Семья вопреки

11

Виктория

Собираю вещи, которые до этого вывалила на пол перед отцом в коридоре. Что ж, ведь примерно чего-то такого я и ожидала? Сегодня сделала для себя неожиданное открытие: мы с отцом умеем не только взаимно разочаровывать друг друга, но ещё и удивлять. Правда, насчёт него нужно дополнить: удивлять в негативном смысле.

Что я вообще знала об этом человеке? Он встречался с моей матерью, будучи женатым. Скрывал этот факт. Как для него дальше развивались события после их расставания ‒ не ясно. У него есть жена, которая ему изменяет. Есть сын, который очень похож внешне и по характеру, но пока без внутреннего стержня, который формируется десятилетиями управления бизнесом. Он абсолютный прагматик: рассуждает о вещах с точки зрения пользы и выгоды.

Это его образ, отпечатавшийся в сознании. Не могла воспринимать его как отца, потому что всё, что я знала о семье, шло вразрез с его принципами. Не чувствовала теплоты и нежности во взгляде, когда он смотрел на меня. Не ощущала доверия, поддержки и защиты. Он приказывал, а не просил. Ставил перед фактом, а не спрашивал мнения. Я просто не могла проникнуться к такому человеку чувством привязанности или благодарности. Всё, что он давал ‒ мне без надобности.

Ухожу в свою комнату. Ставлю сумку на пол и ложусь в кровать. Ни один из предложенных отцом вариантов мне не подходит. Значит, я поступлю так, как всегда: сделаю всё по-своему. Хм, пожалуй, теперь есть, за что его поблагодарить: пару минут назад он укрепил мою решимость уехать. Можно действовать без лишних угрызений совести.

Воскресным утром я просыпаюсь чуть позже обычного. Впервые за долгое время чувствую себя бодрой и отдохнувшей. В душе нежным цветком распускается надежда: уже завтра я буду дома.

Быстро принимаю душ, надеваю повседневную одежду и иду на кухню, чтобы позавтракать. Отец сидит за столом, не изменяя себе: в одной руке держит смартфон, а в другой ‒ кружку с напитком. Судя по аромату, что витает в воздухе, он опять пьёт эспрессо. Даже эта встреча не портит настрой, поэтому бодро выдаю:

— Доброе утро!

— Доброе, ‒ отвечает отец, поднимая взгляд от экрана. — У тебя сегодня хорошее настроение, как я погляжу.

— Есть такое, ‒ подтверждаю, осматривая холодильник. — Если заточу вкусный завтрак, станет ещё лучше.

Долетает недовольное фырканье.

— Что за выражение? Говори нормально, ты же не грызун, ‒ ожидаемо ворчит отец.

— Макар с тобой бы не согласился, ‒ роняю безразлично, разглядывая срок годности на упаковках сыра и ветчины. — Хм… Тост с ветчиной или сыром? А может, совместить? Да, сделаю крок-мадам! И крок-месье! Точно!

— Ты знаешь, что это такое? ‒ прилетает удивление от отца. Даже брови слегка приподнял.

Не оборачиваясь, выкладываю нужные продукты на столешницу.

— Крок-месье ‒ горячий закрытый бутерброд с ветчиной и сыром. Крок-мадам ‒ то же самое, но ещё с яичницей сверху. Здесь нет ничего сложного, просто французское наименование привлекает больше, чем банальное «бутерброд с ветчиной и сыром».

— Надо же, какой сегодня особенный день, ты только погляди: мини-лекция на тему французской кухни, да ещё и без капли дерзости, ‒ хмыкает отец. — Может, раз ты сегодня такая добрая, и мне сделаешь парочку? ‒ с ноткой провокации в голосе спрашивает он.

— Ну, почему бы и нет? ‒ решаю благодушно. Достаю сковороду и ставлю на плиту. — Думала, ты уже позавтракал.

— Нет, ‒ говорит отец как-то потерянно. Оборачиваюсь, чтобы уточнить:

— Тебе только с ветчиной и сыром, или ветчина, сыр, плюс яичница?

— Если так и дальше пойдёт, то я начну волноваться, ‒ с иронией говорит он, разглядывая с головы до пят, будто мы только встретились. — Неужели правда приготовишь что-то? И отдашь это мне? ‒ с каждым вопросом в интонации сквозит всё больше сомнения.

— Думал, откажусь? ‒ спрашиваю снисходительно. — Считай, что сегодня ты типа выиграл в лотерею. Если не знал, то я умею готовить. По-моему, делаю это довольно хорошо. Если еда не придётся по вкусу, то это уже твои проблемы.

— Ох, даже от сердца отлегло, ‒ выдыхает отец. — Думал, что отравить меня решила.

— Если бы хотела, то давно бы уже это сделала, ‒ невозмутимо отвечаю на его подкол. — Кофе ты пьёшь гораздо чаще, чем ешь мои бутерброды. А кто тебе этот кофе на работе заваривает? Правильно! Тоже я, ‒ эта реплика звучит уже более ехидно, поэтому отец заметно расслабляется. Однако от моего внимания не скрылся тот факт, что кружку с кофе он отставил в сторону. Теперь вот подпирает рукой подбородок и пристально следит за процессом приготовления бутербродов.

Беру хлеб для тостов и равномерно распределяю сливочное масло по обеим сторонам. Кладу на разогретую сковороду. Поджариваю до золотистой и хрустящей корочки сначала с одной стороны. Затем переворачиваю. Кладу сверху ломтик ветчины и сыра. Немного жду, пока на втором кусочке хлеба появится такая же корочка. Накрываю сверху тост с начинкой. Вот крок-месье и готов. Ну а для крок-мадам нужно всего лишь поджарить глазунью с жидким желтком и положить сверху. Есть и более оригинальный вариант подачи: вырезать в кусочке хлеба круглое отверстие и разбить яйцо прямо туда. Оставшийся мякиш подсушить на сковороде и обмакивать потом в желток, но для завтрака сойдёт и классика. Эх, были времена, когда мама такие готовила перед школой для меня. Как же жаль, что теперь никогда не смогу попробовать еду, приготовленную её заботливыми руками.