружием. Один за другим… Снова и снова… Так рьяно!.. Так…

— Прости, что увидела это, — я накрыл её губы пальцами, прерывая слова. — Пожалуйста, забудь то, что видела. Я был в отчаянье…

— Такое сложно забыть… Но я постараюсь больше так не подставляться.

Обнявшись, мы сидели в кресле и смотрели на заходящее солнце, не говоря больше ни слова. И обменивались чувствами. Когда Аламей начинала ощущать панику и страх от пережитого, я тянул их на себя, отдавая взамен эмоции любви и заботы. Постепенно всё плохое вымывалось из нашего разума, оставляя только ощущение тепла между нами. Так наступила ночь, а следом за ней и рассвет… И мы снова уснули в объятьях друг друга.

***

Ритчем Сиар Антэр ард Аурр: