Семья для Магната. Спаси нашу любовь

Глава 4

С огромным усилием отвожу взгляд от его холодного лица. Собираю остатки сил, чтобы вспомнить, зачем пришла сюда. Если Олег хотя бы просто выслушает меня, это уже будет огромным успехом.

Я прекрасно понимаю, что обо мне он уже давно не думает и, скорее всего, презирает. Но я надеюсь, что он не сможет отвернуться от собственной дочери. Я не собираюсь требовать от него внимания, не хочу алиментов или чего-то ещё. Мне нужно лишь одно — деньги на операцию для Киры. И я готова отработать каждую копейку, хоть всю жизнь тянуть самую тяжёлую работу.

Я помню и про его невесту. Олег скоро женится. Сумел снова найти счастье, полюбить другую. В отличие от меня. Я так и не смогла его забыть.

Рядом с ним мгновенно оживают все воспоминания: наше безумное счастье, его смех, его нежность и забота. И теперь потеря ощущается с такой острой болью, будто всё произошло вчера.

Рядом с Олегом я снова осознаю, что потеряла тогда, в прошлом. Чего лишилась по жестокой прихоти отца. Самого надёжного, заботливого, сильного и решительного человека на свете. Того, кто искренне и глубоко любил меня.

Но я не могла поступить иначе. Да, сердце рвалось на части, но я знала — так он останется жив. Отец пообещал мне, и он всегда держал слово.

Позже я узнала о Кире. Судьба сжалилась надо мной и оставила мне от любимого человека маленький, но самый прекрасный подарок. Я берегла нашу дочь как самую драгоценную вещь на свете, как символ той любви, что я сохранить не сумела.

Тишина между нами становится невыносимой. Меня словно охватывает ледяной озноб от одной мысли снова поднять глаза и взглянуть на его суровое, ожесточённое лицо. С каждой секундой напряжения кажется, что морщинок у него прибавилось, и в волосах прибавилось благородной седины. Но всё это нисколько не портит его, а делает лишь более зрелым, мужественным, сильным.

Не зря говорят, что мужчины с возрастом становятся похожими на выдержанный коньяк — только дороже и лучше.

Я же, в отличие от него, явно не похорошела за последние годы. Седины, к счастью, ещё нет. Волосы такие же чёрные, как ночное небо, подарок от отца. Мама у нас была нежной и хрупкой блондинкой.

Беременность почти не отразилась на фигуре, активная жизнь и постоянная беготня помогли избавиться от пары лишних килограммов. Но что касается всего остального…

Я давно перестала ухаживать за собой. Нет ни времени, ни сил, ни денег на салоны и косметику. Да и никогда не была любительницей этого. Теперь просто удобнее без макияжа, с ребёнком особо не до красоты. Одежда самая простая и недорогая, а постоянный стресс и бессонные ночи последних недель нарисовали огромные тёмные круги под глазами.

От прежней Ярославы — яркой, уверенной, красивой — не осталось и следа.

Наконец лифт останавливается, и Олег выходит первым. Я чувствую, как его взгляд нехотя соскальзывает с меня. Или просто воображаю? Сердце отчаянно цепляется за эту глупую мысль. Скорее всего, причина проста — он наслаждается моментом моего унижения. Видеть меня раздавленной после всего случившегося — для него наверняка лучшая награда.

С трудом отталкиваю эти мысли. Сейчас они лишние. Мне предстоит сложный разговор, и я должна быть сильной.

До его кабинета мы доходим в напряжённом молчании. Просторная светлая приёмная встречает нас идеальным порядком. Секретарша Олега, молодая и подтянутая, тут же вскакивает с места, приветствует начальника и бросает на меня внимательный, изучающий взгляд. Но ничего не говорит. Она не повторяет ошибки охраны. Очевидно, Олег и правда держит своих людей в строгости.

Он стал жёстче. Намного жёстче. Смогу ли я пробиться через эту его броню?

Когда дверь кабинета распахивается, внутри меня всё сжимается. Хочется сбежать, спрятаться, просто испариться. Но мысль о дочке придаёт мне силы. Я делаю шаг вперёд и захожу внутрь.

— Говори! — бросает он резко, садясь за массивный, добротный стол, который так похож на него самого — крепкий и надёжный.

Олег начинает перебирать бумаги, не предлагая мне присесть. И это даже хорошо. Так проще сохранять решимость.

Я собираю все силы и произношу первое, что приходит на ум:

— В первую очередь, я хотела бы попросить прощения.

Руки Олега замирают на документах. Он медленно поднимает голову на меня, и я вздрагиваю от этого ледяного взгляда. В глазах холод, острый и безжалостный, как режущие осколки льда.

— Не поздновато ли для извинений? — его голос полон презрения.

— Лучше поздно, чем никогда, — шепчу я, ощущая слабость в ногах.

— В твоём случае лучше никогда, — он снова смеряет меня взглядом, полным презрения и холодной иронии.

На что я вообще надеялась, идя сюда? Что он забыл боль и унижение? Забыл то, что я сделала с ним, чтобы спасти его жизнь, ценой нашей любви?

Теперь он успешен, богат, скоро женится. Его невеста — шикарная, эффектная платиновая блондинка. Я видела её фото в сети, хотя и не хотела. Я сама когда-то была такой, яркой и красивой. Теперь всё это осталось в прошлом.

Удивительно, но я ни капли не жалею о потере прежней жизни. Только о том, что нашу любовь я уберечь не смогла.

— Если это всё, что ты хотела сказать, дверь там, — холодно обрывает мои размышления Олег.

Голова кружится от слабости и отчаяния. Мне стоило сесть раньше, теперь уже слишком поздно. Я должна стоять, должна смотреть ему в лицо, должна достучаться до его сердца, если оно ещё осталось.

— Нет, это не всё, — делаю глубокий вдох, собирая остатки сил. — Твоей дочке нужна помощь, — слова вырываются из груди, словно последний крик отчаяния.

В его глазах на миг мелькает что-то живое, но я не верю. Этот жестокий, безжалостный человек — мой единственный шанс.

— У меня нет детей, — говорит он с убийственным спокойствием. — Тем более от тебя.

Эти слова словно удар. Перед глазами всё темнеет, ноги подкашиваются. Неужели я опоздала? Неужели всё напрасно, и я не смогла спасти мою малышку?