Семнадцать Саламандр. Контригра

Глава пятая. Та’лам или Отчаянье

Галад илир Эдоен:

Смрад энергии некромантии ощущался за километр. Словно меня насильно окунули в яму с разлагающимися трупами. Каждый мёртвый давал силы этим богомерзким магам, забывших о почтении к павшим. Проиграв на поле боя, люди возрождались и снова шли вперёд, ведомые волей кукловода. Нелюди! Даже не хочу представлять, как реагируют на это их выжившие товарищи. Что такого им залили в уши, что они терпят подобное наплевательское отношение к телам воинов? Те же гномы, несмотря на существенные различия в укладе жизни в сравнении с нами, не позволяли себе осквернять мертвых. Исключение – их демонологи, но, как мне известно, нынешний король строго пресекает любые попытки занятий этой проклятой магией.

Вспышка снова полыхнула на востоке, и волна от взрыва пошатнула верхушки деревьев даже рядом с нами. Кэраус сделал шаг в мою сторону, тревожно всматриваясь вдаль. К сестре приблизились сразу двое гвардейцев, справедливо полагая, что именно ей будет сложнее всего избежать урона.

Наши учителя и телохранители, которых мы в шутку называли нянями, следили, чтобы нам ничто не угрожало, и мы ни в чём не нуждались. При подобной опеке шум, доносящийся с фронта, казался неестественным, словно кто-то там вдали намудрил с фейерверками. Раскаты от столкновений заклинаний часто напоминали простой гром, и лишь этот отвратительный запах смерти словно преследовал меня повсюду.

Сколько же нервов мы сожгли, чтобы очутиться здесь, а не сидеть под ветвями Древа Леориннеля. Родственники оберегали нас как неоперившихся птенцов, но где ещё мы научимся летать, как не здесь? Увы, но близко к сражению нас всё равно не подпускали. Позволили ударить несколькими дальнобойными заклинаниями, да выпустить десяток стрел и увели под охраной в тыл.

— «Так не честно, — ныл в наших головах брат. — Почему из нас троих оставили дома именно меня?!»

— Смирись, Элфанг, — произнёс вслух, зная, что он и так услышит, а окружение давно привыкло к нашим разговорам, — кому-то из нас придётся надеть корону. Король не может покидать пределы корней Древа, и я готов отдать тебе эту ношу, — а ещё у брата потрясающе мощный дар исцеления. С постоянной подпиткой младшего бога, он легко сможет лечить нас на расстоянии, превращая почти в бессмертных.

— «Не думай, что отвертишься, старший! Сдалась мне эта ноша, у нас даже не королевство, а сплошная фальшивка!»

— И здесь уже наша задача вернуть ему величие, — эх, говорю речами дедушки, видимо, сильно он нам мозги этим вьюнком обвил. — Так что не беспокойся и следи, чтобы мы не убились. Надеемся на тебя, Эл.

— «Идите в пень!»

— Фи, братец, как грубо, ты ещё в дупло нас отправь, — захихикала сестра, рассматривая выкрашенные в салатовый цвет ногти. Надутые губки выдавали недовольство их внешним видом.

— В чьё? — подловил я её.

— Пошляк, — поморщилась она, отворачиваясь и взмахивая волосами.

Глядя со стороны, и не скажешь, что буквально пару часов назад она нанесла существенный урон группе имиротцев. Для окружающих она выглядела спокойной и беззаботной, хотя мы с братом знали, что Иримэль глубоко внутри переживает, что оборвала жизни. Так что, пожалуй, стоило продолжить шутку:

— Это не мои мысли о значении слова. Полагаю, тебе пора менять наперсниц, сестрёнка. Они тебя портят.

— Не заговаривай мне ушки, Галад, уже давно пора понять, что не выйдет, — она закатила глаза, понимая, что я пытаюсь её отвлечь, но на её губах появилась едва заметная улыбка.

Естественно, мы же как открытые книги друг для друга.

— Всё-всё, — я поднял руки и хмыкнул, понимая, что всё же не сдержусь, — девственники...

— «Врежь ему, сестра!»

— Обязуюсь, — Иримэль подняла руку, давая клятву. Вот кипарис, теперь влетит в неожиданный момент! Следующую фразу она передала телепатически: — «Ты бы поостерегся проводить время с фрейлиной младшей ансари. Она же ей всё доложит».

— «Знаешь, — вздохнул я, чуть покачиваясь на стопах ног, — после того, как дедушка получил в подарок наш портрет в более старшем возрасте, а эксперты подтвердили, что ему уже точно больше тысячелетия, я сомневаюсь, что они что-то про нас не знают».

— «Не дай сковать себя путами», — строго посмотрела на меня сестра, а я вздохнул, сообщая, что буду осторожен.

Прибытие к нашему лагерю группы саифов разбавило скуку. Первой их заметила Ири, что получила в дар от Урр способности жрецов луны. Она не просто отлично видела в темноте, свет спутника словно увеличивал радиус её чувствительности, и она замечала даже то, что скрыто самыми сильными чарами невидимости. Что уж говорить о делегации, которая шла открыто.

Наши «няни» забегали по поляне, получив от нас предупреждение, наводя порядок, который и так считался нами приемлемым. Саифы вошли под защитный купол, и мы обменялись приветствиями, сразу же определяя ту, с кем нам предстоит общаться.

— Доброй ночи, Ваши Высочества, — коротко поклонилась нам Ардисса тар… ой, ард Наир. — Меня попросили сопровождать вас.

— Светлой ночи, сая, — улыбнулся я, — рад слышать, что нас снова допускают до сражения.

— Было немного жарко, — извиняюще развела руками сиреневоволосая девушка. Я же отметил, как сдвинулись тонкие пластины металла на кожаном жилете, оберегающие самые уязвимые зоны, и обратил внимание на отсутствие подобной защиты на брюках, блузке и обуви. Элементальная ипостась, из-за которой у неё нет возможности носить доспехи?