Семя дракона

6 глава

Первое время как источник новостей со старого мира я была желанным гостем в каждом доме. Матильда умилялась многочисленностью посетителей, приходящих на вечерние посиделки. Единственным человеком, который всякий раз при встрече зеленел от злости, была, конечно же, Принцесса. Кстати, придуманное мною прозвище замечательно прижилось, особенно после того, как не только мне стало понятно, что она действительно имеет какое-то отношение к королевской семье. Матильда с сожалением наблюдала за нашими, к счастью, не многочисленными стычками, но так и не посвящала в причины зародившейся у Стефании злости.

Понимая, что ни Матильда, ни Принцесса не раскроют причину конфликта, я решила немного расспросить жительниц поселка. Лучшим вариантом для добычи информации конечно же была всезнающая Инесса, жгучая испанка, обладающая сверх мастерством выпытывания.

– Привет, Инесса, есть минутка? – без приглашения заглянула я к ней в гости.

– О! Этого у меня хоть отбавляй! Мой парикмахер уволился, косметолог заболел, а самые лучшие бутики почему-то одновременно закрылись на ремонт – поэтому в данный момент я совершенно свободна.

– Вот и замечательно.

– Ничего замечательного в этом не вижу, – вздохнула Инесса, – не жизнь, а сплошная тоска.

– Не спорю, но я пришла спросить у тебя, не знаешь ли ты случайно, в чем причина ссоры Матильды и Стефании.

– Как не знать, знаю. Раньше они жили вместе. Матильда в этой зануде души не чаяла. Говорят, Принцесса внешне очень похожа на покойную дочь старушки, но в один прекрасный день… хотя, о чем это я, какой может быть прекрасный день в этом кошмарном мире! Короче, как-то Принцесса надумала побег и подговорила бежать вместе с ней одну из новоприбывших девочек. Вот они обе и отправились к жилищу монахов, а спустя некоторое время вернулась только одна Стефания, зла-а-я, как мегера.

– Значит ее спутнице удалось убежать?! – с надеждой спросила я.

– Как бы не так. Дарья, что живет в соседнем с вашим домом, рассказывала мне, что слышала, как Матильда и Принцесса сильно ругались. И точно помнит, как старушка в сердцах бросила Принцессе: «Я никогда тебе не прощу, что по твоей вине погибло невинное дитя!».

– Теперь понятна злость Принцессы, мне ее даже немного жаль. Ее спутница сама сделала свой выбор, и нельзя ее винить в неудавшемся побеге.

– Я тоже говорила это Матильде, но она посмотрела на меня со слезами в глазах и сказала, что я и не представляю насколько страшна правда.

Несколько минут мы сидели в абсолютной тишине, но жизненный оптимизм Инессы не позволил упасть в глубокое уныние.

– Орла, расскажи еще о тех нарядах, которые ты видела на светских раутах, а то я не уверена, не вышел ли случайно мой туалет из моды.

– О, это я могу сказать с полной уверенностью – он безнадежно устарел.

– Ах, какой ужас! Я этого не переживу! Немедленно уволю своего лентяя модельера! – и она расхохоталась, как ребенок.

За что мне нравилась Инесса, так это за ее неиссякаемый источник хорошего настроения. Она была единственным доктором в этом мрачном мире, способным исцелить подкрадывающуюся тоску.

Вволю нахохотавшись с испанкой, я решила перед возвращением домой немного пройтись. Как и в любом городе, лучшим местом для познавательных прогулок считается центр, поэтому я направилась в сторону ратуши.

Улицы были пустынны. Изредка по дороге встречались одинокие прохожие, возвращающиеся к себе домой, или наоборот, спеша к кому-то в гости. В любом случае это единственная причина, которая заставляла жительниц безымянного поселка прохаживаться вдоль одинаковых домов. За несколько недель я изучила все строения этой местности, кроме одного, куда и лежал мой путь.

По размерам храм ни в чем не уступал рядом стоящей ратуши, но все же несмотря на свои габариты он смотрелся по-сиротски – всеми позабытый и позаброшенный. Наверное, больно чувствовать себя одиноким в этом забытым Богом месте? Глядя на каменное строение, я испытывала к нему такое же чувство жалости, как и к человеку. Мне так хотелось с кем-то поговорить по-дружески, пожаловаться на все свои беды и горести, а храм - это лучшее место, чтобы излить душу тому единственному, который в любое время суток готов выслушать наши исповеди.

– Привет, Орла!

Я вздрогнула от неожиданности, не заметив подошедшую сзади Сару, сорокалетнюю американку, частенько бывавшую в ратуши.

– Привет, Сара! Ты меня напугала, – я старалась быть максимально приветливой со всеми.

– О чем ты задумалась, глядя на эту громадину?

– В старом мире, когда мне было одиноко и тоскливо, я всегда шла в костел, вот и сейчас решила зайти в храм.

– Только не в этот. Проклятое место, его обходят стороной все женщины.

– Но почему?

– Точно никто не скажет. Говорят, что когда-то, очень давно, здесь насильственной смертью погибла одна из женщин. В те времена монахи часто наведывались к жительницам поселка, а после того случая они не приближаются к нашим домам ближе, чем на километр. 

– Неужели с тех пор никто не был внутри храма?

– Были конечно. Любопытство – самая главная женская черта. Последней, насколько мне известно, в нем была Стефания.