Серафима спешит на помощь

7. Серафима. Как мы слетали за продуктами

Мне нужно было переварить всё сказанное, поэтому я взяла из рук Хьюго тарелку и ложку и вместе со своей посудой унесла на кухню. Помыла над жестяным тазом, поставила сушиться. Никакого полотенца или тряпки вытереть руки не нашла, но какие тут тряпки, если спать толком не на чем?

Так, если он прав и домой можно только через год, то сейчас — забудь, Симка, и начинай бодрым темпом адаптироваться. Потому что этот год нужно ещё как-то прожить. Тут, кажется, теплее, чем у нас дома, но зима, наверное, всё равно есть. Поэтому — нужно как-то наладить жизнь. То, что сейчас я видела вокруг себя, мне совершенно не нравилось.

Вообще, подумавши, я поняла, что мне не очень-то важно, как тут у них с разводами. Можно ж договориться на какой-нибудь там временный брак, а потом, через год, я просто уйду себе в лес и вернусь домой. Он останется живым и здоровым, я тоже. Скажет, что типа овдовел, и женится на ком там ему по статусу положено. И всё будет хорошо. Пока ни один из них не сказал, что «спасти» равно «остаться тут до конца жизни». Как-то не хочется до конца жизни в этих пустых каменных стенах.

Правда, может быть, как-то удастся сделать тут конфетку? И жить себе припеваючи? Я не сказать чтобы большая мастерица домашних и отделочных работ, но что-то умею, как-то же дожила до своих лет, и ничего. Ни с голоду не померла, ни от холода, и тараканы с мышами по дому не ходили, и одежда чистая всегда была, даже если не особо новая, и всё остальное тоже в порядке. Поэтому…

Вопрос первый: что мы будем есть сегодня, завтра и всегда. Сейчас пойду и задам.

Уже хотела было пойти, но в дверном проёме повис призрачный Эдрик.

— Леди Серафима, я вас очень прошу не отчаиваться. Хьюго не так плох, как может показаться. Понимаете, он привык быть самым-самым и никак не ожидал, что окажется таковым ещё и в безумии. И он не виноват в своём недуге.

— Да я поняла уже, — говорю. — Скажите, где берут еду? Надо бы запасы сделать.

— Сейчас он позовёт Каэдвалара и слетает.

— Я с ним. Нужно всё осмотреть и взять то, что я смогу приготовить в здешних скудных условиях, — дома у мужиков вечно был баг конструкции — притащить из магазина не то, причём на последние деньги.

Поэтому я уж лучше сама. Пока не увижу здесь кого-нибудь, кому смогу доверять в этом вопросе.

— Он у нас вообще неплохой правитель своим землям, — сказал со вздохом Эдрик. — Просто… проклятье далось ему нелегко. Он надеялся прожить до старости и не сойти с ума, такое случается.

— Не повезло, — пожала я плечами.

Оглядела кухню, увидела в углу у стены вместительную плетёную корзину с крышкой. И где-то ещё есть мой рюкзак, в большом зале, возле той кучи сена, где мы спали.

— Какой сегодня день, господин Эдрик? Тот же самый, в который мы все встретились?

— Вы проспали день и ночь, оба, — сообщил призрак.

А, нормально. После такой ночи с приключениями на местности и после беспробудного пьянства — вполне так. Но никто ж нигде не ждёт, верно? Значит, можно не париться.

Что, у меня впервые за много лет будет возможность спать до упора? Пока сама не проснусь? Никаких будильников, да? Это же прекрасно!

— Господин Эдрик, у вас тут есть будильники?

— Что-что, леди Серафима?

— Такая штука, которую заводишь, и она будит в определённое время.

— Это называется — камердинер. Или оруженосец. Или просто слуга.

Запомним. Если мне дадут слугу, я придумаю, к какому делу его тут приставить, вокруг поле непаханое. А пока подхвачу корзину и выйду на улицу.

Господин проклятый сын покойного графа стоял посреди двора и обнимался со своим скелетом скотины. Натурально — обнимал за шею, чесал морду. Тот показывал когтистую лапу, он брал её в руки и осматривал, что-то в ней не то подправлял, но то ещё что делал. Я подумала и подошла.

— Я готова поехать за продуктами, — сказала и посмотрела посуровее — чтобы не вздумал отказываться.

— Да, леди Серафима, вы правы. Но я могу и сам, мне привычно, — он продолжал чесать костяную морду.

— Нет уж, я с тобой, — я пристроила корзину поудобнее на сгибе локтя.

Корзина была здоровенная и топорщилась вбок, ну да больше влезет.

— Хорошо, — не стал он спорить. — Только корзину нужно будет разместить отдельно.

Он забрал её и как-то пристроил между крыльями у скелета скотины, что она встала там намертво и не шевелилась. Я подошла, хотела проверить, крепко ли держится, но не дотянулась — скелет скотины был высок.

— Скажи, что это за существо? — спросила я.

Надо ж знать, раз мне тут год жить.

— Это костяной дракон, его зовут Каэдвалар, — сообщил Хьюго.

— А… это он сразу такой? Не потому, что помер?

Хьюго рассмеялся… это оказалось неожиданно. Он умеет смеяться, неужели?

— Конечно, помер, леди Серафима. А я его откопал и оживил. В мире множество удивительных созданий, какие нам и не снились.

Я невольно улыбнулась в ответ.

— И где такие водятся?

— Достаточно далеко. На острове Теслима, на склонах вулкана. В юности я много путешествовал и вернулся из путешествия с Каэдваларом.

— И что, там их всем дают? На острове? Или только по особому запросу?

— На самом деле я отдал за него редкий трактат по магии, — сказал Хьюго. — И не жалею. Потому что книга была мне не особо полезна, а Каэдвалар со мной уже семь лет, и никакой конь с ним не сравнится.

Я осмотрела скотину внимательно — при первой встрече мне было вот совсем не до того. Зверь реально состоял из одних костей, как только не рассыпается при движении? Выше меня, и сесть можно на шею — там между позвонками прямо отполировано, наверное, Хьюго летает на нём не один, или не всегда один.

— Вы не боитесь? — спросил он.

— Нет, — ну подумаешь, скелет, подумаешь, с дырявыми кожистыми крыльями.

Наверное, здесь так принято и так надо.

— А что он ест? — А то вдруг его ещё кровью поить надо?

— Он питается магической силой, — Хьюго продолжал гладить склонившуюся к нему морду.