Серая мышка с секретом

Глава 26

Глава 26

Юля

Утро воскресенья пришло быстро, тяжко и больно. Нет, мои глубокодушевные страхи не оправдались, Ванька за ремень не взялся, но вот мышцы болели так, что я готова была обменять пять минут позора и горящий филей на слабенькое, но здоровое тело.

Часы противно тикали на комоде, сообщая, что я сегодня проспала ну очень много и пора бы вставать, если не хочу получить от родителей и Ваньки за лень. Воскресенье – день традиционной генералки, отлынивать от неё, да ещё с косяками в анамнезе, дело неблагодарное. В то, что братишка расскажет о моём феерическом фиаско, я не боялась, он маму тревожить не станет. Но вот во всём остальном я могу очень сильно просчитаться.

Виновата? Определённо. И даже то, что пыталась ему личную жизнь устроить, может оказаться большим минусом к резюме. Пусть будет в полнейшем неведении, чем узнает о других моих геройствах.

Кое-как выбралась из кровати, переоделась в домашний костюм, проверила, не осталось ли на лице следов посещения клуба. Тьфу-тьфу, смыла всё, но помятость морды могла навести родителей на неправильные мысли, поэтому достала из комода маску, растянула её на лице, пряча все неровности под влажным слоем оздоровительной приблуды. И вот только после этого рискнула выйти в коридор.

Дома оказалось тихо. Телевизор не работал, никаких разговоров не слышно, поэтому на кухню вошла вполне спокойно и обнаружила там только любимого Ванечку, зависшего над чашкой с кофе.

– Доброе утро! – сообщила жизнерадостно и потащилась к плите, на которой стояла сковорода с запотевшей крышкой.

– День.

– Ну, день, – согласилась, понимая, что второй час после полудня с трудом натягивается на понятие утра. – А где ма и папа?

– Они уехали на дачу, маме захотелось на свежий воздух.

– А я? – обернулась, прижимая к груди лопатку.

– А за тобой теперь слежу я, – усмехнулся брат.

– Ванечка-а-а, а может, забудем всё? Я честно-пречестно пообещаю, что больше так не буду! Теперь всегда буду сообщать обо всех событиях в моей жизни!

– Ты мне уже столько раз и столько всего обещала, что я воздержусь от веры в твоё благоразумие. Сегодня дома сидишь, – он встал из-за стола и пошел к мойке, чтобы утрать чашку.

Спорить с ним было страшно, но у меня всё же были планы, которые очень не хотелось менять просто так.

От расправы спасла вибрация телефона. Пока доставала его из кармана, смотрела, читала сообщение, Ваня чуть было не ушёл, но я успела его притормозить. И как бы мне ни хотелось соврать, сказала правду.

– Вань, у меня репетиция сегодня. Сам знаешь, до посвящения всего ничего осталось.

– Я отвезу, – он нахмурился.

И как сказать, что мне надо на другой конец города в дом его друга лучшего?

– А-а-а…

– Не понял? – развернулся ко мне Ваня.

– Мне к Алёне надо.

– Хочешь сказать, что она с тобой учится? – не поверил брат, приподнял бровь, рассматривая меня с выражением «ври, мелкая, жги, сейчас сгоришь!»

– Не со мной, – покаянно опускаю голову. Вспоминаю об омлете, хватаю тарелку и занимаю руки полезным делом, заодно и отворачиваюсь от Ваньки, чтобы ничего не заподозрил. – Но там такой случай безнадёжный, её помощь нужна.

– Ты говорила, что плакаты рисуешь.

Вот же!

– Угу, вот с плакатами и безнадёга. Алёна помогает.

– А чего не Вита, насколько я помню, во всей вашей банде только у неё хоть какой-то талант есть.

Спалилась ты, Юлька, по полной. И как изворачиваться?

– Вита не может, – поморщилась, вздохнула, пробралась до микроволновки и только потом развернулась к Ваньке. – Ты же знаешь, что у неё с отцом траблы вечные, вот он и запретил у неё встречаться, поэтому Алёнку опять эксплуатируем.

– Врёшь как дышишь.

– Вань!

– Я доведу тебя до Алёнкиной квартиры, сам спрошу у неё всё, проверю и только после этого оставлю. А вечером заберу. И если узнаю, что ты куда-то сваливала, то домашний арест покажется тебе лайтовой версией «Очень странных дел». Поняла меня?

– Какой ты злой, Ванечка, – забрала из микроволновки тарелку и уселась за стол, изображая вселенскую обиду и горечь.

Виновата! Но не заслужила! Всё же обошлось. Нас с Полькой герой-любовник сопроводил до безопасного места, так что никаких трагедий не случилось. Ага, только Ване об этом не расскажешь, иначе у нас не «Странные дела» будут, а «Сайлент-Хилл». Посмотрела в окно и хмыкнула, удостоверившись в том, что моя версия ближе к телу.

– А из нашего окошка Сайлент-Хилл видать немножко, – пропела, отправляя первый кусок омлета в рот.

– Ешь, а то подавишься.

– Добрый мальчик Ваня.

Телефон жжёт карман, потому что нужно сообщить Алёне о том, что она помогает мне с плакатами на посвящение. А я даже не уверена, что она сегодня дома! И это нужно быстренько решать. Поэтому дожидаюсь, когда Ваня выходит из кухни, и быстро открываю мессенджер.

«Алёнка! Беда! Через полчаса у тебя должна быть в квартире художественная мастерская, иначе я пропала!»

«Без проблем».

«Ну, вот, у вас как всегда весело, а я побоку», – так и слышу недовольное ворчание Сашки.

«Приезжай. Хотя мне потом нужно бежать дальше, но так, чтобы любимый брат не запалил».

«Репетиции?»

«Да!»

«А как вчера всё прошло? Алиби, как понимаю, не пригодилось?»

«Ой, я всё расскажу. Там тако-о-ое!»