Семя дракона

5 глава

«Это не может быть реальностью» – словно мантра крутилась в мозгу спасительное оправдание всего происходящего. Я готова была принять любую теорию. Пусть это будет розыгрыш, страшный, глупый, абсолютно несмешной, но розыгрыш, который скоро закончится.

Воспользовавшись моментом, когда бабулька пошла куда-то за обещанным чаем, я вскочила с постели и в легкой хлопковой рубашке в пол и босая поспешила к спасительной двери. Но не рассчитав свои силы, буквально на полпути до выхода с грохотом упала на пол, тяжело дыша, словно после долгой пробежки.

– Дорогая, ты в порядке? – тут же неизвестно откуда прибежала на крик женщина. – Хотела сбежать? Но поверь, я тебе не враг. Не я тебя похищала.

– Так меня все-таки похитили?

– Вот ты нетерпеливая: тебе все и сразу. Ладно, давай я помогу тебе подняться, оденемся, чтобы ты встретила гостей в надлежащем виде.

Предложенная Матильдой одежда была такой же странной, как и все вокруг. С трудом верилось, что это старомодное одеяние шилось не для костюмированных фильмов и спектаклей, а для повседневной носки.

– Какое расточительство ткани, – не смогла сдержать я своего возмущения, натягивая длинное цельнокроеное платье. Такие можно было видеть на женщинах в XVIII веке и ранее. Хорошо хоть бабулька не предложила натянуть под юбку фижмы для пышности. 

– Старомодная, конечно, одежда, но в ней все же есть толк, из-за отсутствия солнца здесь всегда прохладно.

– Нет солнца? Как такое возможно? – не поверила я ее словам.

– К сожалению, возможно. Это искусственно созданное теми, кто тебя похитил пространство, в котором мы все пленницы.

– Инопланетянами?

Старушка так заливисто расхохоталось моему вопросу, что вызвала во мне обиду, граничащую со злостью.

– Прости, – схватилась она за грудь, от нехватки кислорода. – Никак не могу привыкнуть к тому, что новое поколение все, как один, смотрят на монахов, но видят в них почему-то инопланетян.

– А разве люди могут создать искусственный мир? Или те монахи пришельцы из будущего?

– На эти вопросы я не смогу дать тебе ответы. Тюремщики не общаются с заключенными. Один раз в два месяца монахи открывают проход в реальный мир и похищают десять заинтересовавших их женщин, – как какую-то страшную сказку рассказывала Матильда историю, отвечающую на ранее заданный мною вопрос «Где я?».

– Они похищают выборочно?

– Конечно, я тут уже очень давно и могу с уверенностью сказать, что здесь никогда не было пустоголовых куколок. Каждая из живущих в этом мире женщин уникальна в своем роде.

– Уж я-то – самая обыкновенная.

– Глупенькая, ты просто еще совсем молода и не можешь себя оценить по достоинству, а вот монахи разглядели скрытый в тебе потенциал.

– Как давно вы здесь?

– Очень давно, – тяжело вздохнула Матильда.

– Тогда вы знаете, для чего на похитили?

– В тело каждой похищенной помещают семя дракона, и пока оно не созреет, монахи держат женщин взаперти, отуманивая их разум наркотическим зельем. Ровно через месяц дракон в теле жертвы созревает и начинает мыслить, как разумное существо, он осознает собственное «я», понимает свое пленение человеческой плотью и в какой-то миг пытается вырваться на свободу. Все бы для этого монстра было хорошо, если бы в процессе его созревания не происходил симбиоз и человеческое сердце не становилось единым целым с сердцем дракона. Вырываясь на свободу, дракон губит человека и погибает сам, и только самые умные монстры, осознавшие дилемму своего существования и смирившиеся с участью жить единым целым с человеком, остаются в живых. Увы, таких немного, бывали времена, когда ни одна из женщин не выживала.

– А что становилось с теми, кто выжил?

– Правильнее спросить, что будет с тобой, – горько усмехнулась старушка. – Тебе придется, как и всем остальным, как и мне, ждать, когда придет твой час, и естественная смерть освободит от тяжести твоей ноши.

– Я не понимаю, какой смысл было похищать меня, выращивать во мне этого монстра, чтобы потом я бесцельно жила в этом мире и просто умерла в какой-то день?

– Я не знаю, но это меня тоже огорчает. Там, в реальном мире, я была на пороге, не побоюсь этого слова, гениального открытия, а теперь свои знания и наработки унесу с собой в могилу. Все, ради чего жила и работала, здесь никому не нужно.

– И вы не пробовали вернуться домой?

– Это невозможно.

Последняя фраза принадлежала статной блондинке, царской поступью вошедшей в явно убогое для нее жилище. Ее сопровождала значительная свита из женщин разных возрастов. Блондинка надменно обмеряла меня с головы до пят взглядом, и если бы она в этот момент еще протянула мне руку, то, учитывая окружающую обстановку, вполне можно было представить себе прием у королевы. Количество женщин за ее спиной увеличивалось с каждой минутой и только теперь я ощутила в насколько большой зале мы с Матильдой до сих пор находились. Даже когда количество людей, находящихся в помещении, превысило сорок все равно в ней чувствовался простор.

– Да, моя девочка, – вновь заговорила Матильда своим ласковым голосом, – никому это не удавалось. Как попасть в реальный мир знают только монахи, но они никого не допускают к себе.