Семнадцать Саламандр. Контригра

Эпилог

Андррий Гритис ард Саламандра:

Картины видения развеялись, оставляя моё сознание пустым. Ни мыслей, ни эмоций.

Бесцельно смотря в сторону парка, где гуляла наша весьма увеличившаяся семья, я слышал успокаивающий шёпот пророка Жевисара, но не разбирал слов.

— Мне нужно спровоцировать войну? — первый вопрос прозвучал еле слышно, как, впрочем, и второй: — Дать убить себя?

— Это единственный выход…

— Вэрилин? — посмотрел я на счастливую асари, прогуливающуюся под руку с Мари. Только вчера она объявила о своей беременности и сияла бесконечно счастливым взглядом. Даже её изумрудные волосы, казалось, покрылись тонким слоем золотой патоки.

— Вы сами всё видели…

— Дитя? — перевёл я взгляд на уважаемого саифа и увидел, как тот отвёл печальный взгляд в сторону.

За что нам такие испытания?! Почему другие пророки не видят этот путь? Иногда я задумывался над тем, а можем ли мы слепо верить пророку, принёсшему весть о Семнадцати? Ведь без того видения не началась бы свара между Наир и Саламандрами, да и меня с братом, в сущности, бы не было… Как и наших потомков. Мы слепо полагаемся на честь пророка, веря, что он желает стране только добра и процветания. Какие цели он преследует? К чему ведёт всех нас? И почему этот путь столь тяжёл и беспощаден ко многим из нас?

— Поэтому я пришёл к вам, а не к асар, — сжал он пальцы, слыша мои мысли в одной из ветвей будущего. — Вы – Ключник, вы открываете двери к пророчеству. Я не могу увидеть иного пути. Как и упрашивать вас пойти на этот шаг. Могу лишь сказать, что без Пророка и остальных катализаторов нам будет весьма непросто. И даже не из-за империи…

— Мне нужно время, чтобы дать ответ, — отозвался я, поднимаясь и уходя с балкона, оставляя пророка одного.

Жевисар промолчал, хотя, подозреваю, ему хотелось что-то сказать мне вслед. Все пророки любят оставлять за собой последнее слово. Но сейчас… сейчас риски были слишком высоки.

Спустившись в парк, легко нашёл супругу и дочь. Диди носилась вокруг фонтанов, смеясь над чем-то. А-а, увидел: Шинни время от времени магией направляла в её сторону струю воды, малышка уклонялась и порой ставила слабенькие щиты.

— Диди, осторожнее! — крикнула дочери Шинни, когда она запнулась, но всё же устояла на ногах.

Приблизившись, я поднял руку и погладил волосы моей любимой саифы, произнося:

— Всё с ней будет хорошо, золотце.

— Я как вспомню сына в её возрасте, так вздрагиваю.

Мне ничего не оставалось, кроме как обнять её, успокаивая.

— Мне кажется, или твои руки дрожат? — задумалась моя единственная.

— Просто устал, не хочу уезжать, но нужно, — вздохнул я, беря над собой контроль и проверяя блокировку эмоций и мыслей.

— Неужели без тебя они не разберутся? — нахмурилась супруга. — Там же не будет никого из их правящей семьи.

— Это кто тебе сказал? — удивился её осведомлённости.

— Эздан заглядывал, передавал вино для Аскера. Спаивает мне ребёнка почём зря!

— Он уже взрослый, — напомнил я. — Да, ты права, там действительно не будет никого из императорской семьи, но я слишком долго корпел над договором. Нужно завершить работу.

Прижав к себе покрепче Шинни, зарылся носом в любимые золотые кудри.

— Люблю тебя, — прошептал я, тщательно следя, чтобы и капли страха не просочилось по нашей связи душ.

— Ты всё же сегодня сам не свой, — она подняла руку и погладила меня по голове. — Это на тебя так новость о прибавлении в семье повлияла?

— И это тоже, — умалчивать правду можно по-разному, — Ещё и постоянные поездки сказываются. После Имирота меня ждут эльфы, а потом я еду на переговоры с А-Унн-Не. А там уже мастеровые насядут со своими наработками.

— Зато ты всегда возвращаешься домой, в уют и заботу. И ценишь нас.

— Тебя сложно не ценить. Если бы судьба сложилась иначе, я бы отбил тебя и без Тиссенэвей.

— Ох, Рий, — она обхватила мои пальцы своими хрупкими ладошками, — как же я тебя люблю!

— Будь моими глазами, пока меня нет, — я поцеловал её в губы и поймал взгляд изумрудных глаз. — Обещаешь?

— Обещаю, — хмыкнула она, почесывая кончик носа о мой нос.

Я каждый раз говорил ей эту фразу, когда уезжал по делам. И, боги свидетели, искренне желаю говорить ей это и дальше. Но, увы...

Доживи до появления Резчика душ, моя хорошая! Я верю, что ты справишься! Как и вся моя семья.

А я? Что ж, надеюсь, после осуществления божественного плана, Саа и Анарен позволят мне отдохнуть в загробных чертогах. А пока...

— Ди! Иди обниму!

— Бегу! — моя маленькая девочка на бегу обратилась в котёнка, подпрыгнула и приземлилась в мои протянутые руки, чтобы моментально вернуться в прежний облик.

Подняв мою маленькую ансари над головой, я закружил её, слушая беззаботный детский смех… Смех малышки, которой придётся идти по трупам, чтобы защитить этот мир.