Семья Жнецов

Пролог

Сколько себя помню, никогда не любила чёрный цвет, хотя он неотъемлемая часть моей сущности. Если бы мне пришлось выбирать, я бы с удовольствием выбрала бы красный. Этот цвет идеален и мне подходит, но увы… Моё мнение никого не интересует.

Особенно в моей семье.

Всем руководит отец, а уж он ярый приверженец традиций. И никто в нашей семье не смеет ему перечить. Ни я, ни мои братья, ни даже мой дядя, то есть младший брат отца. Слово главы семьи – это приказ. И ослушаться его никто не может.

Как и сегодня…

Невзирая на то, что я была на другом конце планеты и трудилась в поте лица, поступил приказ от отца незамедлительно явиться в семейный особняк. Причём не только меня, но и остальных членов особенной семьи.

Конечно, для большинства существ такой семейный созыв будет приятен. У обычных людей в такие дни празднуют памятные события. Например, дни рождения, свадьбы, Новый год или даже Рождество. В каждой стране и культуре свои причины для приятных семейных встреч. Но только не в моей…

В последний раз я была здесь более семидесяти лет назад и с трудом могу вспомнить хотя бы одно событие, которое можно охарактеризовать как «приятное» или хотя бы «весёлое». И на то есть причина…

Пока шла к особняку по кирпичной тропе, меня окружил родной и привычный с детства аромат. Концентрированная смесь земли, сырости и тонкая нотка сладковатого аромата красного цветка Ликорис.

Ликорис здесь цвел столько, сколько себя помню. И никогда не увядал. Невзирая на то, что над особняком никогда не всходило солнце и только ночь была вечным спутником. При каждом шаге я слышала звонкий стук каблука, который эхом распространялся над всем кладбищем, которое также окружало особняк. В детстве мне это казалось такой пустотой, тратой земли, то сейчас я уже даже не замечаю надгробные кресты и плиты, надпись на которых стёрлась со временем.

Подходя к особняку, я уже слышала разговор нескольких голосов. Кто-то из семьи прибыл раньше меня, хотя это и не удивительно, учитывая какое расстояние мне пришлось пересечь. Я остановилась перед огромной двустворчатой чёрной дверью, сделанной из чистого железа. Если вокруг входа стояли две статуи в виде озлобленной и злобной горгульи, которая охраняла вход, то на самой двери, словно предупреждение для всех смертных, изображена сама Смерть в облике скелета в плаще и с косой в руках.

Смотря на это изображение, я не смогла сдержать раздражение, от чего достаточно громко цокнула языком.

- Отец так и не убрал это убожество… - вздохнула и уже потянулась к дверной ручке, как дверь неожиданно открылась сама.

Из помещения вышел отполированный до блеска скелет, одетый в чёрный смокинг. Скелет вышел ко мне навстречу и приветливо поклонился, звонко щелкая челюстью.

- Здравствуй, Оскар. Я дома, - поздоровалась, наблюдая за тем, как наш дворецкий открывает передо мной дверь. – Хорошо поживал всё это время?

Разумеется, скелет ничего не смог ответить, однако на этот раз щелкнул челюстью два раза, что можно было принять за утвердительный ответ. Усмехнувшись, наконец-то вошла в помещение.

Меня тут же встретил просторный коридор, в котором преимущественно были чёрные и алые оттенки. Чёрные стены, сделанные из редкой древесины, алые ковры, разнообразные картины с изображением разнообразных сцен смертей в истории. Начиная от элементарного голода и заканчивая массовой войной. При этом через каждую картинку были выставлены средневековые доспехи из чёрного железа. И в руках каждого имелось идеально наточенное оружие, которое и сейчас легко можно применить в бою.

- И когда уже отец избавится от всего этого старья?.. – устало рассуждала я, вспоминая, как ненавидела в детстве эти доспехи.

- Вот и я о том же! – послышался мужской голос со стороны. – Уже четверть двадцать первого века миновала, а отец всё ещё живёт в прошлом.

Обернувшись, я увидела высокого и красивого парня, которому, на первый взгляд, можно было бы дать в среднем двадцать семь лет. На нём была, как и на мне, траурная полностью чёрная одежда. Короткие тёмные волосы имели косой пробор и аккуратно уложены. Лицо идеально выбрито, а на губах играла понимающая улыбка.

Однако стоило нашим глазам встретиться, как всего на один миг они вспыхнули ярким зелёным цветом, словно личный сигнал, благодаря которому мы в любой толпе могли бы узнать «своих».

- Динамис… - улыбнулась я.

- Здравствуй, сестрёнка, - мягко ответил парень, распахнув руки и крепко обняв меня. - Давно не виделись, Никефорос. Лет... сорок?

- Правда? А мне кажется, что прошло намного больше, - со смехом ответила ему.

Я хотела ещё что-то сказать своему старшему брату. Ведь мы так давно не виделись, вот только не успела.

- Ох, ну конечно! Сразу же обнимать своего «самого любимого» брата. А обо мне, который стоит в паре метрах от вас, все благополучно забыли! - раздался возмущённый голос другого парня, который и в самом деле стоял неподалёку от нас.

Это был юноша, которому, на первый взгляд, было около двадцати. Длинные тёмные волосы едва касались его плеч. Тонкие губы растянулись в недовольную ухмылку, а густые брови нахмурены. Однако стоило нам встретиться взглядом, также, как и в первом случае, в глазах вспыхнул зелёный огонёк.

- Эйсон... - вздохнула я, прекрасно зная, какой мой младший брат капризный и отчаянно жаждущий внимания. Причём не только от своей семьи, но и от других представительниц «прекрасного» пола.

- Ники, будем обниматься? - усмехнулся Эйсон, раскрывая свои объятия. - Ведь мы тоже давненько не виделись...

- Пожалуй, откажусь. Боюсь, как бы моя одежда чужими женскими духами не пропахла, - ответила ему с такой же улыбкой.

- Неужели? - протянул он, явно задетый моими словами, но сохранил усмешку на губах. - Ну как знаешь. Многое теряешь. Ведь по этим духам можно понять, что у меня хотя бы есть такое понятие, как «вкус». В отличие от некоторых...

- Что ты сказал?.. - начала злиться, наблюдая за тем, как Эйс довольно засмеялся.