Семья для Магната. Спаси нашу любовь

Глава 10

Следующие недели проходят в каком-то безумном водовороте, на чистом адреналине и постоянных переживаниях. На время я даже забываю о тянущей, ноющей боли, поселившейся в самой глубине груди, где-то возле сердца.

Я бегаю по бесконечным больницам, собираю кипы документов, прохожу десятки кабинетов и получаю, наконец, заветное направление в престижную московскую клинику, где дочке должны сделать спасительный укол.

От Соколова больше никаких вестей. Ни звонка, ни короткого сообщения. Может быть, нам даже не придётся жить вместе. Хотя брак, в котором супруги не общаются и не видятся, кажется чем-то совершенно абсурдным.

Наконец наступает день вылета в Москву. Я заранее подготовилась, сняла там небольшую уютную однушку — с минимальным ремонтом, но близко к больнице. Денег хватило с запасом: Олег не поскупился, за что я ему, несмотря ни на что, искренне благодарна.

Мама тоже собирается ехать с нами, но я убеждаю её остаться дома. Она заслужила хотя бы небольшую передышку от наших бесконечных тревог. Я обещаю звонить и писать каждый день, чтобы она не волновалась слишком сильно.

Мы медленно спускаемся вниз: мама катит небольшой чемоданчик на колёсиках, я бережно держу дочку на руках. Кира притихла, чувствуя нашу тревогу, прижимается ко мне и прячет личико у меня на груди.

Внизу уже должно ждать вызванное заранее такси, но едва я толкаю тяжёлую дверь подъезда, как понимаю, что моим планам снова не суждено сбыться. Прямо напротив нас стоит чёрный внедорожник, блестящий на солнце, словно огромный зверь, застывший в ожидании добычи.

Я инстинктивно сильнее прижимаю дочку к себе, словно кто-то прямо сейчас попытается её отнять.

Соколов выходит из машины, уверенной походкой направляясь прямо к нам. Но в паре шагов замедляется, словно спотыкается о взгляд моей матери. Та смотрит на него с явной настороженностью и вызовом. Ох, и тёща же из неё получится! Даже папу она порой заставляла слушаться. Кирочку она тоже спасла от аборта, сумев убедить отца оставить нас в покое. Не представляю, что она ему тогда сказала, но он перестал ко мне приставать и требовать избавиться от ребёнка.

Я перевожу взгляд обратно на Олега. Но он уже не смотрит ни на меня, ни на маму. Всё его внимание целиком и полностью сосредоточено на малышке.

Сегодня дочка выглядит особенно мило: тёплый розовый комбинезончик, белоснежная пушистая шапочка, из-под которой выбиваются тёмные прядки. Кроха — само очарование, и моё сердце от нежности замирает в груди. Но неужели её трогательный вид способен хоть немного растопить ледяное сердце мужчины напротив? Скорее уж в Арктике начнут таять льды.

Или всё-таки?..

Кира тоже не отводит взгляда от нового красивого дяди. Обычно при незнакомых людях она прячется, цепляется за меня и отворачивается. Но сейчас просто тихо сидит на руках и с детской серьёзностью изучает Олега. Будто почувствовала в нём что-то родное и важное.

Это бред. Я ведь даже не говорила дочке, кто её отец. Сейчас важнее всего её выздоровление. Тем более Соколов не проявлял желания знакомиться с малышкой.

— Кхм… Здравствуйте! — наконец произносит он, отрывая взгляд от Киры. На лице снова появляется маска равнодушия.

— Привет, — тихо отвечаю я и тут же жалею о фамильярности, хотя мы вроде как теперь муж и жена.

Бросаю робкий взгляд на Олега, но его лицо непроницаемо, словно высечено из мрамора.

— Здравствуйте! — вмешивается мама, не тушуясь. Она делает шаг вперёд, будто прикрывая нас с Кирой собой.

У меня от нервов снова ком в горле. Всё происходящее воспринимается особенно остро.

— Рад видеть вас, Агнесса Павловна, — вдруг спокойно произносит Соколов.

Я в удивлении вскидываю бровь. Он помнит имя моей мамы? Или специально узнавал? Но зачем ему такие хлопоты?

— Впервые вижу зятя, который рад встрече с тёщей, — слегка язвительно отвечает мама, не сводя с него взгляда.

— Уверен, из вас получится замечательная тёща, — невозмутимо парирует он, даже с лёгкой улыбкой.

Я готова провалиться сквозь землю от смущения. Хорошо, что Кира пока ещё мала и ничего толком не понимает. Хотя тут дочка неожиданно вставляет свои пять копеек:

— А что такое тёща?

Внимание Олега снова переключается на малышку. У меня отчаянное желание прикрыть её собой, словно он представляет для нас угрозу. Глупости! Он ведь знает, что Кира его дочь. Но вдруг в нём всё же проснутся отцовские чувства, и он захочет забрать её?

Хотя, вряд ли. Соколов в упор не замечает ребёнка, словно она просто дополнение к брачному контракту. Не более.

— Подрастёшь — узнаешь, Кирочка, — шутит мама. Я же не могу даже улыбнуться, настолько накрутила себя.

— Яра, вы в аэропорт? — возвращает меня в реальность голос Олега.

— Да, — киваю, — такси уже ждёт.

— Подождёт, — спокойно заявляет он. — Со мной поедете.

— Что?.. Куда? — растерянно переспрашиваю я.

— Полетим вместе. Мне тоже надо в Москву.

От его слов меня охватывает паника. Как он узнал, что мы летим сегодня? Или это просто совпадение? От Олега слишком много загадок и вопросов, на которые я никогда не получу ответы.

Мне бы хотелось, чтобы он остался подальше, не вмешивался в нашу жизнь. Но в то же время сердце предательски тянется к нему. Я едва сдерживаюсь, чтобы не подойти ближе, вдохнуть до боли знакомый аромат — смесь дорогого парфюма, свежести и чего-то неуловимо родного, неизменно вызывающего сладкую боль.

Но беру себя в руки и тихо говорю:

— У нас билеты уже куплены…

— Поменяем их на другие. В бизнес-классе найдутся места, уверен.

Бизнес-класс? Мне и в голову не приходило лететь так. Я ведь собиралась экономить деньги, даже учитывая щедрость Олега. Всё лишнее планировала вернуть ему обратно.

— Не заставляй меня брать билет в эконом, — говорит он тише, приближаясь ко мне вплотную. — Однажды летал, это ужасно. А ты ещё и с ребёнком.

Последние слова он произносит почти шёпотом, наклоняясь совсем близко. Кира внимательно смотрит на него, не мигая, а я не могу отвести взгляда. Моя любовь рядом, совсем близко, и сердце больше почти не болит, пустота исчезает, уступая место сладкой тревоге и страху.