Семья Жнецов

Глава 1. Традиции

Традиции – это единственное, что ценит наш отец и чему бесконечно верен. Невзирая на мнение или же желание его собственных детей. Традиции должны быть соблюдены. Как он всегда говорил и не уставал повторять, это необходимо ради поддержания порядка в нашем мире. А так как наш род имеет непосредственное влияние на сам мир, мы первые, кто должны исполнять все свои обязанности на высшем уровне. И того, кто отказывается от их исполнения, ждёт неминуемая расплата.

О чём именно говорил Зен, я так и не узнала. Но когда была ребёнком, все его слова были больше похожи на проклятие, нежели на предостережение.

Ослушаться отца? Никогда.

В любом случае одна из важных традиций заключается в том, как происходит воспитание наворожённых детей в нашей семье. Ведь родители их не воспитывают, а передают самому младшему до этого члену семьи, чтобы тот и передал свои знания, а также накопленный опыт.

Если рассказать подробнее, то Динамис, мой старший брат и самый старший ребёнок в нашей семье, был воспитан своим дядей – Лукасом. Позже же Динамис передал необходимые навыки Жнеца мне, когда я появилась в этом мире. Старший брат стал мне опорой и, можно сказать, долгое время был для меня целым миром.

Но когда я повзрослела, мне на попечение был передан Эйсон. И да… Всё верно. Мне пришлось защищать и воспитывать младшего брата, как его родитель.

Что касается дяди Лукаса, то его воспитывал наш отец, когда был значительно моложе. В среднем новый Жнец появляется раз в несколько столетий, что является весьма естественным процессом. Новый Жнец, рождённый раз в двести-триста лет – норма. Людей в мире рождается больше, а значит, нужны те, кто будет присматривать за порядком и не позволять потустороннему проникать в мир живых. В принципе, как и наоборот…

И раз сейчас появился новый младенец, можно с уверенностью сказать, что наступила очередь Эйсона быть нянькой. Вот только… ему и сотни лет нет. Мальцу едва за семьдесят перевалило. И становиться опекуном для юной сестрёнки он определённо не готов. Что и так ясно, но Эйс решил озвучить свои мысли:

– Это шутка?.. Какая ещё сестра? Я не собираюсь присматривать за каким-то сопливым младенцем! – громко закричал он, буквально прожигая взглядом нашего отца.

– Таковы традиции… – низким тоном ответил Зен.

– Да мне плевать! – закричал Эйс. – У меня своя жизнь! Мало того что я и так постоянно выполняю твои глупые поручения, так теперь ещё и это?! Я отказываюсь!

– Ты не посмеешь… – предупредительно произнёс пожилой мужчина, после чего стены особняка завибрировали.

Задрожали хрустальные бокалы, стоящие на металлическом подносе. Казалось, что ещё немного – и что-то определённо взорвётся. При этом Эйсон даже не думал подчиняться нашему отцу.

– Это твой ребёнок! – злобно кричал парень. – Тебе было плевать на нас троих, но этого младенца сам воспитывай. Хотя бы немного прояви себя как отец.

– Глупец!.. – не выдержал отец, сделав угрожающий пас в сторону Эйса.

Младший брат не стал терять времени даром. В его руках тут же из тёмно-зелёного дыма материализовалось наше родовое оружие – Чёрная Коса. Эйсон и раньше всегда был зол на отца, но сейчас он определённо был в шаге, чтобы пересечь черту допустимого.

Между отцом и младшим братом мгновенно появился Динамис, вытянув ладони в разные стороны, чтобы остановить членов своей семьи.

– Хватит! Прекратите! – посмотрел на Эйсона. – Что ты собрался делать? Атаковать отца?

– Если это потребуется…

– Не неси чепуху и убери косу, – требовал Дин, но Эйс колебался. – Немедленно! – повысил он голос, и младший брат наконец-то подчинился. После этого Дин посмотрел на отца. – Я возьму девочку и воспитаю её. Всё будет нормально.

– Нет, – строго произнёс Зен, нахмурив брови, отчего его старческие морщины стали ещё глубже, лишь увеличивая его зрительный возраст. – Это должен быть именно Эйсон, как последний младший сын. Таковы традиции. Он обязан это сделать. И он это сделает.

– Старый маразматик... – тихо выругался Эйс, понимая, что спорить с отцом бесполезно. – Ладно... – наконец-то согласился он, тяжело вздохнув. – Скажи хотя бы, как её зовут?

– У нее нет имени, – холодно ответил отец. – Ты дашь ей имя, как и полагается, в день её крещения. А до тех пор... смотри, чтобы она не погибла раньше своего срока. Хотя бы с этим ты способен справиться?

– Что?.. – ахнул от ярости Эйс, но отец уже исчез, растворившись в чёрно-зелёном дыме и оставив нас всех одних в семейном особняке. – Да чтоб тебя!..

***

После того как отец исчез, семейное собрание, можно сказать, завершилось. Его всё равно не переспорить. Да и сил на это давно уже нет. Это Эйсон ещё пытается что-то доказать отцу и получить хотя бы каплю его внимания, но для меня, как и для всех остальных членов нашей семьи, всё стало предельно ясно: отец не умеет любить.

Хотя, как ни странно, невзирая на нашу суть и работу, мы даже больше подвержены эмоциям и разнообразным чувствам, чем сами люди. Кто-то видит в этом дар, кто-то же – проклятие…

Даже сейчас, испытывая далеко не самые приятные чувства к этому дому, я напоследок решила посетить свою старую комнату. И только после этого покинуть родовой особняк. Здесь всё сохранилось именно так, как я помнила. Магия сохранения и нетленности была давно наложена на дом. Я даже не знаю, кем именно, но она исправно работала по сей день. Ни пыли, ни затхлого запаха, ни даже подвявших цветов, которые я в детстве собрала с кладбища и поставила в вазу. Красный ликорис всё также прекрасно стоял на прикроватной тумбочке, навевая воспоминания.

А мои детские рисунки, висевшие на стене, выглядели так, словно какой-то ребёнок нарисовал их каких-то пять минут назад. А ведь прошло несколько столетий…

– Ники, ты здесь? – услышала мужской голос со стороны входа в комнату. Обернувшись, увидела Эйсона, который держал корзину с младенцем в руках. Его взгляд был обеспокоенный, нервный и даже напуганный. – Ох, ты ещё в доме!.. – обрадовался он, когда наши взгляды пересеклись. – Прошу, ты должна мне помочь. Остальные ушли, а я понятия не имею, что нужно делать.