Семья по завещанию для тайного олигарха

Глава 01

— Папа, отквой гваза, пожавуйста, — слышу сквозь тяжёлый сон детский голосок. Плаксивый и испуганный.

Папа? Но у меня нет детей.

Тяжёлые веки приподнимаются с большим трудом, навожу фокус на детское личико мелкого пацанёнка.

Он настоящий!

Глаза огромные, испуганные, нижняя губа дрожит.

Захлопываю веки обратно — под ними моя привычная реальность. Рабочий кабинет с прохладным кондиционируемым воздухом и длинным стеклянным столом для переговоров. Справа панорамное окно с видом на столицу. Рядом с рукой дымится чашка кофе, в пальцах зажата золотая перьевая ручка, на столе контракт.

В воздухе неожиданно появляется запах жжёной резины и забивается в нос. Принюхиваюсь — кофе сварен плохо? И вдруг визг шин… Откуда машина на двадцатом этаже небоскреба взялась?

— Адам... — Женский музыкальный голос доносится откуда-то издалека. Щеку обжигает мимолетное нежное прикосновение, словно крыло бабочки. Тяжело сглатываю, тяну узел галстука. Это точно не моя секретарша. У нее голос бесцветный, механический. Как у робота…

— Любимый... — Нежный голосок становится более настойчивым. Кабинет перед глазами начинает тускнеть и расплываться. Сильнее зажмуриваюсь.

— Папа... папуля... — звук детского голоса теперь на первом плане прямо у лица.

Резко распахиваю глаза и пытаюсь сесть. В глазах начинает двоиться от лёгкого головокружение. Промаргиваюсь, но видение не исчезает. Рядом со мной на стуле двое детей. Мальчики —близнецы, и оба смотрят на меня своими заплаканными глазами.

— Адам, милый, как хорошо, что ты очнулся! — надо мной нависает молодая незнакомая женщина, миниатюрная блондинка с тревожными голубыми глазами, которую я вижу впервые в жизни, — доктор сейчас придет. Я вызвала! Потерпи!

Взгляд соскальзывает с её лица на окружающую обстановку. Я в палате больницы — вокруг пошарпанные стены, железная койка, старый деревянный стеклопакет на окне. Учитывая мой уровень дохода, я в таком месте по определению не могу оказаться.

— Кто вы? — мой голос хрипнет и садится. Во рту все пересохло. — Почему я здесь? — спрашиваю требовательно.

Мой взгляд падает на настенные часы. У меня деловая встреча с адвокатом через час — будет оглашение завещания отца. Старая сволочь наконец-то перестала отравлять своим присутствием жизнь окружающих.

У него в списке длинная череда наследников из прихлебателей, молоденьких любовниц и их отпрысков. Я на долю в наследстве даже не рассчитывал, но адвокат меня удивил, пригласил на оглашение.

— Пап, тебя мафына сбива, — маленькие теплые пальчики касаются моей руки, возвращая в странную реальность.

— Кто вы?! — Спрашиваю еще раз. Сжимаю челюсть, играя желваками.

— Мы твоя семья, — голос блондинки испуганный, в нём совершенно не чувствуется уверенности. Она прижимает к себе детей, а те затихли у неё в руках, только смотрят на меня своими огромными глазищами, моргают. — Адам, я чуть с ума не сошла! — блондинка, кажется, собирается плакать. Она тянется ко мне, пытаясь коснуться пальцами щеки, но я раздражённо отвожу её руку.

— Совсем сдурела, что ли? У меня нет детей, — выдыхаю раздражённо.

С шипением вырываю из рук капельницу и замечаю на пальце обручальное кольцо — самое простое, из жёлтого золота, довольно затёртое, ношеное. Резко сдираю его с пальца и бросаю куда-то в угол. Оно с глухим звуком падает и проезжается по полу.

— Что ты делаешь? — Лицо блондинки искажается от ужаса, её кожа становится бледной, словно бумажное полотно. Огромные глаза ещё сильнее расширяются.

Обман! Кругом обман!

Нет у меня никакой семьи!

Я успешный бизнесмен с офисом в Москва-Сити. И сплю я исключительно с моделями… каждый раз с разными. Милая простушка, которая стоит передо мной, никогда в жизни не смогла бы привлечь моё внимание — в ней нет лоска и ухоженности, к которым я привык.

Как только я отсюда выберусь, сразу разберусь с ситуацией, и эта дамочка ответит за этот цирк по полной программе. Также нужно разобраться, где она взяла этих детей и как смогла заставить называть меня отцом.

Всего, что она делает, хватит на статью, и не одну точно. Нужно позвонить адвокату и быстро во всём разобраться. Не хватало только, чтобы журналисты пронюхали об этой низкопробной афере, в которую меня пытаются втянуть. Это же попытка отжать мой бизнес? Но схему я пока раскусить не могу…

— Где мой телефон? — оглядываюсь в палате.

— Он разбился… Адам, посмотри на меня, пожалуйста, — блондинка обходит стул и загораживает собой детей, внимательно вглядывается в моё лицо. — Адам, что происходит? Мне страшно, милый. — Она пытается словить мои руки.

— Немедленно прекратите нести эту чушь! — Отмахиваюсь. — Я ухожу!

В кабинет входит врач, а я в это время уже пытаюсь встать с кровати. Правое плечо отзывается ноющей болью, в бедре простреливает. Черт!

— Тебе нельзя, ты попал в аварию! — всхлипывает блондинка.

— Успокойтесь, мужчина. У вас ушибы и возможно сотрясение, — врач неодобрительно качает головой.

— Да оставьте меня в покое! Нет у меня никакого сотрясения! — резко поднимаюсь и чувствую, как земля уходит из-под ног. Шумно втягиваю через нос больничный воздух, сжимаю зубы. — Вы за это всё ещё ответите.

— Адам, не уходи…. не бросай нас… — шепот в спину ледяными мурашками бежит по коже. В груди неприятно царапает и жжет, тянет назад. Но я не оборачиваюсь. На меня эти фокусы не подействуют.

Хромая, прохожу мимо сухонького доктора в мятом халате и рывком открываю дверь палаты. Из неё попадаю в обычную государственную больницу. Злость в груди начинает клокотать всё сильнее.

Как меня сюда притащили?

Что вкололи?

Как только доберусь до дома и своего адвоката, разнесу тут всё и всех. А эта девица отправится в тюрьму — где ей самое место. И даже лицо бедной обиженной овечки не поможет.

Беспрепятственно покидаю больницу и замираю на крыльце. Вокруг меня точно не Москва, даже близко.