Серафима - сбежавшая графиня

Глава 7

Василий засмущался. - Барышня, а в знак благодарности, давай еще что-нибудь съестного тут поищем. Может, что и найдем, желудок от голода уже сводит.

Раздевшись, вошли в кухню, там все осталось ровно так же, как запомнила. Только стало совершенно пусто и серо, не пахло больше пирогами, что пекла их кухарка. Едой вообще не пахло.

Васька, по-хозяйски прошелся по ящикам, но там тоже было почти пусто. Только два кулька одиноко лежали в буфете, с кофе и сахаром.

- Наверное наш барин не ест дома. - заключил, Василий. - И вот как с ним жить?

- Честно говоря, я тоже готовить не умею. - тихо проговорила Серафима.

- Совсем? - озадаченно спросил Василий.

- Точнее сказать ничего. Понимаешь, у нас в доме была кухарка, и мне приносили все что хотелось, по первому требованию. - оправдываясь проговорила Серафима.

- Хорошо же вам графьям жилось. - сказал на выдохе Василий лицо оживились, брови взмыли вверх и на лбу появилось несколько складочек. - Ладно с вами все понятно, но есть от этого мне меньше не стало. Пойду, тогда вещички твои заберу из комнат. Да, еды какой никакой возьму, в счет уплаты за комнату.

- А хозяйка тебе отдаст? - спросила Серафима, удивляясь житейской мудрости этого маленького человечка.

- Конечно, — протянул Василий, лучше скажи где и что нужно взять. - И напиши записку на всякий случай для хозяйки.

- Хорошо, пошли в кабинете наверное должно остаться все необходимое. - Серафима под диктовку написала записку, рассказала своему защитнику, где старик припрятал деньги и документы. И тот удалился, оставив девушку наедине со своими воспоминаниями.

В тот момент Серафима так доверяла Василию, что не могла даже и предположить, что мальчишка мог ее обмануть, только спустя два часа, когда по всей вероятности Василий должен был уже возвратится, но его не было. Это беспокоило девушку, но она не знала, что в таких случаях нужно делать. Вчера так же точно не вернулся Силантий, а сегодня пропал и Вася. Девушка то и дело выглядывала в окно, что выходило на центральную улицу, но его так и не было видно. Вдалеке слышались ликование толпы, и топот сотни сапог, как на параде, что стройными рядами шли по мостовой в далеком прошлом. Серафима вспомнила, как светились на солнце их начищенные сапоги, почему-то только вид сапог и топот так врезались в память, что она и сейчас спустя столько времени продолжала их отчетливо слышать.

Павла Петровича тоже не было, почему-то Серафима, даже не спросила, когда его выписывают из больницы, даже не спросила что с ним приключилось. Только набросилась на него с обвинениями. Как же некрасиво… Сделала. Лицо ее вдруг вспыхнуло… Может зря сюда и пришла? Серафима стала мерными шагами ходить от одного угла комнаты в другую, словно этот ее марш мог придать силы.

Напольные часы, включились и отмерили коротким звоном пол часа. Василия уже не было три часа. Подумала Серафима и вновь выглянула в окно.

Вдалеке увидела знакомую фигуру в клетчатой кепке и копну белокурых волос, что так четко выделялась среди массы людей. Этот маленький гражданин вел под уздцы лошадь и наперевес лежало несколько мешков. Телеги не было.

Мальчишка скрылся в воротах, а Серафима отошла от окна, волнение захватило, Василий не бросил. Хотя мог забрать и деньги и лошадь, все продать и жить себе спокойно и наверное довольно долго один. Вероятность встретится в городе, где сотни тысяч людей практически минимальная. Рассуждала Серафима, дожидаясь Василия в прихожей. Дверь внизу хлопнула и тяжелые шаги гулким эхом разносились по парадной. Серафима подбежала к двери и открыла. По лестнице поднимался Василий с тяжелым мешком наперевес. Девушка подбежала к нему и хотела помочь.

- Лучше посторожи пока за вторым схожу негоже овес без присмотра оставлять. Уведут. - сказал, мальчишка и торопливо спустился по ступеням, дверь хлопнула и через несколько мгновений Вася уже волок второй мешок еще больше чем первый. - Вот выторговал у одного лавочника за телегу. Представляешь, только выехал от хозяйки, а посередине дороги телега раскорячилась, колесо сломалось, а за ним и рессора вся искривилась. Этот бегает вокруг и только охает. Увидел меня и говорит. “Дай, телегу мне на время товар свести два пуда муки отсыплю.” А я ему говорю. “Два пуда то хорошо будет, но мне лошадку кормить надобны, вот если еще мешок овса и три пуда муки дашь, то забирай всю телегу, только без лошади. Тебе ж все равно возвращаться, а сейчас ты вряд ли свою починишь, все бастуют. А коль найдешь, кто починит, то и продать сможешь.” Он мне говорит, “Нет мне телега не нужна еще одна, только на время.” А я ему говорю. “Прости тогда барин, нет времен за два пуда муки с твоей ношей разъезжать и так, мол опаздываю, барышня волнуется.” Барин разозлился, шапку снял, возмущался, хотел меня за уши оттаскать, но тут морячок, за руку барина схватил. Да как закричит. “Ты по что ребенка трогаешь, хочешь бери телегу, как он предлагает. Нет! Так отпусти. Привыкли, что все как вы захотите.” Ну барину, деваться было некуда. Дал мне мешок овса и три пуда муки. Хотел, моряку за подмогу отсыпать муки или овса на кашу, но он сказал, “У малых детей не отнимаю!” Помог мне распрячь лошадь, погрузил все. И вон до угла спровадил. - Василий рассказывал очень эмоционально в лицах, то и дело копируя речь то одного, то другого.

Совместно занесли один мешок, а за ним и второй. От усталости Василий, так и сел в прихожей на маленькую табуреточку. Вытерев пот со лба и раскрасневшись.

- Так, этот с зерном пусть тут стоит, — сказал Василий строго. - А второй нужно разобрать, там три кулька с мукой, пирожки, хлеба ломоть и курица целая.

Серафима, что держала за угол мешок, растерянно посмотрела, на Василия. - Барышня, курица, готовая и наверное даже еще и теплая. - проговорил он смеясь и Серафима рассмеялась вместе с ним.

Дом Замятиных считался современным, тут была проведена вода, электричество и даже стояла ванна, только вот вода из крана была только холодная, как уже успела ощутить Серафима, но она текла и это уже было хорошо. Так что немало важно в квартире стояло несколько английских печей, а в кладовой где раньше хранились продукты, теперь была выложена поленница дров.