Сенгита Леса

3. Сама по себе

Каргор был уже на ногах. Стряхнув с себя остатки игл, он снова обернулся птицей и исчез в черно-звездном небе. Хранитель тоже собрался уйти.

— Ты что, меня вот так бросишь?

— А что мне с тобой делать? Сегодня ты осталась жива. Если продержишься еще пару дней, увидишь новый мир. Конечно, если мы победим.

— А если нет?

— Тогда для нас всех будет только один конец.

— И как выжить во всем этом?

— Не попадайся Посланникам, — обернулся напоследок Хранитель.

Он ушел, а я осталась стоять на улице. Под зловещим светом догорающего Сатурна. В окружении пронзенных копьями мертвых тел, которые уже перестали быть телами, а превратились в ледяные глыбы, и теперь медленно таяли, растекаясь по мостовой.

— Эй! Стой! Подожди! — в отчаянии закричала я и бросилась в ту сторону, куда ушел Хранитель.

Конечно же, я его не догнала. Пробежав несколько кварталов, я окончательно запуталась. Куда мне теперь идти? Что делать? Лёха мертв. Как же я родителям то это скажу? Родители! Я выхватила из кармана сотку и обреченно уставилась на нее. «Поиск сети», эта надпись меня просто добила.

«Городской телефон, — мелькнуло у меня в голове. — Заяц дрыхнет в квартире!»

Вспомнив про Зайца, я со всех ног рванула домой. Конечно, Лёхиных дружков я знаю не так хорошо, но уж лучше такая компания, чем совсем одной.

Машин на улице не было. Точнее они были, но все стояли. Большинство на парковке, но и попадались брошенные посреди улицы. На перекрестке столкнулись две легковушки. Не сильно, только бампер помяли. Тут бы водилам отношения выяснять, а они выскочили и бросились в разные стороны. Народ как чумной — без толку мечется в разные стороны. И знакомых нет, как сквозь землю провалились.

— Накаркала, дура! — выругала я сама себя, стоя в полуметре от обрыва.

А дальше дороги не было. Дальше вообще ничего не было. Как будто я стояла на краю земли. Только небо. Со всех сторон небо: сверху и снизу. А прямо на меня неслась комета. Огненный шар с длинным алым хвостом. Она летела снизу вверх, описывая забавную дугу. Чем ближе она подлетала ко мне, тем явственней я ощущала мощную вибрацию. Она заложила очередной вираж и, вынырнув прямо у меня из-под ног, оказалась на одном уровне со мной.

И только тут я разглядела лицо. Комета была головой, а ее хвост — волосами. Нет, не просто оторванной человеческой головой, а огненной, дико хохочущей, с перекошенным то ли от злобы, то ли от радости женским лицом. Пролетая мимо, она заметила меня и, взвыв еще громче, вильнула, попытавшись ударить своим хвостом. Меня она не достала, зато зацепила несколько звездочек на черном бархате неба. Одна из них закачалась и сорвалась.

Упала звездочка недалеко — в палисадник пятиэтажки, два подъезда которой сейчас нависали над бездной, точнее над небом. Мелодичный звон, сопровождавший падение, не мог оставить меня равнодушной. Десять минут ползания на коленях, и я вынула из кустов сирени небольшую, размером с яйцо, яркую гладенькую звездочку.

Она не была пятиугольной, у нее вообще углов не было. Она была круглой, но как будто ограненной. Каждый ее поворот отбрасывал сотни ярких лучей. А в том месте, где ее зацепила комета, была маленькая щербинка. Я радовалась ей, как маленькая девочка. А ведь еще вчера я и не помышляла о том, что у меня будет своя звезда. А сегодня… Сегодня эта мысль мне уже не казалась такой странной. Наконец, наигравшись, я засунула ее в карман и медленно побрела обратно.

Теперь мне уже было все равно куда идти. Мой дом исчез, теперь на его месте небо. А должен был стоять в соседнем дворе. Отсюда через проулок, потом обогнуть магазинчик и сразу подъезд. Где теперь все это? Интересно, проснулся Заяц, или… Да какая теперь разница. Похоже, этому миру действительно приходит конец. Как там сказал Хранитель — пара дней?

Желудок свело резкой болью. Я вспомнила, что с утра ничего не ела. В торце дома я заметила «продуктовый» и, не долго думая, направилась туда. Судя по вывеске, работал он с восьми. Дверь была распахнута — значит, его либо вчера не закрыли, либо сегодня успели открыть.

Маленький магазинчик, из тех, что устраивают в бывших квартирах. Пара витрин с продуктами, холодильник с напитками и полки с «химией». Внутри было темно, и только тут я сообразила, что электричества нет.

— Эй, есть кто-нибудь? — позвала я, не ожидая услышать ответ.

Так я и думала — никого. Успокоив, таким образом, свою совесть, я достала с витрины колбасу, с холодильника лимонад, и уселась на место продавца уплетать все это. Заодно и подумать.

А думать, собственно, было не о чем. Я осталась совсем одна, и помочь мне некому. Единственный, кто проявил участие к моей судьбе, это Хранитель. Только найти его, да еще и Посланникам не попасться, казалось мне нереальным. А сидеть здесь, и ничего не делать тоже не выход. А если этот дом так же пропадет в небе, как и мой? Что тогда со мной будет?

— Что? Что? На небо попадешь! — ответила я сама себе, и помрачнела от такой перспективы.

Нет, надо искать Хранителя, или того, кто его знает. Например, Гора, или еще кого-нибудь. Тут главное «светлых» избегать. Судя по всему, именно их Хранитель назвал Посланниками.

Как следует перекусив, я нашла в подсобке небольшую, через плечо, сумку. В нее тут же полетела палка колбасы, десяток шоколадных батончиков, бутылка воды. Не обременительно, да и на душе спокойней. Еще раз оглядев магазин, и не найдя здесь больше ничего стоящего, я осторожно выскользнула наружу.

А все-таки рациональное зерно в моих рассуждениях было. Я стояла в том же дворе, что и полчаса назад. Только той пятиэтажки, в палисаднике которой я подобрала звездочку, больше не было. А край земли теперь начинался у самой дороги. В последний раз, глянув с него вниз, на небо, я направилась к центру.

И, все-таки, я не смогла пройти мимо того самого перекрестка. Но теперь здесь уже ничего не напоминало о трагедии. Ни ледяных кольев, ни пронизанных ими тел. Только влажный асфальт на том месте, где совсем недавно погиб Лёша. К горлу подкатил комок. Я честно пыталась не думать о том, что сейчас происходит в мире. Навряд ли апокалипсис явился в один отдельно взятый городок нашей страны. Сдается мне толстый полярный лис, то есть полный писец, пришел ко всем сразу…