Семья вопреки

22

Виктория

Даже в самом сюрреалистичном сне не смогла бы представить, что когда-нибудь Мартынов будет по-хозяйски расхаживать по моей квартире в Рязани и разглядывать каждую статуэтку на полке, но он это делает. Прямо сейчас. Иногда задаёт уточняющие вопросы вроде «у тебя здесь много книг, а какая самая любимая?» или «почему ключница в виде черепашки? Они тебе нравятся?».

— Здесь всё осталось нетронутым с момента моего подросткового периода. Ключница-черепашка ‒ в том числе. Это место мы обустраивали вместе с мамой и её лучшей подругой. Как раз была её идея, ‒ отвечаю ему.

— О, получается, что эта квартира ‒ отражение того, какой ты была в детстве? ‒ глубокомысленно замечает Ярослав.

— Да, так и есть, поэтому мне всегда приятно сюда возвращаться, ‒ не могу сдержать лёгкой улыбки.

— И как часто ты это делаешь? ‒ спрашивает Мартынов, разглядывая фарфоровую статуэтку в виде кошки.

— По-разному, ‒ пожимаю плечами. — Если честно, то я давно хотела вернуться, но отец не позволял.

— Почему? ‒ тут же следует ожидаемый вопрос.

— Это что-то из области семейной драмы, за которую я больше не хочу цепляться. История долгая. Расскажу как-нибудь, но не сейчас, ‒ отмахиваюсь от болезненной темы.

— Мне вот любопытно кое-что: почему ты тогда пришла ко мне со своим странным предложением? ‒ Мартынов смотрит прямо на меня, ожидая ответа.

— Хотела немного подпортить репутацию отца. Получилось, но если бы ты посодействовал, то вышло бы лучше, ‒ пожимаю плечами.

— До сих пор не могу себе этого простить, ‒ сокрушается Ярослав комично. — Это действительно упущенная возможность. Только представь: человек, репутация которого в бизнесе всегда была безупречной, вдруг допускает такой промах. Даже если деньги возвращены, то инцидент-то в памяти останется! А ведь можно было бы пойти намного дальше…

— Вот именно так ты должен был думать, когда я к тебе пришла, а сейчас уже поздно. Деньги возвращены, партнёры довольны, ситуация улажена, ‒ прерываю его недовольно.

— И что, тебя совсем не волнует тот факт, что я мог бы обанкротить твоего отца при большом желании? ‒ удивляется Мартынов.

— Нет, ‒ отвечаю честно. — До недавнего времени у нас были совсем ужасные отношения, так что я шла к тебе примерно за этим. По-моему, это довольно справедливая цена за то, как он обошёлся со всеми.

Мартынов снова смотрит на меня с интересом и улыбается уголками губ.

— Если ты всё ещё этого хочешь, то можем как-нибудь организовать, ‒ предлагает он.

— Не-а, больше мне это не интересно. Решила зайти с другой стороны и попробовать наладить подобие семейных отношений, ‒ отзываюсь лениво.

— Как передумаешь ‒ попроси, я же обещал теперь прислушаться, ‒ хмыкает Ярослав. — А что насчёт того, чтобы перейти в мою компанию? Всё ещё не хочешь?

— Хочу, но сомневаюсь, что отпустят. Ни отец, ни Макар не подписывают моё заявление, ‒ вздыхаю печально.

— О, так значит, на самом деле ты не против? Отлично, займёшь место моей помощницы! ‒ радуется Мартынов.

— Подожди, а как же Ольга Дмитриевна? ‒ спрашиваю озадаченно.

— У неё всё чудесно: недавно поделилась новостью, что они с мужем ждут ещё одного ребёнка, поэтому я заранее ищу толкового человека на замену. Как по мне, ты подходишь прекрасно, ‒ практически мурлычет Ярослав.

— А ты не видишь здесь конфликта интересов? Будет странно, если мы начнём встречаться и работать вместе, разве нет? ‒ высказываю вроде бы логичную мысль.

— Конфликт существует только в твоей голове. Я же вижу сплошные плюсы: у меня появится новая сотрудница, которая изумительно выполняет свои обязанности, а также мы сможем лучше узнать друг друга, ‒ бодро заявляет он, чем снова повергает в шок.

— То есть рабочая этика для тебя ‒ пустой звук? ‒ изумляюсь я.

— Для нас, Виктория. Для нас, ‒ невозмутимо поправляет Ярослав. — Позволь тебя немножечко испортить и сделать чуть менее идеальной.

— Где тут связь? Ярослав, я же о том, что встречаться с кем-то и вместе работать ‒ это плохая идея. Это может плохо отразиться на компании и… ‒ не могу договорить, потому что Мартынов подходит слишком близко и слегка щипает за щёки.

— Ну что же ты за прелесть такая? ‒ тянет он с умилением. — Во-первых, я в своей компании поддерживаю семейные ценности, у нас работают парочки, женихи с невестами, мужья с жёнами и так далее. Конечно, конфликты случаются, но их всегда можно решить. Главное ‒ не приносить личное на работу. Дома мы будем обсуждать отношения, а в офисе ‒ дела. Во-вторых, раз уж я возглавляю эту компанию, то могу делать всё, что захочу.

Убираю его руки от своего лица.

— Последнее ‒ просто железный аргумент, ‒ говорю с сарказмом. — Куда тебя вообще понесло?

— В приятное, светлое будущее, ‒ не теряется Мартынов. — Не накручивай себя по таким пустякам. Считаю, что в моей компании тебе понравится больше, чем у отца. Не важно, в каком из отделов ты захочешь трудиться. Конечно, я предоставлю право выбора, но… ‒ тянет он многозначительно, даже не скрывая игривого тона.