Семья вопреки

8

Виктория

Спорткомплекс встречает привычными звуками, запахами и атмосферой. Для меня это было чем-то вроде места силы. Неспешно иду по коридорам, разглядывая знакомый интерьер. Толкаю стеклянные двери зала для занятий с тренажёрами. Напротив ‒ большое витражное окно. На стене справа ‒ яркое граффити с изображением грозно рычащего медведя. Оно придаёт красок шероховатой кирпичной кладке. У левой стены стоят тренажёры.

Сердце наполняется щемящим теплом, когда замечаю, что Марат занял один из них: друг не изменяет себе и прорабатывает мышцы пресса. Завидев меня, он прерывается. Встаёт, вытирает пот полотенцем и широко разводит руки в стороны, сверкая улыбкой. Ждёт, пока я к нему подойду. Не могу сдержать радости и буквально подлетаю, чтобы обнять.

— Марати-и-ик, ты не представляешь, как я скучала! ‒ тяну почти с блаженством, хлопая друга по мокрой спине. Он отвечает так же крепко, затем немного отстраняется. Указывает мне за спину и всё с той же широкой улыбкой говорит:

— Сдаётся мне, кое-кто скучал по тебе даже больше, чем я.

Оборачиваюсь, чтобы увидеть, как к нам на полной скорости бежит Алёна, моя лучшая подруга. На душе становится ещё радостней, и спустя мгновение мы обнимаемся все вместе. Уткнувшись мне в плечо, Алёна тихо бубнит:

— Ягодка моя, ну что ж такое? Совсем от тебя весточки не было. Если приходить сюда не получается, то хоть бы звонила чаще. Мы же переживаем.

— Простите, ребята. По-другому пока никак, но я работаю над этим, ‒ чтобы не портить радость от встречи, решаю начать с чего-то хорошего. Марат сразу настораживается:

— В твою тёмную головушку опять взбрела странная идея?

— Именно это нам и предстоит выяснить, ‒ легко пожимаю плечами и размыкаю объятия. Алёна не спешит от меня отлипать. Марат лишь понимающе хмыкает и возвращается к тренажёру.

С ребятами я познакомилась в университете. Раньше шансы с кем-то сблизиться мне просто не светили, поэтому пришлось научиться вести довольно уединённый образ жизни. Поначалу из-за того, что успела отвыкнуть от такого открытого проявления дружелюбия, к Алёне я отнеслась с опаской, но постепенно её обаяние растопило и отогрело мне сердце. Позже к нам подтянулся Марат. За пять лет учёбы мы прошли многое: от зубрёжки билетов к сессии до совершенно непрофессионального (но зато бесплатного) консультирования друг друга на всякий жизненный случай. В общем, если за что-то можно благодарить студенческие годы, то пусть будет встреча с ребятами. Считаю, нам удалось образовать потрясающее дружеское трио. Хоть случилось это не сразу.

Со временем я поняла, насколько добрыми и открытыми являются Марат с Алёной, а финальным толчком к этому послужил случай, который мы вспоминаем до сих пор. Шла зимняя сессия. Я получила неуд по основам предпринимательства и рыдала в три ручья от стресса, сидя на лавочке возле универа. Мимо проходили студенты. Кто-то косился на меня с сочувствием и пониманием, а другие ‒ со смесью ужаса и трепета, потому что боялись оказаться в такой же ситуации. Марат и Алёна должны были ждать своей очереди, чтобы зайти в аудиторию, но пошли со мной.

— М-да, что-то препод сегодня жёстко тебя вопросами засыпал, как будто специально, ‒ со вздохом протянул Марат и в задумчивости почесал затылок. — Пересдача-то когда?

После его вопроса я совсем расклеилась и начала всхлипывать ещё сильнее. Представила, что снова и снова придётся повторять билеты, искать информацию на дополнительные вопросы, спорить об этических аспектах в части социальной ответственности бизнеса или какой там выпадет билет...

Алёна наградила Марата укоризненным взглядом.

— Марат, вот это сейчас вообще не главное. Не видишь, что ли: у нас тут человек скоро обезвоживание заработает, если поток слёз не остановим.

— Что делать-то? ‒ растерянно спрашивал он.

— Будем стабилизировать эмоциональное состояние. Научно доказанный факт: крепкие объятия и сладости способствуют поднятию настроения. Будь другом, метнись в кафешку за какао, пока время есть, а я её обниму, ‒ командовала Алёна.

— Ребят, ничего не надо, ‒ размазывая варежками слёзы по лицу, отказывалась я. — Лучше идите обратно в корпус, чтобы не опоздать. Я… нормально…

— Ничего с тобой не нормально, Вик, даже не начинай, ‒ оборвала девушка. Достала из кармана куртки платок и протянула мне, затем снова посмотрела на Марата, который теперь отмалчивался.

— Ты чего до сих пор стоишь? Обнимашки ‒ на мне, какао ‒ на тебе. Давай-давай, а то правда опоздаем. Тогда Вика ещё больше расстроится, ‒ тихо пробормотала она, но я всё услышала.

Марат кивнул и побежал добывать какао. Алёна присела рядом на скамейку, сбоку от меня. Крепко обняла. Успокаивающим голосом говорила:

— Когда крепко обнимаешь человека, то в организме вырабатывается окситоцин, один из гормонов счастья. Он снижает уровень стресса и улучшает настроение. Хотя и Марат тоже в чём-то прав: ты можешь пересдать, но подумай об этом потом. Вот сейчас я тебя обнимаю, что ты чувствуешь? Тебе приятно?

— Угу, ‒ кивала, вытирая её платком слёзы.

— А тепло? ‒ мягко спрашивала Алёна.

— Немножко, да, ‒ ответы получались односложные.

— Сейчас Марат какао принесёт, станет теплее, ‒ продолжала успокаивать Алёна. — Сладкое помогает выработке эндорфинов и серотонина. Ну как, уже получше?