Семья, Самайн и сказки

Накануне

     Юбх с Куинном в компании её друзей — поварёнка Ларри и Кайла — помощника главного замкового инженера, сидя на широком подоконнике, наслаждались праздничным кексом, который они ни за что бы мне смогли умыкнуть, если б не участие Ларри.

     Вишня, клюква, цукаты и миндаль… Объедение!

     — Мать, поди, уже свой шотбред розмариновый приготовила, — похвалился Ларри, слизывая с пальцев последние крошки кекса.

     — С мёдом? — едва сама не облизнулась Юбх, которой довелось попробовать однажды этот пирог.

     — Ага. Я вам утром принесу. Если останется.

     — Прям охотно верим, — фыркнул Кайл, — вас у матери шестеро, это ж сколько пирогов надо испечь, чтоб всем досталось, да ещё и осталось?

     — А мать большие печёт, — отмахнулся Ларри, глядя в окно. — Темнеть скоро начнёт, мне домой надо, я хоть и старший из всех, а спрос как с пятилетнего. А то ещё отец по ушам даст, что по сумеркам бегаю в такой день, даром, что двенадцать вёсен уже.

     Ларри соскочил с подоконника, быстро попрощался и также быстро ушел.

     — Я тоже пойду собираться, — поднялся на ноги Кайл, который был ровесником Юбх, и его так скоро домой не ждали, давая фору. — Отец сегодня обещался с побережья приехать, привезти свежий тюлений жир, попробуем с мастером смазать им…

     — Бедные тюлени! Да ещё в такое время, как рука-то поднялась на них?! А если это шелки… Или финфолк? — шепотом добавила Юбх, едва не оглянувшись по сторонам.

     — Ты серьёзно, финфолк? Маги-оборотни из древних легенд? Шелки ещё ладно, но финфолк? — скептически нахмурив брови, протянул Кайл. — Про них никто не говорит уже лет сто.

     — Но это же не значит, что они все вымерли! Могли уйти на дальние острова, — возразила девушка, соскакивая на пол.

     — Ты это не мне рассказывай, а промысловикам! И если жира не будет, из чего делать смазку, топливо? Кожа, замша? Из кого? У нас либо тюлени, либо бараны. Никто ж не убивает их всех поголовно!

     — Кайл прав, Юбх, — спокойно произнес Куинн, выковыривая последнюю миндалинку из своего куска кекса. — Тюленей, конечно, жалко, но так веками идёт. И может, тех тюленей отловили и не в последнюю неделю, промысловики же не дураки — в неделю Сауиня охотится на тюленей, да и вообще в море выходить. А что вы смазывать собрались, Кайл? Мне интересно.

     Слушать о шестерёнках, трубах и прочей ерунде Юбх не хотелось, и она с фырканьем развернулась, намереваясь уйти. Она как раз успеет до вечера принарядиться. Когда, как не на праздник надеть те бусы из янтаря, что ей подарили на день рождения? А если волосы поднять, то будет видно новые золотые сережки в виде листочков остролиста, что ей привезла тетя Мэрид…

     Ну этих мальчишек с их железками…

     Сидя в своей комнате, Юбх из окна, что выходило во внутренний двор замка, видела, как тот покидают люди: работники и прислуга. Все, у кого в городе имелись родичи, спешили к ним, чтоб встречать Сауинь вместе. У кого родня жила в деревнях, уехали ещё раньше, чтобы успеть. В замке оставались лишь те, кому по страшной случайности не к кому было прийти, или кто с семьями жил здесь же. И всё они собирались внизу, в столовой, где также делились историями и пировали. До того, как на праздники начало собираться всё семейство Юбх, они с родителями, братьями и сестрой тоже присоединялись к ним. Но потом всё поменялось… Сестра с братьями не перенесли ту зимнюю вспышку дизентерии, дедушка с бабушкой окончательно вернулись в Нуэл, стали наведываться тетя Мэрид с семьёй… А потом родились ещё два новых братика…

     Последние пять лет стали просто чудесными… Вся большая семья пусть не часто, но в сборе, что может быть лучше?

     А ещё лучше, если б Тайлер Лунн не забывал их. Друг семьи, он и самой Юбх очень нравился. С ним было весело, он учил танцевать и отмыкать замки, пока родители не видят, конечно, что позволяло Юбх таскать сладости из буфета, так забавно злился, если девочка залазила куда-то высоко и он не мог уговорить её слезть или снять… Правда, последний раз он сам полез за ней на ту скалу и разодрал руку в кровь… Юбх тогда было очень стыдно и больно — мать у неё всегда отличалась щедростью, и всыпала тоже щедро… Интересно, что за дела его задержали? А на следующие праздники он приедет? Она вообще его хоть раз ещё увидит?

     За раздумьями Юбх пропустила тот момент, когда сумерки сгустились настолько, что наступило самое важное время: начали зажигать костры. В каждой деревне, в каждом хозяйстве зажигали огромные костры, которые отпугнут духов и очистят людей от зла и болезней. Меж кострами прогоняли скот и через них взрослые прыгали сами. Молодежь почти всю ночь проводила на улице, рядом с ними: плясала, пела, игралась, показывала удаль и смелость, когда с зажжёнными от этих костров факелами оббегала поля и поселения, отгоняя зловредных троу на год вперёд.

     Юбх пока ни разу не подходила к ночным кострам, сейчас она вроде как может, но зачем, если ночью в замке будет всё её семейство? Лучше побыть с ними в эту ночь, чем поскакать у костров. Успеется.

     Юбх слезла с подоконника и сняла с него же большую корзину, в которой хранила маски, что сделала сама из обрезков кожи, коры, ягод. Эти маски должны на улице закрывать лицо носящего, чтоб встретившийся на пути троу не признал в человеке человека и не увлек за собой и не напал. Ведь все знают, что в канун Сауиня духи и троу ходят по земле, как у себя дома, и очень любят наведываться к живым людям. А добра от них ждать не стоит. Юбх сделала эти маски для всех домашних ещё месяц назад и сейчас с нетерпением устремилась к двери, ведь в сумерки как раз уже пора иметь при себе маску…

     Когда Юбх спустилась в столовую, там было пусто. Стол не накрыт, лампы погашены. Всё, как и должно быть. Девушка с предвкушением улыбнулась и прошла в соседнюю комнату.

     В канун Сауиня ужин обычно растягивался на всю ночь, и уже в гербовом зале все столы завалены снедью. Дети и старики ужинали как обычно и отправлялись в свои комнаты, где, сидя за железными замками и крюками на окнах, дожидались утра. Для малышей эта ночь пока ещё не была особенной, дети постарше с любопытством проводили её на подоконниках, чтобы хоть так разделить со всеми празднование. Юбх с сестрёнкой тоже всегда торчали на окне, впрочем, младшая сестра почти сразу засыпала, а вот Юбх честно сидела до последнего, с замиранием сердца ожидая, что вот-вот какой-нибудь троу возникнет за стеклом и постучится, а может, просто явится или хотя бы пролетит мимо. И ей даже время от времени так казалось. Или это были ночные птицы и тени?